Основные же их сил располагались в районе Днепропетровска и Киева, вместе с собранным в кулак немногочисленным тяжелым вооружением. Почему там? Так они не знали — откуда и какие удары будут произведены. И готовились оперативно среагировать, выступив вперед для парирования. Вот и заняли подходящие позиции на ключевых логистических узлах.
Войск было немного.
Но и у СССР их имелось капли. Потому что основные силы Михаил Васильевич берег для столкновения с Польшей.
Кроме того, по данным разведки, в УССР должны были прибыть добровольцы из Европы и США. Включая махновцев во главе с тем самым знаменитым Нестором. А также кое-кто из эмигрантов-казаков и иных белогвардейцев.
Так что война предстояла странная и сложная. Маневренная. Во многом повторяющая события Гражданской, разве что на новом технологическом уровне. Во всяком случае со стороны Союза…
Если бойцы на багги проскочили тихо. Ибо шли сельским проселком. То вот легкий батальон, продвигавшийся к Харькову…
Он, конечно, передвигался чин по чину. С передовым дозором и передовой заставой. Но в целом — спокойно.
Никто в них не стрелял.
Местные жители в основе своей даже и не знали о том, что что-то произошло. Исключая, конечно, города, где местные власти, лояльные партийному центру, пытались что-то изобразить в плане сбора ополчения.
Но пока кисло.
Добровольцы не спешили записываться. А объявлять тотальную мобилизацию они пока боялись, опасаясь восстаний. Масштабных восстаний. Тем более, что в части городов жители стали сбивать в группы самообороны, в том числе и для поддержки советской власти. Далеко не всем ведь оказалось по душе эта вся киевская история.
Из-за чего батальон несколько расслабился…
И тут — треск выстрелов.
С опушки перелеска ударил «Максим» по передовому дозору.
Кого-то срубил.
Кто-то сам упал. Благо, что с велосипедов несложно свалиться. Да и с мотоцикла выпрыгнуть, ведь скорости то небольшие.
Тут же бойцы батальона спешились, побросав свои велосипеды. И стали разворачиваться в боевой порядок. А сопровождающий их БА-21 ударил по опушке из своего 13-мм пулемета. Просто чтобы прекратить «гордую песню» станкового пулемета.
В ответ из леса зазвучали винтовочные выстрелы.
Ударило еще несколько пулеметов.
В том числе и по хвосту колонны. Так как засада оказалась очаговой.
Но бойцы уже переместились на противоположный склон дороги. И отстреливались, обрушив на опушку настоящий град пуль. Сказывалось преимущество в самозарядном и автоматическом оружии.
Вот начали хлопать 40-мм гранаты, выпущенные из ручного гранатомета.
Вот, наконец найдя подходящий овраг, разместился расчет 60-мм миномета, открыв огонь по неприятелю. И на опушке стали поднимать взрывы его мин.
— Прекратить огонь! — рявкнул командир батальона.
Его приказ продублировали.
Тишина.
Со стороны опушки больше не стреляли.
Он глянул в планшет. Нашел подходящую карту. Сориентировался. И начал раздавать команды.
Здесь лесные массивны не отличались монументальностью. И лес пожиже, и площадь его поменьше. Так что выдвинув бронеавтомобиль с небольшой группой в обход сам повел своих людей в лес.
Бойцы батальона были вооружены самозарядными карабинами и пулеметами — легкими да ручными, что давало кардинальное преимущество перед «трехлинейками», с которыми в лесу особенно не развернешься. Даже в таком редком и вольготном, как тут.
Осмотрели позиции на опушке.
Один пулемет бросили. Его разбило 13-мм пулями. Остальные уволокли. Несколько десятков трупов. Раненных не было. Кого могли — забрали, остальных добили.
Обычная практика для боевиков. Потому как если пленный попадал к полякам, то мог слишком много всего рассказать. Тут, видимо, свои привычки применяли по инерции.
Рассредоточились.
Стали продвигаться маленькими перебежками. Ожидая обстрела в любой момент.
И минут через десять ожидания оправдались.
Скоротечная перестрелка.
Минометы в лесу, даже таком, употреблять было крайне сложно. Ветки и стволы деревьев мешали. Поэтому их просто тащили с собой в третьем эшелоне. Работали пулеметами, самозарядными да егерскими карабинами и 40-мм гранатометами. Последние особенно «жгли».
Готовые поражающие элементы осыпали очень приличный участок, давая массу подранков. И легко выковыривали неприятеля, укрывающегося за толстыми стволами деревьев.
Плотный же стрелковый огонь подавлял и не позволял особенно высовываться. Вынуждая отступать. Отступать. Отступать.
И наконец опушка.
Поле.
За которым в паре километров виднелся новый лес.
Боевики рывком выскочили из зарослей и побежали, стараясь выложиться на все сто процентов. Ведь здесь они на виду. Как на ладони. И если они не сумеют убежать слишком далеко, то их просто постреляют. Как в тире.
Но чуть погодя застучал 13-мм пулемет.
Бронеавтомобиль, выполняя приказ командира батальона, объехал лесной массив и вышел на позицию до того, как туда выбежали боевики. Причем, чтобы тех не смущать, заглушил двигатель. Вот его сразу и не заметили в кустах.
Выбежавшие залегли, стараясь влипнуть в грунт.
Парой минут спустя на опушку вышли основные силы батальона.
— Сдавайтесь! — громко крикнул комбат.
В ответ прозвучал выстрел, и пуля его едва не задела, чиркнув по дереву в паре сантиметров от головы.
Ответ последовал незамедлительно. С опушки ударили минометы. 80-мм тащить не стали. Тяжелы. А вот 60-мм прихватили с собой. И теперь в поле, метрах в трехстах опушки, начали подниматься взрывы.
Залегшие боевики вскочили и побежали.
Кто куда.
Но…
— Доложить о потерях, — хмуро произнес комбат, когда все закончилось.
Его все-таки зацепило и теперь медбрат осуществлял перевязку. К счастью вскользь. Но все равно — неприятно.
Очень радовало то, что боевики не приучены к общевойсковому бою. Поэтому не смогли воспользоваться преимуществом засады. Иначе батальон мог быть или разбит, или даже уничтожен…
[1] Автомобильные амортизаторы начали выпускать с 1903 года, хотя поначалу их ресурс был весьма невелик, а применение ограничено.
[2] Концепция дальнего снайперского огня производная от концепции войск специального назначения (спецназа), который стал развиваться только в годы Холодной войны, как ответ на множество малых локальных конфликтов. Зародыши подобных структур, конечно, существовали и раньше. Например, итальянские берсальеры и германские штурмовки Первой Мировой или советские штурмовые инженерно-саперные бригады и германские бойцы полка Бранденбург-800 Второй Мировой. И другие. Но все это — лишь первые шаги. Первая ступенька. Этот опыт обобщать и развивать, создавая настоящий спецназ начали только по итогам ВМВ под растущую номенклатуру специфических локальных задач.
[3] Это дает точность несколько лучше, чем 1 МОА.
Часть 2. Глава 2
1928 год, май, 2. Окрестности Харькова
Легкие батальоны продолжали свое продвижение по территории УССР. Первая группа — от Белгорода на Харьков. Вторая — от Перекопа на Херсон. Третья, второстепенная группа — от Перекопа к Запорожью. Быстро. Практически не встречая сопротивление. А местами и приветствие местных жителей,
