И в вахтенном журнале № 3, начатом 21 ноября и оконченном 31 декабря 1916 года, стояла та же подпись — «Командир ст. лейтенант Балас». В РГАВМФ мне удалось точно установить, что старший лейтенант Александр Иванович Балас был назначен командиром миноносца «Расторопный» 20 сентября 1916 года, после того, как более года прослужил старшим офицером эскадренного миноносца «Сибирский Стрелок».
Александр Иванович был опытным боевым офицером, прошедшим школу выучки адмирала А.В.Колчака.
А.И.Балас родился 8 ноября 1883 года, православный. Мичман в 1905 году. В 1909 году получил звание лейтенанта «За отличие». Награжден орденами: Станислава 3-й степени (1910 год), Святой Анны» 3-й степени (1913 год), Святой Анны 3-й степени с мечами и бантом (24 декабря 1914 года), Святой Анны 4-й степени «За храбрость» (16 марта 1915 года), Святого Станислава 2-й степени с мечами (29 июня 1915 года), шведским орденом Меча 2-го класса (1912 год).
Александр Иванович прекрасно владел французским, английским и немецким языками.
После окончания вахтенного журнала № 2, на миноносце «Расторопный» был начат вахтенный журнал № 3. Все события корабельной жизни фиксировались в этом журнале, начиная с 21 ноября вплоть до 31 декабря 1916 года.
Вахтенный журнал эск. миноносца «Расторопный» № 3.
21 ноября 1916 — 31 декабря 1916.
Эск. миноносец «Расторопный» 9-го дивизиона эск. миноносцев. Ранг III, Брейд-вымпел нач-ка Дивизиона кап.1 ранга Ружека, на э/м
«Громящий», 1916 г.
Род плавания: внутреннее, в составе 9-го дивизиона эск. миноносцев в Минной Дивизии в войне с Германией. Командир Старший Лейтенант Балас.
В понедельник, 21 ноября, команда «Расторопного» продолжила работу по сдаче боеприпасов во Флотский арсенал на остров Передовой.
Понедельник 21 ноября.
9:00. Команду развели по работам, сдавать боевые припасы. 11:30. Окончили работы.
14:00. Команду развели по работам. 17:30. Окончили работы.
18:30. Команду уволили на берег.
24:00. Команда вернулась с берега. Нетчиков нет.
Всего сдали на Передовой остров: запалов платиновых и игольчатых 22, капсюлей толовых 19 с коротким бикфордовым шнуром, с длинным 3, пробных гальванических — 4, подрывных патронов толовых полуфунтовых 16, однофунтовых 7, шестифунтовых 3, восемнадцатифунтовых 2, бомб «Аверкиева» 14, запальных стаканов к ним 14, ударников к ним 14, мин «Угрюмова» 2, к ним же 2 ударника, 2 (два) зарядных отделения к минам «Уайтхеда» обр. 1912 г., № 2170 и № 2166 к ним же 2 (два) запальных стакана, 2 капсюльные трубки и 2 сетепрорезателя.
На швартовых у завода «Сокол» в войне с Германией на паровом отоплении.
В Минной Дивизии в 9-ом дивизионе эскадренных миноносцев. Начальник Минной Дивизии контр-адмирал Кедров. Начальник 9-го дивизиона кап. 1 ранга Ружек. Командир эск. миноносца «Расторопный» старший лейтенант Балас. Котел под парами № 3.
Мичман Б.Садовинский
Эскадренный миноносец «Расторопный» стоял на швартовых у стенки Гельсингфорского завода «Сокол».
Все, для него на 1916 год выходы в море закончены, — с грустью и, в то же время с каким-то внутренним облегчением, подумал мичман Садовинский. Вечером, на «Расторопный» нагрянул, с пришедшего накануне утром с моря эсминца «Разящего», мичман Ляпидевский. Бруно Садовинский не виделся с Владимиром Ляпидевским с начала октября, с того времени, когда их миноносцы, несли совместное дежурство у Ганге. После этого боевые дороги двух кораблей и двух друзей одного дивизиона не пересекались, так как «Расторопный» действовал, в основном, в Ботническом заливе, а «Разящий» обеспечивал противолодочное охранение в Моонзунде.
После того, как мичман Садовинский, испросил у командира разрешения мичману Ляпидевскому быть кают-компанейским гостем, они плотно поужинали, а затем, вместе с мичманом Михаилом Ворониным, сменившимся с вахты, втроем, засиделись допоздна в кают-компании. Прекрасный коньяк, из довоенных запасов, золотился в бутылке на столе.
Где только Володька Ляпидевский смог его достать? Ведь «сухой» закон! — думал Бруно, по праву хозяина разливая янтарный напиток. Выпили: «За встречу»! «За победу»! «За флот»! После общего сумбурного разговора, какой всегда бывает, когда люди долго не виделись, друзья вернулись к флотским делам. Вспомнили недавнюю смену командования на Балтийском флоте, назначение нового комфлота Непенина, которое подстегнуло флот, но решающего успеха не принесло.
Дело не во флотском командовании, — рассуждал Ляпидевский, — дело в управлении всей русской армией, в конечном итоге всем российским государством.
Да, — согласился Воронин, — какие бы ни были у нас флотоводцы, но спасти ситуацию на всем фронте от Черного моря до Балтийского, им не под силу. Да и война затянулась.
То, что война затянулась, виноваты не мы с вами, — Садовинский взглянул на друзей, и продолжил — Виноваты повыше нас… и даже не комфлота.
А дальше что? Война — до победы, а дальше? — спросил, не обращаясь ни к кому, Ляпидевский и сам же ответил: — Дальше, по-моему, ничего хорошего не будет.
Кто может увидеть будущее, кроме Кассандры? — с горькой иронией вставил Садовинский.
Бруно, ответил ему Ляпидевский, — все это так, но многих людей не устраивает положение в России, они требуют реформ и преобразований.
Брось Володя, — вмешался Воронин, Где ты видишь этих многих людей? На улице или в Таврическом дворце?
Друзья, — примирительно проговорил Садовинский, поднимая стакан с коньяком, — мы живы, мы здоровы, мы еще повоюем! И, без всякого перехода — «За прекрасных дам»!
Разговор друзей затянулся до полуночи…
ноября, во вторник, команда выполняла работы по подготовке миноносца к длительному зимнему ремонту. По приказанию командира, 12 человек были отправлены для приборки в береговые казармы
«Сернес», где предстояло жить экипажу корабля до окончания ремонта. После обеда сдали на Ключевой остров: банку с запальным пироксилином, вьюшку 10 учебных капсюлей.
ноября убыл с миноносца на линкор «Севастополь» старший лейтенант Н.И.Римский-Корсаков. Расстались тепло. Не считая командира, офицеров на миноносце осталось трое: мичман М.М.Воронин, инженер-механик мичман Н.Т.Гуляев, и он, мичман Садовинский.
В этот же день на корабль прибыли с Береговой роты Минной обороны два новых матроса 2-й статьи: Степан Карташев и Михаил Кувшинов.
В субботу, 24 ноября мичман Садовинский позвонил Ирине и они договорились пойти в театр. Впервые за четыре дня после прихода эскадренного миноносца «Расторопный» в Гельсингфорс, у мичмана Садовинского появилась возможность побывать в городе и встретиться с Ириной.
Но как быть с билетами? — спросил он у Ирины. Она ответила с улыбкой, что выступит в роли кавалера и возьмет билеты в театр. Вопрос был решен. Прошло больше полутора месяцев, как Бруно не видел Ирину.
Начиная с 1 октября и до 16 ноября, эскадренный миноносец «Расторопный» постоянно находился вдали от Гельсингфорса, нес боевую службу то в Моонзунде, то в Або-Аландском архипелаге Ботнического залива, то в Финском заливе. Единственный, за это время, заход миноносца в Гельсингфорс, 21 октября, длился недолго, и у Бруно не было возможности встретиться
