Террат — это местность, принадлежащая народу масаи, которая расположена в двухстах километрах к югу от Аруши. Она известна как один из самых крупных охотничьих районов Танзании, где раздобыть свою большую африканскую пятерку — слона, носорога, буйвола, льва и леопарда — так же просто, как солнечным весенним днем встретить в Праге поляка, австрийца, русского и словака.
Стивен Шемнканде, руководитель антибраконьерского подразделения, базирующегося в Аруше, занимался в то время ликвидацией браконьерской банды в окрестностях Террата. Мы были хорошо знакомы и уже не раз работали вместе.
Получив телеграмму, я приказал Джуме и Панго собрать вещи, и буквально через час мы выехали из Аруши.
Террат раскинулся на возвышенности, граничащей с равнинами Симанджиро, Олджоро и горами Локисала и Наберера. Густой буш перемежается редко поросшими равнинами, а между холмами расположено огромное количество прекрасных долин. В центре Террата — обширная степь, где можно встретить гигантские стада газелей, зебр, жирафов и антилоп, а вокруг, словно бусины, разбросаны деревеньки: одни побольше, другие поменьше, но в каждой обитает не больше пятнадцати человек. Масаи всегда живут в непосредственном соседстве с дикой природой. Для выпаса скота им необходима сочная трава, для строительства — деревья и кусты. Проблемы у этого народа возникают только с водой. Ключей там практически нет, приходится довольствоваться тем, что собирается в лужах, ямах и канавах. А жгучее тропическое солнце не знает жалости ни к людям, ни к животным…
Когда мы миновали очередную деревеньку на пути к Террату и последняя хижина осталась далеко позади, Джума, сидевший рядом со мной на переднем сидении, напрягся.
— Смотри, как много птиц! — воскликнул он, тронув меня за плечо и показывая пальцем влево.
Повернув голову, я увидел около полусотни грифов и аистов марабу, кишащих в небе и садящихся на землю.
— Панго, — обратился я к другому своему помощнику, который славился хорошим глазомером, — как далеко это место от дороги?
— Около километра, — ответил он, немного подумав, — Нам лучше не задерживаться, там могут быть пожирающие добычу львы или браконьеры.
Но его предположения не оправдались. На небольшой поляне, куда мы въехали через несколько минут, неподвижно лежал масай в традиционной черной одежде, а рядом стояли два ослика, груженные мехами с водой. Судя по всему, человек был мертв, и только благодаря присутствию ослов грифы и марабу еще не набросились на тело.
— Осмотрите следы, — приказал я своим помощникам, — а я займусь масаем.
Пульс у человека был слабый, но все же прощупывался. Возможно, с ним случился приступ эпилепсии или что-то в этом духе.
— Что с ним, бвана? — спросил Панго, который первым откликнулся на мой зов. Он не обнаружил ничего примечательного поблизости.
— Не знаю. Но у него бьется сердце. Он без сознания.
— Этот масай был один, — отрапортовал Джума и показал в ту сторону, откуда пришел: — Вон там все вытоптано. Это ослы всполошились. И там же я нашел след змеи. Может быть, она его укусила?
— Осмотрите его конечности, — бросил я, направляясь в машину за аптечкой.
Джума не ошибся. На левой ноге нашлись две небольшие ранки, из которых вытекло несколько капель крови. Значит, масай потерял сознание от яда.
— Быстро разведите костер, — снова приказал я, — Нужен крепкий черный кофе для восстановления работы сердца, а я приложу змеиный камень.
Я слегка надрезал обе ранки закрепил лекарство лейкопластырем. Мы положили беднягу, раскрыли рот и вынули язык. Напоить его кофе было не так-то просто. Но наши усилия были вознаграждены: примерно через час масай начал шевелить веками, а некоторое время спустя открыл глаза и пошевелил рукой.
— Теперь неплохо было бы прислонить его к дереву, чтобы он допил кофе — сказал я, улыбнувшись, — Кажется, самое худшее уже позади.
Облокотившись на дерево, наш подопечный выпил кружку бодрящего, сильно подслащенного напитка. Глотать ему было трудно: он периодически давился и закашливался. Но это хороший признак: значит, ему стало лучше. Теперь я смог как следует разглядеть его. Пожилой масай с приятным лицом. На вид ему было лет шестьдесят-шестьдесят пять.
— Как тебя зовут, мзее? — поинтересовался я.
Человек попытался ответить, но снова закашлялся.
Тогда за дело взялся Джума, знаток масайского.
— Не торопись, мзее, не торопись! — успокоил он несчастного старика, — Отдохни! Мы тебе поможем. Хочешь пить?
Человек кивнул, и Панго налил воды в ту же самую кружку, в которой был кофе. Одной кружки ему не хватило. После пятой порции воды к масаю вернулись силы.
— Где мои ослы? — вдруг спросил он, — Я шел из Комоло. Мой сын мертв. Его задрал лев.
Джума снова стал задавать вопросы: как зовут, куда идешь и откуда родом.
— Я из Террата, — ответил старик и снова повторил: — Мой сын мертв, его задрал лев.
Через полчаса масаю полегчало, он даже попробовал встать.
— Джума, привяжи обоих ослов к «Тойоте», — попросил я, — Надо ехать, уже поздно. Старика довезем до перекрестка.
Однако не тут-то было. Животные решили проиллюстрировать поговорку «упрямый как осел» — они категорически отказались трогаться с места. Если бы не команда хозяина, который шепнул им что-то на масайском, мы так и остались бы ночевать под открытым небом.
Мы подвели старика к машине, поддерживая с обеих сторон. Ехать пришлось медленно, чтобы строптивые животные без труда поспевали за нами.
Несмотря на то, что до Террата оставалось еще около тридцати пяти километров, нам пришлось высадить масая на перекрестке двух дорог, чтобы не мучить животных, трусивших за нами на веревке. Старик настолько пришел в себя, что самостоятельно вылез из машины и принялся отвязывать ослов.
— Что со мной произошло? — спросил он на масайском.
— Тебя укусила змея, и ты потерял сознание, — ответил ему Джума, — Наш хозяин спас тебе жизнь своим чудодейственным лекарством. Вон оно, приклеено на ноге, видишь?
— Да, старый я стал, — печально ответил наш подопечный, — Глаза уже так не видят, как раньше. Я помню, что наступил на змею, но не помню, что она меня укусила, — Помолчав минуту, он спросил: — А куда вы едете?
— В Террат, мзее. Нам сообщили, что там появился лев-людоед, и мы попробуем его уничтожить.
— Да? Пять дней назад лев задрал моего сына. Эта печальная новость настигла меня в Комоло, поэтому мне пришлось вернуться домой. А вообще я шел в Арушу. Это ужасно! Мой сын был отличным воином. Не знаю, что мне теперь делать. А вам спасибо за все. Меня зовут Оррорро. Заходите ко мне в гости, моя деревня в пяти километрах от Террата.
