— Чего так долго? Заждались уже.
Я пожала плечами. Мол, даму и обождать немного не грех, а такую, как я, ожидать можно хоть вечность.
— Пойдем, у нас тут отдельный кабинет имеется, — добавил воришка и повлек меня куда-то через общий зал под громкие комментарии завсегдатаев, интересовавшихся, не слишком ли хороша цыпочка для такого доходяги, как он.
Но к открытым действиям никто не переходил, и на том спасибо.
Отдельный кабинет в «Дикой утке» представлял собой даже не комнату, просто отгороженный плотной черной тканью угол.
— Прошу, ваше магичество, — насмешливо поклонился мой спутник, услужливо отдергивая темный полог.
И тут я совершила трагическую ошибку — зашла внутрь. В следующий момент я получила удар по затылку и, сползая в темное болезненное беспамятство, запоздало поняла… А ведь мастеру воров я не говорила, где живу, а благоразумно назвала для связи адрес Горгулиса. Медуз бы ни за что не выдал мою лавку ученику вора, пришел бы сам. Тогда откуда парнишка узнал мой адрес? Запоздалый вопрос яркой вспышкой пронзил мозг, но ответа на него я не нашла и погрузилась во тьму.
ГЛАВА 9
Сознание возвращалось медленно. Оно словно осторожно кралось по темным задворкам ума, болезненно пульсировало в висках, отдавалось тупой болью в затылке. К тому же жутко мутило, а во рту царила знойная сушь пустыни. Я тут же задала себе вопрос: «А что, собственно, произошло?» И, как ни странно, не смогла обнаружить в памяти сколько-нибудь вразумительного ответа. Память нагло отказывалась помочь мне понять, как же я умудрилась докатиться до жизни такой. А тело вообще не слушалось. Парализовало, что ли? И это — в такие молодые годы! Эх! И не пожила-то совсем, а уже паралич разбил. Что ни говори, а работа у меня нервная.
Взгрустнув немного о своей горькой судьбине, я решила открыть глаза, дабы храбро встретить свалившееся на мою долю несчастье, и — о чудо! — руки обнаружились в целости и сохранности. Как ни удивительно, ноги тоже не пострадали. Зато какой-то оригинал додумался крепко приковать мои конечности к ужасной серой каменной плите, чья поверхность неприятно холодила спину даже сквозь плотную ткань рубашки. Именно поэтому я не могла свободно двигать руками и ногами и ошибочно приняла железную помеху за признаки внезапного недуга. Одежда все еще была на мне, что вселило в душу робкую надежду на незапятнанность девичьей чести.
— Ну и какого лешего от меня надо? — мрачно поинтересовалась я у не менее мрачного на вид потолка.
Я вовсе не рассчитывала, что каменные своды вдруг волшебным образом обретут дар речи и ответят, но свершилось чудо, и чей-то самодовольный голос с легким смешком пояснил:
— Твой дар, Ангелла. Разумеется, твой дар. Смазливых баб — хоть пруд пруди, а вот дар некромантии ниспослан далеко не каждой.
Я замерла, пронзенная внезапным откровением. Мой дар некромантки кому-то понадобился? Но зачем? Это должен быть особый случай, раз кто-то приложил столько усилий для моего пленения. Гораздо проще связаться с посредником и заказать услуги за звонкую монету. Либо похититель — законченный скряга, что, конечно, печально, но не смертельно. Либо… мне предстоит участвовать в чем-то противозаконном. А, как известно, в таких щекотливых делах свидетелей не оставляют.
«Небось еще и органы мои запродаст на составляющие для каких-нибудь декоктов, скупердяй несчастный!» — загрустила я.
По Загорску периодически ходили слухи один другого страшнее. В последнее время шептались о том, что в городе появился некто, охотно скупающий человеческие органы для каких-то своих целей, явственно отдающих чернокнижием. На окраинах будто бы даже трупы расчлененные находили в совершенно немыслимых количествах, но были ли они живы в процессе извлечения органов или нет, особо никто не интересовался. Обычно жертвами оказывались люди без роду без племени, без семьи, каких-либо средств к существованию и перспектив. Да и никто не знал наверняка, куда подевались недостающие части тела, может, мелкая нежить, что водится в любом городе, поживилась или крысы пообедали… Правда это или обычная городская легенда из тех, которыми мамы пугают детей, а подростки наводят друг на друга страху, сидя у ночного костра в родительском саду, — неизвестно. Что ж… похоже, придется мне узнать это на практике.
Смириться со своей печальной участью было сложно. Пусть в голове воцарилось туманное, болезненное, тошнотворное, отдающее в висках тупой болью помутнение, но некромант я или просто погулять вышла? Похоже, придется подтвердить свою некромантскую злобность персонально для непонятливых супостатов. Ну, главное, каков этот самый мастер воров! Заманил в ловушку меня, наивную и доверчивую. Вот не поленюсь, оживлю сотню мышей или крыс да натравлю на поганца! Но сначала нужно решить первостепенную задачу: освободиться от оков (если получится) или хотя бы понять, где я нахожусь.
Я осторожно потянулась магией к амулетам. Пустота. Глупо, конечно, было предполагать, что наивные похитители оставят мне что-либо из оружия. Да и амулеты обнаружить не составляет труда, если даром обладаешь. Тут уж маскируй не маскируй их под обычные украшения, все равно вычислят. Кстати, о магах. Интересно, чем занят поспешно покинутый мною Сиднер? Шлюх местных щупает или догадался-таки отправиться вслед за мной? Надеюсь, маг умнее меня и не попался в расставленную западню. У него же опыт… Или попался? Тогда он, может быть, где-то на соседнем столе отдыхает и о будущем своем мрачном тоскливую думу думает. Только бы не это.
— Скажи мне, о мудрый голос, — непослушными, пересохшими губами пролепетала я, смутно надеясь заболтать похитителя, пока буду пробовать освободиться от оков. Хотя, чуяло мое сердце, с моим счастьем такое не удастся. — Что ждет меня в грядущем, что это за место и кто меня похитил?
В ответ противно захихикали.
— Похоже, тебя слишком сильно приложили по голове. Раньше ты и не думала называть меня мудрым и уж тем более не считала ясновидящим. А ведь мы были друзьями.
«Друзьями?» — толкнулась в мутной голове ошалелая мысль. И действительно, в голосе неизвестного отчетливо проступали знакомые нотки. Кажется, я где-то уже слышала его, но, раздери меня упырь, если я хотя бы предполагаю, кто это может быть. И это при том, что друзей у меня — кот наплакал. Если не сказать, что их нет вообще. Исключением была Лорана, но она благополучно вышла замуж и уехала в столицу.
При такой редкой профессии, как некромантка, сложно сходиться с кем-либо накоротке, ведь людям свойственно любопытство, а шила в мешке не утаишь. Рано или поздно друг обо всем догадается. Можно мириться с пьянством, распутством, да мало ли еще с чем, но если твой знакомый взял за правило гулять по ночам по кладбищу, да еще и тревожить мирно гниющих в могилах покойников, — это не каждый примет. Один донос — и мне придется долго оправдываться перед властями, а если уж поймают с поличным… Об этом лучше и не думать. Просто мороз по коже.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
