Читаем без скачивания Святое дело - Виктор Суворов

Вот так надо было говорить с Гитлером. Этот сценарий надо было объявить всему миру.

Летом 1939 года надо было напомнить Гитлеру, что в Испании советские летчики, саперы, танкисты, артиллеристы, диверсанты воевали в том числе и против германских военных специалистов. Там война растянулась почти на три года. Переправлять людей и оружие в Испанию трудно. Но Польша — не Испания. Польша рядом. В Польшу Советский Союз может отправить любое количество добровольцев — хоть пять миллионов, хоть десять, и любое количество танков, самолетов и артиллерии.

Сталин мог бы сказать Гитлеру: в Испанию я отправил 648 самолетов и 347 танков. Потому как Испания далеко. В Польшу я пошлю в 10, 20 раз больше. В Испании было 40 тысяч иностранных бойцов в составе семи интернациональных бригад. На защиту Польши я соберу миллион.

2

Кроме такого способа действий, у Сталина было множество других возможных вариантов.

Второй вариант. Рвать Польшу. Но не до конца. Вот тебе, Гитлер, кусок с Данцигом и «польским коридором», а это — мне: Ровно, Львов, Тарнополь. По-братски. Но пусть между нами нейтральная урезанная Польша процветает.

Если бы между Германией и Советским Союзом оставалось 300-400 километров польской земли (да хоть и 100!), тогда внезапное нападение было бы невозможным. Тогда не надо было бы беспокоиться о том, как бы не дать Гитлеру повода для нападения. Тогда в 1941 году передовые части Красной Армии не попали бы под удар германской артиллерии в первые минуты войны. Тогда было бы время спросонья натянуть штаны и получить патроны.

Вопрос не в том, согласился бы Гитлер на такой вариант или нет. Ясно, согласился бы. Ведь он совершенно оправданно опасался блокады Германии и требовал только Данциг и дороги к Восточной Пруссии. Он большего не просил. Ему и самому спокойнее спалось бы при таком раскладе. Вопрос в другом: а почему товарищ Сталин не предлагал такой вариант? Зачем он предложил Польшу разорвать полностью и установить общие границы между Германией и Советским Союзом? Зачем ему Гитлер соседом?

Третий вариант. Подписать договор с Великобританией и Францией, не требуя коридоров через Польшу. Зачем они нам, коридоры? Пусть против Гитлера воюют Великобритания, Франция и Польша. Куда нам по коридорам спешить? Дойдет очередь до нас, тогда и воевать будем. Зачем нам поперед Польши в пекло лезть?

Четвертый вариант. Вообще ничего не делать. Пусть они в Европе грызутся, а мы ни нефти, ни зерна, ни хлопка, ни хрома Гитлеру не дадим. Нейтралитет! Пусть Гитлер воюет без нашего вольфрама и ванадия.

Вариантов было много. И все выгодные. Кроме одного, того самого, который выбрал Сталин. Того, в соответствии с которым возникла общая граница с Германией. Зачем ему это?

Но других вариантов Сталин не предлагал. И отдавал Гитлеру больше того, чем тот просил.

Не торгуясь.

3

Он знал, что творил. За раздел Польши Великобритания и Франция объявили войну Германии…

Тут я на минуту прервусь. Ибо в этом месте повествования немедленно включается еще одна кремлевская песнь. Исполняли ее множество раз и соло, и дуэтом, и квартетом, и многоголосым хором. Вот сольное исполнение одного из самых выдающихся кремлевских негодяев. Звали его Яковлев Александр Сергеевич. Звание — генерал-полковник. Авиаконструктор. Заместитель наркома авиапрома. Лауреат Ленинской, Государственной и шести Сталинских премий. Дважды Герой Социалистического Труда. Референт Сталина по вопросам авиации. Академик АН СССР. Душитель наиболее перспективных направлений развития советской авиации. По определению Марка Солонина: «крысиный король». (Подробности — в замечательной книге Солонина «На мирно спящих аэродромах».)

Вот ария «крысиного короля»: «Англия и Франция объявили Германии войну. Объявили… Но не воевали, несмотря на весьма благоприятную для них военную обстановку. Весь мир со дня на день ожидал, когда же Англия и Франция начнут военные действия…» (Цель жизни. М., 1968. С. 213).

Вот ведь какие нехорошие: войну объявили, но ничего не делали! А обстановка-то благоприятная!

С этим согласимся. Однако попытаемся и этих нехороших понять.

Великобритания имела небольшую армию, ориентированную главным образом на защиту колоний. В тот момент ждать от нее грандиозных побед не приходилось. В то же время Великобритания имела огромный флот. Так вот: флот воевал. Воевал с таким напряжением, с которым флоту Советского Союза не приходилось воевать никогда за всю его историю.

Гитлер обложил Британию подводными лодками, которые беспощадно топили британские торговые суда. Вот на выбор некоторые цифры потерь.

В октябре 1939 года утоплено 21 британское торговое судно, в ноябре — 73, в декабре — 79, в январе 1940 года — 72, в феврале — 45, в марте — 46, в апреле — 58. Далее в том же духе. По одному, а то и по два-три корабля в день.

Суммарное водоизмещение потерянных судов скачет по месяцам: то 158 тысяч тонн, то 226 тысяч, то 189 тысяч, то 214. Очень быстро миллион набрался. И дальше понесло. А ведь каждое судно что-то везло. Ценное. И для Британии жизненно важное.

Военный флот Британии был брошен на защиту морских путей, от которых страна зависела полностью и тотально. С сентября 1939 года до мая 1940-го, т.е. за время так называемой «странной войны», британский флот потерял авианосец «Корейжес» и линкор «Арк Роял», были серьезно повреждены линкоры «Нельсон» и «Бархам», крейсеры «Белфаст», «Ажакс», «Эксетер», «Суффолк». Не будем вспоминать эсминцы и прочую мелочь.

Королевский флот Британии нес огромные потери, но он выполнил две главные задачи, ради которых был создан:

во-первых, блокировал германское транспортное судоходство в Атлантике;

во-вторых, и это главное, – не позволил удушить свою страну морской блокадой.

Кто-то может ту войну называть «странной». Я лично ничего странного тут не вижу: мордобой по усиленной программе. Германскому флоту в том мордобое тоже крепко досталось.

Вот картинки к тексту:

9 апреля 1940 года британской подводной лодкой был потоплен германский крейсер «Карлсруэ»;

10 апреля уничтожен крейсер «Кенигсберг»;

11 апреля был очень серьезно поврежден «карманный» линкор «Лютцов». В Киль его привели на буксире. Восстановление и ремонт заняли более 6 месяцев. (Это не тот «Лютцов», который Сталину продали, это другой. В девичестве был он «Дойчландом». Но кто-то Гитлеру подсказал, что если «Дойчланд» утопят, то нехорошо получится. Потому его другим именем нарекли.);

13 апреля в районе Нарвика британский флот потопил восемь германских эсминцев и одну подводную лодку.

Ну а на земле? На земле в основном было тихо. Как иначе? Франция весь свой бюджет всадила в строительство оборонительной линии вдоль границы. Расчет: война начнется, будем сидеть в укреплениях, врага на свою землю не пустим. И вот война. А армия Франции готова только к тому, к чему ее готовили: к сидению в укреплениях.

Потом Германия разгромила Францию. Но это уже другая история.

4

Нехорошие, конечно, французики. Войну Гитлеру объявили, а сами сидели в укреплениях, чай пили. Позор лягушатникам на вечные времена!

Да только не нам их хулить. Вот если бы и Советский Союз Германии войну объявил в сентябре 1939 года, да при этом бы и делал еще хоть что-нибудь, тогда можно было других упрекать: мы кровь проливали, а вы в укреплениях прятались!

«Крысиному королю» Александру Сергеевичу перед тем, как других в бездействии укорять, следовало на себя оборотиться. Следовало спросить: а что делал Советский Союз в те славные времена? Как против Гитлера боролся? После того как Великобритания и Франция объявили войну Германии, почему Советский Союз не открыл Второй фронт?

Возразят: так у нас же дружба с Гитлером!

На это полюбопытствуем ехидно: а кто вас, граждане коммунисты, заставлял с людоедами дружбу водить? И если уж влезли в дружбу с Гитлером, так можно было бы ошибку эту исправить. Ведь с Японией дружбу водили, а потом бумажку изорвали в клочки и стукнули издыхающую Японию кувалдой по затылку. Отчего же с Гитлером не рвали дружбу?

Согласен, в августе 1939 года ситуацию было трудно предсказать. Но Гитлер напал на Польшу, и тут же Великобритания и Франция объявили ему войну. Ситуация прояснилась до предела. Тут бы и Советскому Союзу одуматься: пакт мы с Гитлером подписали — бес попутал, промашечка вышла. Извините. Пакт разрываем. И вслед за Великобританией и Францией тоже объявляем войну Гитлеру.

Повод можно было и не искать. Следовало объявить: мы с Гитлером подписали пакт о ненападении, а на Польшу нападать не договаривались. Раз Гитлер напал на Польшу, значит, мы ему объявляем войну и открываем Второй фронт!

Кстати, кремлевская пропаганда до самого развала Советского Союза упорно твердила: мы с Гитлером только о ненападении договорились, но никакого тайного сговора не было, Польшу не делили, секретных дополнительных протоколов не подписывали, а то, что нам некоторые умники в нос тычут, – фальшивка.