— Конечно умеем. Умеем жарить на костре, запекать в глине, готовить на углях, — ответил Лэри де Гривз, слова о том, что мясо всё время подгорает, напомнили ему об одной рыжей девушке, и сердце старого воина защемило. Отгоняя это болезненное воспоминание, барон продолжил: — Вот только свежего мяса у нас нет. А вяленое не очень пригодно для жарки.
— Это ничего, главное, что готовить умеете. А мясо у меня есть, я утром козла поймала. Вот отмывалась после охоты, — обрадовалась девочка, не заметив заминку барона.
— Тогда мы постараемся удивить леди своими кулинарными талантами, — изобразил придворный поклон барон Дрэгис, глядя на девочку, она была похожа… Очень похожа! Неужели это дочь Веточки?!
Отряд свернул со старого тракта и двигался по тропинке к Драконьей пещере, девочка легко шла впереди идущих быстрой рысью лошадей.
— Не нравится мне это, вроде и не спешит, — Норек указал на девочку, — а мы за ней еле успеваем. И ведёт она к старой Драконьей пещере.
Хмурясь, капитан продолжил:
— И пещера та — нехорошее место. Недаром селяне её зовут — Драконьей. Не чисто тут! Колдовство!
Барон Дрэгис лишь пожал плечами. Он уже не сомневался, что эта девочка дочь Ветики. А для дочери своей любимой барон был готов на многое, а может… Надежда на то, что Веточка вернулась, придала барону силы. Где жила его любимая, барон не знал, но она всегда ждала его у того озера, с водопадом. Возможно, она жила в этой пещере, вернее не в ней, а в той, что за ней, как сказала девочка.
Подъехав к Драконьей пещере, воины спешились. Барон, капитан и два дружинника пошли к Драконьей пещере. Капитан помнил, что здесь была большая чистая поляна с удобной тропинкой, но сейчас та её часть, что у пещеры, напоминала полосу препятствий, как будто кто‑то эти камни специально набросал. Причудливо раскиданные скальные обломки приходилось или обходить, или перелазить через них. Листик трудилась тут два дня, создавая эту полосу препятствий после визита охотников. Тогда они чуть не въехали в пещеру на своих телегах. Вот дракончик и сделала такую преграду для подобных визитёров. Добравшись до пещеры, люди увидели кучи всевозможных костей. Девочка охотно пояснила, откуда взялись все эти кости:
— А это всё дракон, он здесь живёт, и это всё его жертвы.
Барон, внимательно рассматривавший эту костяную икебану, постучал по одной из больших костей рукояткой кинжала. Та переломилась, образовав облачко белой пыли. Барон хитро посмотрел на девочку:
— Эту зверюшку дракон съел не меньше чем пятьсот лет назад, а насколько я помню, в этой пещере ещё пять лет назад было чисто. И этого зверя зовут слон, а это его бивень был. А слоны водятся далеко на юге, в нашем климате они замёрзнут. Странно, что дракон притащил слона аж сюда, такого старого, причём уже в виде костей.
Капитан с удивлением увидел, что невозмутимая до сих пор девочка смутилась. Смутилась и начала оправдываться:
— Ну так где я столько свежих костей возьму? И кости должны быть большими, чтоб все видели, что дракон больших зверей ест — значит, сам очень большой и страшный!
— А что, дракон большой? И страшный? — прищурился барон, он уже не сомневался, что девочка — дочь Веточки! И как она — дракон–оборотень.
— Нет, ещё не большой, — ответила, вздохнув, девочка, но тут же добавила, сделав круглые глаза: — Но очень страшный!
— Очень? — Переспросил барон, хитро глянув на девочку. — Если дракон такой страшный, то почему юная леди завела нас прямо в его логово? А если этот маленький, но очень страшный дракон прилетит? Разве в её жилище нет другой дороги?
— Есть, только вы там не пролезете, там узкий лаз. Вот приходится вести вас через гостевой вход. — Объяснила Листик.
— Это гостевой вход? — Удивлённый капитан обвел рукой окружающую их мечту любого дворового пса, — С такими‑то костями?! Какие же гости осмелятся сюда зайти? Увидев всё это!
— Вот для того — это всё, чтобы незваные гости и не ходили, а то замахаешься камнем вход перекрывать! — Вздохнула девочка, она вспомнила, что в этот раз вход не закрыла. Такая оплошность с её стороны! А вдруг незваные гости не испугаются страшного дракона, обгладывающего пятисотлетние кости? Барон‑то это сразу определил и он, точно, не испугался! На то, что остальные не испугались, Листик не обратила внимания, им положено не боятся, если командир не боится или делать вид, что это так.
Так беседуя, девочка провела своих гостей в конец большой пещеры, там был проём в полтора человеческих роста и в размах рук взрослого мужчины, закрытый более чем наполовину лежащим около него камнем, даже не камнем, а обломком скалы, высотой в два человеческих роста и такой же ширины. Вторая пещера была чуть поменьше предыдущей, но с более высоким сводом. Льющийся сверху мягкий свет давал хорошее освещение, но отверстий в своде не было видно. Сложенный в углу камин трубы не имел, но и стена рядом с ним не была закопчена, что свидетельствовало о хорошей тяге вверх. Околокаминное пространство, судя по наличию больших плоских камней, изображавших мебель, было кухней. В углу журчал небольшой водопадик. Вода из отверстия в стене падала в маленькое озерко, ручейком вытекала из него и исчезала где‑то под другой стеной. В дальнем углу пещеры, где царил полумрак, виднелся стожок душистого сена, накрытый мягкими шкурами, видно он служил девочке постелью. Душистые связки травы были развешаны по всем стенам. Люди с удивлением разглядывали это пусть пещерное, но уютное жилище. Девочка легко отодвинула крышку с большого каменного ящика и достала оттуда тушу горного козла. Судя по тому, что мясо было свежее, на тушу было наложено сохраняющее заклинание. Барон удивлённо переглянулся с капитаном своей дружины, такое было возможно, если на это каменное хранилище находилось под заклинанием стазиса, а это — очень сложное и энергоёмкое заклинание. Это вселило в барона надежду, что рыжая девочка не единственная хозяйка этой пещеры.
Маленькая рыжая девочка подала козла одному из воинов барона, тот, подхватив тушу и едва не уронив её, крякнул и направился к камину. Второй попытался закрыть каменный ящик и, с натугой задвинув крышку, удивлённо покачал головой, затем присоединился к первому дружиннику. Девочка, пройдя к своей постели, взяла с неё платье, сшитое из домотканого полотна и надела его. Платье, с вышитыми узорами, напоминающими эльфийские орнаменты, на неё было великовато.
— Вот, — девочка сделала приглашающий жест, указав на малые камни–стулья, стоящие у большого камня–стола, — садитесь.
— Как ты этого козла завалила? — спросил у девочки воин, занимавшийся разделкой животного. — Что‑то я не вижу следов стрелы, а в капкан поймать его невозможно.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
