Читаем без скачивания Новый Орлеан. Страх сжигает душу - Глеб Соколов

Он опять набрал номер отеля. Попросил соединить с мистером Софроновым. Сказал: дело срочное. Намеренно изъяснялся с русским акцентом, – мог говорить так, что девушка-портье не отличила бы его от стопроцентного американца. Время было позднее: не был уверен, что служащие гостиницы решатся побеспокоить гостя. Однако соединили.

Викентий Сидорович ответил бодрым голосом. Еще не спал.

– Завтра в одиннадцать утра ваша дочь будет сидеть в баре на первом этаже отеля, – проговорил Катин по-английски. На этот раз без русского акцента.

– Где она? Что с ней?!… – взволнованно спросил Софронов.

«Значит, ничего не знает!» – решил спецагент.

– Не беспокойтесь. С ней все в порядке. Я – ее друг, случайно узнал, что вы в городе. Хочу сделать обоим сюрприз, – стараясь говорить как можно более убедительно, произнес Катин.

Повесил трубку. Спецагент был уверен – этим вечером обязательно еще что-то произойдет. Интуиция подсказывала: не может не произойти!

Он вдруг почувствовал ужасную усталость. Опустился на маленькую банкетку, обитую красным синтетическим материалом, – стояла у стены в полуметре от телефона автомата. Спецагент прикрыл глаза. Хотелось улечься на банкетку и уснуть. Ему надоело это задание!…

Вытянул ноги и слегка сполз вниз.

– Вам плохо? – раздалось у него над головой.

Катин открыл глаза. Молодая негритянка в джинсах и белом обтягивавшем топе с участием заглядывала в лицо. В руках – огромный литровый стакан из которого торчала толстенная полосатая соломинка. Фруктовый коктейль!

– Очень!… Хочу пить!…

Она улыбнулась и подвинула соломинку по картонному краешку в его сторону.

Катин достал из кармана кредитную карточку «Америкен Экспресс», протянул ей:

– Прошу вас, принесите мне стаканчик виски. Пятьдесят грамм, налитые на лед…

Негритянка недоуменно улыбнулась. Такого еще не видела!

– Только не прокатывайте мою карточку в оплату мебельных гарнитуров и автомобилей «Феррари»! – пробормотал он.

– Вы сегодня подрались с кем-то? – спросила она, беря карточку.

– Почему так решили?

– У вас подбородок расцарапан…

– Это я с велосипеда упал…

– У вас вид уставший. Наверное много катались!

– Очень! – подтвердил Катин.

Хорошее настроение постепенно возвращалось к нему.

Негритянка сунула кредитную карточку к себе в карман и покачивая бедрами удалилась. Чернота, начинавшаяся за дверью в основной зал, поглотила ее.

«Если что, попрошу в долг у Софронова… – подумал Катин. – Или у директора ЦРУ. Должен же я как-то добраться до Москвы!»

Через минуту негритянка вернулась, неся в руках слип и шариковую ручку.

– Бармен просит вас расписаться… Вот здесь…

Катин вывел свой витиеватый, но компактный вензель. Молодая негритянка вновь удалилась. В этот раз она покачивала бедрами еще сильней, чем в первый.

Через две минуты появилась, неся в одной руке свой огромный стакан с фруктовым коктейлем, в другой – стакан и «Америкен Экспресс».

– Сэм, бармен, сказал, что на золотой карточке должно лежать не менее полумиллиона долларов! – с восхищением произнесла она, протягивая карточку и виски.

– Это не мои… – Катин убрал «Америкен Экспресс» в карман. – Деньги – фирмы, где я работаю. Пользуюсь для представительских расходов.

Она присела на банкетку и с восхищением уставилась на него.

Спецагент залпом выпил виски.

– Неплохо… Что это?

– Джонни Уокер. Черный ярлык. Самое дорогое в баре…

– Неплохо! – повторил Катин и бодро поднялся с банкетки.

– К сожалению я должен идти. Меня ждет работа…

– Жаль… – с разочарованием пробормотала молодая негритянка. – Я думала, мы поболтаем…

«Чертова должность! – подумал спецагент, выходя из бара на улицу. – Мог бы развлечь ее, так нет же – тащись в эту гостиницу!… Наверняка опять кататься на велосипеде!… Мало я с него падал!»

Негритянка с тоской посмотрела вслед. Как будто надеялась: он вернется…

Человек неторопливо пытался открыть замок при помощи какого-то странного электронного устройства. Он держал его прижатым к тому месту, по которому проводят электронной карточкой-ключом и нажимал на блоке маленькие кнопки. Жидкокристаллический дисплей светился тускло и сам по себе пробуждал в Катине тревогу…

Что ж, кто бы сомневался! Вот и гость!… Спецагент кашлянул. Техничный взломщик повернулся. Лица его под темным чулком – не разглядеть. В следующую секунду замок протяжно запищал и человек в маске решительно открыл дверь. Чтобы скрыться за ней и оставить противника одного в коридоре ему не хватило нескольких мгновений…

Карточки-ключа у спецагента не было.

Нож, брошенный умелой рукой Катина, тускло блеснул в приглушенном освещении. В коридоре – никого. Один из плафонов под потолком на доли секунды вспыхнул ярче обычного.

Заурядный нож, купленный сорок минут назад в одном из магазинов в центре Хьюстона, рассекал воздух подобно маленькой ракете. Он был не хорошо наточен, но острие суживалось до смертельной тонкости. Катин выбрал его за баланс – масса лезвия уравновешивалась массой ручки с накладкой из дерева.

Человек в маске не успел захлопнуть дверь: лезвие ударило ему в предплечье, проткнуло сплетенные синтетические волокна тонкой спортивной рубашки и вонзилось на всю длину в мышцу. Не ожидавший такого поворота, враг вскрикнул и схватился за руку. Он упустил несколько мгновений…

Короткие дистанции с младых лет являлись спортивным предпочтением Катина. Спецагент не любил длинных забегов, хотя всю жизнь выпадали именно они. Развив с места чудовищную скорость он оказался у двери раньше, чем противник успел сообразить что-либо.

Катин ухватил его левой рукой за горло, правой нанес сильнейший удар по почкам. Человек в маске вздрогнул, но в следующую секунду вцепился противнику в рукав и легко перебросил его через плечо.

Ударившись об открытую дверь шкафа Катин с грохотом ввалился в номер.

Он тут же вскочил на ноги. Был готов ударить, но замер… На него смотрело пистолетное дуло. «Гризли Вин Мэг», – пушку держал в руках не раненый взломщик. Позади него стоял второй – тоже в чулке, скрывавшем лицо. Гораздо ниже ростом, вовсе не богатырского сложения. Откуда взялся? Катин мог поклясться: когда подходил к двери номера, в коридоре, кроме детины, возившегося с замком, никого не было. Ответ мог быть только один: этот вышел из номера, располагавшегося поблизости. Быть может, даже подсматривал за Катиным и своим товарищем в дверной глазок.

Взломщик истекал кровью, нож торчал у него из руки.

– Ты мне ответишь за брата! – прошипел он.

Голос был хриплый и низкий. Парень, заявивший в теленовостях, что раскопает причину смерти брата, был очень молод. Этот же, – среднего возраста. Тот, что с пистолетом, неожиданно обхватил своего товарища за корпус, вырвал его за порог и захлопнул дверь. Воцарилась тишина. Топота ног Катин не слышал.

Он перевел дух. В номере было темно. Спецагент находился в небольшом предбанничке. Из комнаты не доносилось ни звука. Катин нащупал выключатель, нажал клавишу. Свет загорелся в ванной комнате. Через приоткрытую дверь он проникал в коридорчик, сносно освещая его. На ковровом покрытии у двери – темные пятна крови.

Он зашел в комнату. Даже в слабом свете бросался царивший там беспорядок. Предметов не так много – бутылки из минибара, стаканы, но все – в самых неподобающих местах. Один из стаканов валялся у Алисы в ногах. Сама она лежала под одеялом – забралась в кровать не раздевшись. Похрапывала, запрокинув голову и раскрыв рот. Запах спиртного бил в нос даже Катину, который и сам в этот вечер упорно нагружался горячительными напитками.

Девушка была пьяна. Ее не разбудила ни открывшаяся дверь, ни последовавшая за этим драка. Сколько она так спит?

Катин взял стакан, понюхал – запах спиртного из него уже выветрился. Возможно, Алиса отрубилась еще несколько часов назад, до того, как он позвонил ее отцу. Действительному или мнимому.

Раздался телефонный звонок. Аппарат пропиликал один раз, второй, девушка не шевелилась. После третьего раза Катин снял трубку.

– Алло…

Молчание. Затем послышались короткие гудки. Многое было ясно… Но общая картина в его голове не складывалась.

29.

– Кто-то звонил… Я не брала трубку. Напилась… Это был ты?… – спросила его Алиса на следующее утро.

– Да…

– Подожди, а как ты сюда попал?! – она вдруг встрепенулась. В глазах возникла тревога.

– Если у тебя войдет в привычку пить подряд напитки из минибара: водку, вино, пиво, ликер… Как-нибудь ты впустишь в номер и не меня!…

– Перестань! – Алиса запустила в него подушкой. – Да уж!… Вчера у меня был кризис… Ничего не помню… Ты постучал мне в дверь и я открыла, да? – спросила она недоверчиво.

– Постучал!… – произнес Катин с деланной обидой. – Как же!… Я долбил так, что грохот разносился по всему этажу!… Злость взяла: ничего себе, думаю, не хочет меня впускать!… Я заплатил за проживание!… Почему ты не отвечала на звонки?!…