Я порозовела от возмущения.
Девица понимающе улыбнулась. Мол, знаем мы, зачем такие парочки к нам на огонек заглядывают. Уж точно не чай распивать и на местных жителей любоваться.
— Может, вам сподручнее будет свидание устраивать в комнате на третьем этаже? — лукаво подмигнула подавальщица. — Я вам и ужин туда подам… потом… если захотите. А то народец у нас грубый, еще зашибить могут… ненароком… Нет в них этого, как его… романтизму.
— А давай! — возрадовался маг, чем ввел меня в некоторый ступор. — В номера!
И что я с ним буду делать в номерах? У меня несколько иные планы на сегодняшний вечер, весьма далекие от плотских утех.
Я хотела было открыть рот, чтобы просто, но доходчиво объяснить размечтавшемуся магу свою позицию и настоятельно порекомендовать ему перенести свое внимание на более доступных и совершенно недорогих местных жриц любви, но не успела. Простенькое, но действенное заклинание молчания лишило меня дивной возможности облечь кипящее в душе возмущение в слова. Оставалось лишь злобно испепелять Сиднера взглядом, но маг не только не вспыхнул, но даже не соизволил задымиться. Очень неучтиво с его стороны так разочаровывать даму. Мог бы хоть покраснеть из вежливости.
Подавальщица соблазнительно вильнула бедрами, вызвав у присутствующих мужчин приступ повышенного внимания, и призывно махнула рукой.
«С места не сдвинусь», — гордо подумала я, но Сиднер не дал мне даже шанса. Твердой рукой воздел на ноги и удержал, когда надумала опуститься обратно на лавку. Причем проделал это легко, безо всяких усилий, а со стороны по-хозяйски лежавшая на моей девичьей талии рука смотрелась как жест собственника и защитника.
Первый порыв наступить наглецу сапогом на ногу и проучить мага добрым проверенным ударом в пах пришлось задушить в зародыше. Интуиция подсказывала — «Дикая утка» не то место, где девушке следует проявлять норов. Местный народ вряд ли решится на вмешательство в ссору с магом, а если и надумает выступить на моей стороне, то сделает это вовсе не из-за внезапно обуявшего приступа рыцарства во славу прекрасной дамы. Результат мне точно не понравится. Пусть маг — серьезный противник, но он один. Против толпы мне не выстоять. Не всякой воительнице удастся выйти победительницей в схватке с таким количеством врагов разом. А я не воин, не боевой маг, а всего лишь некромантка. Чем я смогу защитить себя? Арбалетными стрелами? Звездами и метательными ножами? Стаей летучих мышей, которым к тому же понадобится время, чтобы прибыть на помощь. Все это лишь окончательно обозлит толпу. Может, слегка задержит, но не более. Хочу ли я бегать от бандитов по темным улицам Загорска? Вряд ли.
Все эти неутешительные мысли вихрем пронеслись в голове. Считайте меня перестраховщицей, но я наплевала на душившее негодование и даже умудрилась выдать некое подобие улыбки, прежде чем послушно последовала за магом наверх. Улыбка, правда, вышла похожей на гримасу, ну уж как смогла.
Третий этаж освещался немногим лучше, чем первый. Некоторые свечи в настенных светильниках либо потухли, либо не зажигались вовсе. Если задуматься о предназначении этого этажа — решение с освещением мудрое. Двери в комнаты выкрашены в различные цвета. Первая — красная, затем оранжевая, желтая, зеленая, голубая, синяя, фиолетовая. Семь дверей — семь цветов, как у радуги. Забавно.
— Ваша — голубая, — сделала широкий жест провожатая. — Устраивайтесь поудобней, а я пока принесу ваш заказ.
Она ушла. А маг, не особо церемонясь и щадя мои нежные девичьи чувства, затащил меня в комнату. Внутри тоже преобладал голубой: стены, занавески на окнах, покрывало на кровати, старенький, но чистый коврик, цветочные горшки на подоконнике — все было одного цвета. Похоже, тот, кто обставлял комнату, не блистал оригинальностью.
Само помещение оказалось довольно маленьким, и двум людям в нем было тесно. Впрочем, комната предназначалась вовсе не для танцев в вертикальной плоскости.
— Присаживайся, — великодушно предложил маг, указывая на кровать.
Мило с его стороны сразу предложить девушке постель. Хотя в каморке усесться больше не на что, разве что на хлипкий с виду столик. Но, боюсь, доходяга не выдержит моего веса, хотя я вовсе не толстая. Удариться копчиком об пол, когда не внушающие доверия ножки треснут и столешница грохнется, не хотелось. Я гордо продефилировала к кровати и степенно уселась на нее с видом истинной леди, представительницы сливок высшего общества, примостилась на самом краю матраса, держа спину прямо до рези в напряженных мышцах. Или это правило только на стулья распространяется? Впрочем, плевать. Не все ли равно? Главное — держать спину ровно и пронзать оппонента презрительно высокомерным взглядом сверху вниз.
Честно говоря, задумка не сильно удалась. Сказалось отсутствие опыта. Высокородных дам с малолетства учат всем жестам и взглядам. Да и смотреть сверху вниз на человека, который возвышается над тобой на добрую голову (а то и на три), — занятие сложное и для шеи весьма утомительное, здесь особый талант иметь надобно. Как ни тянись, а все равно не выйдет.
— Ну, — выдавил маг тоном обвинителя на суде присяжных. — И что это за спектакль ты устроила?
Я презрительно фыркнула. Сказать в любом случае было нечего, к тому же он так и не удосужился снять заклятие молчания, а бумагу и чернила не предложил.
Сиднер быстро понял свою оплошность и поспешил исправиться. Незамысловатый жест рукой, который в приличном обществе сочли бы не совсем приличным, снял заклятие с моих уст, а вот умных мыслей в голове не прибавил, поэтому я все равно не проронила ни звука, погрузившись в гордое, как мне показалось, молчание. Маг нетерпеливо постучал пальцами по столешнице, но звук ничуть не способствовал сосредоточению на поставленном вопросе. А о чем еще беседовать, я не знала. Боюсь, вполне нейтральная тема о погоде только окончательно выведет охотника на нежить из себя. Остаться с обозленным магом наедине в тесном помещении… Ну уж нет.
— Итак. Я жду, — терпеливо напомнил о своем вопросе он, и я чуть было не спросила, чего именно он изволит ожидать, уже открыла для этого рот, но не успела. В дверь настойчиво постучали. Прежде чем Сиднер успел «нежно» рявкнуть визитеру, чтобы убирался ко всем чертям, дверь неожиданно распахнулась, лишив его этой возможности. Похоже, не только я постоянно забываю о засовах и ключах.
В комнату легко впорхнула хитроглазая верткая подавальщица с увесистым подносом. Сиднер вознаградил ее злобным взглядом, но подавальщица в «Дикой утке» оказалась девицей не робкого десятка (другие в подобном заведении и не задержатся), поэтому смело проигнорировала мага.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
