– Дело – прежде всего. – Он припал к губам любовницы долгим и страстным поцелуем, длившимся до тех пор, пока у обоих не перехватило дыхание. – Ах, лиса! – с улыбкой воскликнул Джеймс. – Хочешь, чтобы я совсем, поглупел и утратил возможность рассуждать здраво? Тебе действительно нет равных в любовных утехах, дорогая.
Вивиан изобразила недовольство. Ей совершенно не нравилось новое задание Джеймса, хотя она прекрасно понимала, что сможет рассчитывать на солидную компенсацию за свои труды.
– Награду получает терпеливый, призы достаются тому, кто не жалуется на долгое ожидание. – Джеймс уже знал, что будет делать, как только останется наедине с Вивиан в укромном, месте. Она действительно не пожалеет. Он вновь почувствовал вкус к жизни, и перед его мысленным взором возникли радужные картины.
Еще какую-то минуту Вивиан выдерживала паузу, потом с обидой в голосе пробормотала:
– Значит, обещаешь?..
– Я когда-нибудь тебя подводил, дорогая?
– Ты прекрасно знаешь: моей вины здесь нет. Все внимание Коннела занял этот противный мальчишка, и мне стоило нечеловеческих усилий задавать вопросы, которые мы с тобой приготовили… Задавала, чтобы Коннел Делейни поверил, что я действительно интересуюсь его лошадьми. Ты ведь этого хотел, верно? – Вивиан умолкла, лотом вдруг воскликнула: – Господи, какие тут лошади? Ведь Коннел – зеркальное отражение несчастного Финна! Но кто бы мог подумать, что он предпочтет эту ничтожную мышку, а не меня? Ведь эта Бет совсем жалкая. Она совершенно не привлекательна ни в каком отношении. А ее прическа…
– Ты, разумеется старалась, – перебил ее Джеймс. – И у меня нет к тебе претензий, дорогая.
Вивиан взглянула на него с искренним возмущением:
– Старалась?! Да я из кожи вон лезла, чтобы дать ему понять, что готова отдаться на первом же попавшемся столе. Но эта мышка полностью владела его вниманием. Похоже, она успела перехватить Коннела Делейни. Причем незадолго до нашего приезда.
– Перехватить? Что ты этим хочешь сказать?
– Когда она выползла из дома, у нее был ошеломленный взгляд женщины, которую только что по-настоящему поцеловал новый возлюбленный. Ты что, не заметил?
Джеймс задумался: он пытался вспомнить, как его встречали хозяева.
– Кажется, губы у Бетани действительно были пунцовыми и чуть припухли. Но я подумал, что она покусывала их, чтобы придать более сочный цвет.
– От Коннела пахло ее духами, – заявила Вивиан. – И в глазах у обоих был блеск, они переглядывались. Неужели не заметил?
– Как странно… – пробормотал Джеймс. – Раньше мне казалось, что Коннел Делейни – последний человек, с которым Бетани хотела бы иметь дело. К тому же ее замужество…
– Только не говори мне, что ты очарован ее невинностью и простотой. – Вивиан нахмурилась. – Жена Финна не так наивна, как кажется. Знаешь, она пыталась найти связь между моим Шерманом и человеком, застрелившим ее мужа.
Джеймс прикоснулся к руке любовницы.
– Дорогая моя, между твоим мужем и убийцей Финна действительно есть связь.
– Нет, Джеймс. Финна застрелил Шерман Эстерхази, а не Шерман Браун. Тем не менее, Бетани пыталась что-то разузнать. Я сказала ей, что в Новой Англии якобы полно переселенцев, которых зовут Шерман. Но не знаю, поверила ли она. Я уж не говорю о том, как испугалась, когда она стала расспрашивать о связях ее мужа в Тауитоне.
– Так-так… Значит, вдова Финна не только «переглядывалась» с хозяином Гленмида. Надо будет к ней присмотреться. А тебе, дорогая, придется постараться и…
– Послушай, Джеймс, – перебила Вивиан. – Если честно, то мне очень не по душе снова делить мужчину с такой женщиной, как Бетани. Поверь, очень не хочется.
«Делить?.. Замечательная мысль! Женщина, на которой женился Финн. Женщина, понравившаяся Коннелу… Но кто же она такая, эта Бетани?»
Джеймс надолго задумался. Теперь Бетани казалась ему довольно странной женщиной. А впрочем, если разобраться… Едва ли ее можно считать сообразительной, если она вышла замуж за Финна. И конечно же, жалеть ее не следовало. Она сама виновата во всех своих несчастьях, сама выбрала свою судьбу.
Заметив, что его спутница по-прежнему хмурится, Джеймс невольно, рассмеялся, но тут же придал лицу серьезное выражение. Прежде Вивиан в ревности замечена не была, и не следовало сейчас заострять на этом внимание. Урок Вивиан должно преподнести время, а он, Джеймс, лишь заставит ее повиноваться.
– Дорогая, мне кажется, ты не совсем правильно меня понимаешь. – Джеймс провел кончиками пальцев по щеке Вивиан. – Я просто думаю, как лучше использовать подмеченное тобой влечение между Коннелом и Бетани. Полагаю, что надо извлечь из этого обстоятельства максимальную выгоду, понимаешь? – Пальцы Джеймса скользнули по горлу Вивиан, и та в ответ на ласку затрепетала и с готовностью потянулась к любовнику. Эту готовность тотчас же откликаться на все его ласки Джеймс ценил очень высоко. Он провел ладонью по груди Вивиан, и она со стоном прошептала:
– Поехали быстрее… Отвези меня домой.
Джеймс с улыбкой кивнул и хлестнул лошадей. Впереди у него было три дня на то, чтобы насладиться прелестями Вивиан и решить, как лучше использовать вдову и сына Финна, как нанести наиболее болезненный удар Коннелу Делейни.
– Так, значит, это правда? Из его собственных уст?
– Да, – кивнула Бетани. – Он вынес все на своих плечах. Все годы он защищал ее репутацию. Увы, пытаясь что-то доказать уже после того, как по графству поползли слухи, можно было скорее навредить, чем поправить дело. Тот, кто хотел верить слухам, охотно верил им, а тот, у кого есть хоть капля милосердия, лишь в недоумении пожимал плечами, но ничего не мог изменить.
– Да, если так, то действительно ничего не поделаешь, – сказала Бриджет, опершись рукой на стол. – Господь его проклял.
– Что?! – Бетани в удивлении уставилась на тетку.
– Ах, айшон, ты меня не поняла. Я имею в виду человека, за которым ты была замужем, а вовсе не мистера Коннела. Он заплатил гораздо большую цену за каждую свою ошибку. А еще за то, чего никогда не совершал.
– Мне кажется, и его одержимость в деле превращения конюшен в процветающее предприятие тоже можно понять, – подхватила Бетани. – Все эти годы у Коннела только и было, что это поместье да лошади.
– Верно, – кивнула. Бриджет. – Хотя Дженна О’Тул заметила, что Коннел в последнее время… немного оживился. Она сказала, что вчера вечером он рылся в кладовке, выуживая оттуда старые гроссбухи и приходные книги. Мне он велел проверить список столового серебра и хрусталя. А Бетси описывает мебель и пустующие комнаты наверху. Тут что-то будет!
