– Какая разница. И потом, что ты имеешь в виду, говоря, что у него не было выбора? Ему не нужно никакой особой причины. Он убил бы тебя только потому, что ему это нравится, он бы отомстил за смерть друга. Все мужчины такие. Они издеваются только потому, что это доставляет им удовольствие. Энтти покачала головой.
– Нет, Рорик не такой. Еще до твоего появления на острове я слышала рассказ о том, что произошло в Вестфолде. При мне, все всегда, говорили открыто, считая меня дурочкой.
Мирана подалась вперед, напряженно глядя на Энтти.
– Пожалуйста, расскажи мне, – взмолилась она. – Рорик ничего не захотел говорить об этом.
Энтти воткнула иголку в материю и положила ее на колени.
– Твой сводный брат напал на усадьбу Рорика, когда он и многие другие мужчины отправились выменивать товары в Бирку. Захватчики убили всех, кого смогли отыскать, включая рабов, стариков, женщин и детей. Я слышала, твой брат сделал это за то, что Рорик скрывал большие запасы серебра. Не знаю, правда ли это. Хотя какая теперь разница. Некоторым людям, например старой Альне, удалось укрыться в лесу, позади ячменных полей. Они остались живы и все рассказали Рорику. Он вернулся домой всего несколькими часами позже. Захватчики убили его детей-близнецов, мальчика и девочку, изнасиловали и убили его жену. Вскоре после этого Рорик перебрался на остров вместе со своими людьми, теми, кто уцелел в этой бойне. Вот так-то. Даже некоторые из людей его отца отправились вместе с ним. Они перестроили дом, посеяли зерно и укрепили оборонительные сооружения. Затем Рорик отправился на поиски убийц. У него ушло почти два года, чтобы отыскать Эйнара. Он услышал о нем совершенно случайно от бродячего скальда, воспевающего при дворе короля Ситрика героические подвиги Эйнара, который отважно сражался против вероломных ирландцев.
– Я не верю в это, – задумчиво проговорила Мирана. – Это слишком ужасно, чтобы быть правдой. Если бы Эйнар слышал о спрятанном серебре, он знал бы и Рорика Харальдссона, но он никогда не упоминал его имени. Я рассказала об этом Гунлейку. Он впервые слышал это имя. К тому же, если Рорика не было в крепости, зачем Эйнару понадобилось так зверски всех убивать? Нет, это лишено всякого смысла, конечно, Эйнар не стал бы… – Голос Мираны оборвался на полуслове. Она почувствовала, что Рорик рядом, еще до того, как подняла голову и взглянула на него. Рорик стоял прямо перед ней. Он был бледен как смерть. Его руки были сжаты в кулаки.
– Все, что ты слышала, – правда, – произнес он. В его голосе была боль и еле сдерживаемая ярость, хотя внешне он выглядел спокойным и бесстрастным. Но боль и ярость так и резали слух. – Я посажу твоего сводного братца на кол с тупым концом и посмотрю, как он станет визжать, точно свинья. Я хочу, чтобы он умирал медленно и мучительно. Я буду наслаждаться каждым его воплем.
Мирана содрогнулась при этих словах. Она во все глаза уставилась на Рорика. Он говорил всерьез. Мирана ни на минуту не усомнилась в этом. И все-таки в это верилось с трудом. Мирана пыталась закрыть на страшную правду глаза. Она много раз была свидетельницей зверств Эйнара, хотя он тщательно скрывал их от посторонних глаз. Он часто смеялся, сжимая в руках кнут. И чем громче кричала жертва, тем большее удовольствие он получал. Порой казалось, что он обезумел. В такие минуты он был ужасен. Мирана вспомнила все это, и прошлое предстало совсем в другом свете.
Она снова посмотрела на Рорика. В нем чувствовалось скрытое напряжение. Когда затянувшаяся пауза стала невыносимой, она сказала:
– Ну и что ты хочешь от меня? Надеюсь, ты помнишь, что он мой сводный брат.
Рорик присел перед Мираной на корточки.
– Я собирался рассказать тебе все, но Энтти опередила меня. Даже когда я издевался над тобой, изводя своими насмешками, я понимал, что не могу позволить продолжаться бесконечному противоборству сил между нами. Я решился все рассказать тебе, поскольку не видел иного способа завоевать твое доверие. Так я хотел удержать тебя возле себя по доброй воле и освободиться от необходимости приковывать тебя к кровати. Я не могу позволить тебе сбежать с острова и вернуться к брату. Ты непременно расскажешь ему о Ястребином острове. Он имеет мощное влияние при дворе короля Ситрика в Дублине. Я должен изыскать пути подхода к нему и один из путей – привлечь тебя на свою сторону.
Рорик умолк и взглянул на Мирану, пытаясь разгадать выражение ее бледного лица.
– Ты веришь мне, Мирана? – наконец сказал он.
– Да, – не колеблясь, ответила она. – Я верю тебе, но отказываюсь верить в эту историю со спрятанным серебром. Эйнар кто угодно, но только не дурак. Зачем ему было нападать на твою семью и громить усадьбу? Викинги не грабят, не насилуют и не убивают друг друга, по крайней мере это случается не часто. Отправляясь в Вестфолд, он не мог не знать, что тем самым навлечет на себя гнев Харальда Светловолосого, короля Норвегии. Он не мог надеяться на то, что это останется тайной. Говорят, он даже убил твоих рабов, вместо того чтобы взять их в плен. Это же бессмысленно. Эйнар вовсе не расточителен. Ему всегда хочется иметь больше рабов, как всякому, кто обладает властью и связями. Зачем ему понадобилось делать это?
– Не знаю. Возможно, это доставило ему удовольствие. Созерцание боли и смерти вызывает у него наслаждение. Судя по тому, что я знаю о нем, он упивается даже от сознания того, что явился причиной горя и смерти. Ты спрашиваешь, правдива ли история о серебре? Я и сам не знаю этого. Знаю лишь, что он страшный человек. Я не понимаю таких людей.
Рорик помолчал, глядя на горящий факел над головой Мираны.
– Он изнасиловал мою жену, устроив из этого представление, собрав всех своих и моих людей, кто еще был в живых. Он заставил их образовать широкий круг и смотреть, как он это делает, – тихим голосом произнес он. – Она отбивалась от него, возможно, даже поранила. Он заставил своих людей держать ей руки и ноги и смотреть, как он насилует ее. Он смеялся, когда она кричала. Затем он бросил ее на растерзание своим людям и смеялся, наблюдая, как они насиловали ее. А затем убил. Старая Альна одна из тех, кто видел эту жуткую сцену. Он бил ее, а потом пронзил сердце ножом. Затем пришла очередь моих близнецов. Они были совсем еще крохи, им даже не исполнилось двух лет. Он разрубил их обоих мечом.
Мирана почувствовала в горле желчь и торопливо сглотнула. Энтти перевела взгляд с Рорика на Мирану.
– Как человек может быть таким исчадием ада? Мирана, ты когда-нибудь замечала подобную жестокость в своем брате?
Медленно, очень медленно Мирана кивнула головой.
– Я отказывалась расценивать это как жестокость. Я отворачивалась. Я делала вид, что все хорошо. Эйнар очень похож на своего отца, Торсона, человека, избивавшего свою жену – нашу мать – до полусмерти до тех пор, пока один из рабов не убил его, защищая женщину. Эйнар устроил показательную казнь раба в отместку за убийство отца. Он хотел держать всех в страхе и заполучить отцовское богатство. Ему не было дела, жива его мать или нет. Когда несколькими месяцами позже она вышла замуж за моего отца, он увез ее из Клонтарфа. Уже тогда она знала, что Эйнар вырос жестоким и мрачным. Меня отправили в Клонтарф, когда мне было одиннадцать, после смерти обоих моих родителей. Один ирландский воин напал на наши владения и убил отца и мать.
