******
Лежу на кушетке. Сердце замирает. Сегодня первый скрининг…
Я жду, когда врач начнёт исследование. Чувствую слабый сквозняк, даже ладони покалывает.
Аскар сидит рядом. Он сразу настоял на присутствии. Намного больше мужчины в моей жизни не стало. Он периодически звонит. Мы беседуем спокойно, вполне миролюбиво, в салоне трений нет, все в порядке. Финансовый вопрос мы ненадолго отложили: мне бы не хотелось сейчас переживать ещё и по этому поводу, но я понимаю, что он от своих слов не откажется. А я при необходимости всегда смогу найти удаленную работу, хотя жаль, конечно, будет из салона уходить. Но окончательное решение я ещё не приняла, поэтому не слишком зациклилась на ответе.
Аскар несколько раз звал меня поужинать и «пройтись». Он даже вспомнил, как же это полезно дышать свежим воздухом. Но у меня всегда находились дела. Не то чтобы я была решительно настроена против прогулок, просто не хочу тратить время и силы впустую. Мне намного приятнее встретиться с Юлей или Владой: больше положительных эмоций. А расходовать запасы энергии на чужого мужчину… ну простите, это не ко мне. Аскар стойко переносил отказы, надо признать. С неугасаемым упорством уточняя, как мое самочувствие, не нужно ли чего, и вновь предлагая увидеться.
Но сегодня он здесь…
Врач выдавливает гель, я немного вздрагиваю, Аскар берет меня за руку. Я стараюсь выдыхать медленно и с силой сжимаю его пальцы, если не сказать больше: бессовестно вцепляюсь в предложенную руку. Я очень ему благодарна. Очень. Мне до умопомрачения сейчас нужна поддержка. Всей душой верю, что с малышом все хорошо.
Смотрю на экран, мало что там понимаю, но изо всех сил пытаюсь рассмотреть. Как трепещет сердечко мы услышали сразу. Отлегло – вытягиваю губы и постепенно выдыхаю, медленно прикрыв глаза: нервы на пределе. Бьется. Бьется…
Врач рассказывает нам с Аскаром, что мы можем разглядеть на экране, даёт краткие пояснения. Но для меня самое важное, что малыш жив. Здоров. И никаких отклонений узист не заметил. Надеюсь, и анализы ни о чем плохом не расскажут.
В кабинете доктора мы провели немного времени. Аскар задал несколько вопросов, внимательно выслушав ответы.
– Ты что так распереживалась? – уточняет, когда мы уже вышли из здания. Сегодня на улице очень холодно и поднялся сильный ветер. – Все ведь отлично?
– Да, – сложно справиться с эмоциями. Я правда переволновалась. – Да, все отлично.
– Я уж грешным делом подумал, что ты мне руку сломаешь, – смеётся надо мной, а я улыбаюсь в ответ.
– Твою руку захочешь – не сломаешь. Не прибедняйся.
Уже когда мы выехали с парковки, а Аскар успел ответить на два звонка, он вдруг уточняет:
– Ты не сильно торопишься? Я голодный как черт. Позавтракать не успел. Может, заедем в ресторан, перекусим?
– Я совершенно свободна. Да и дома сейчас мне точно не усидеть. Так что я только за.
Пока мы ждём заказ, Аскар на связи с юристами: сосредоточен и серьёзен, зажимает трубку между плечом и ухом. Взглядом дырявит скатерть, а я отворачиваюсь, открываю диалоговое окно и пишу Владе:
Я: «Вышла с УЗИ. Все прекрасно. Вечером наберу:)»
– Ты уже думала, как бы хотела ребёнка назвать?
Поднимаю голову, отодвигая от себя телефон.
Тёмный взгляд прожигает насквозь. Аскар внимательно рассматривает мое лицо. И ждёт ответа.
– Если будет девочка… мне нравится Виктория.
– Айдарова Виктория Аскаровна, – усмехается вновь: ему явно такой вариант не пришёлся по душе. – Ты уверена, что тебе очень нравится? – интонацией выделяет предпоследнее слово. А во мне просыпается ехидна.
– Вообще-то, я примеряла к своей фамилии, – слегка покусываю, да, и даже знаю, чем это чревато. Но последующее резкое замечание лишь вызывает у меня улыбку.
– Вообще-то, это исключено. Мы уже обсуждали.
– Как легко ты выходишь из себя, – на него смотреть страшно: подбородок выдвинут, губы поджаты. Расслабленная полминуты назад атмосфера теперь начинает тяготить. Его. – Я просто пошутила. Если что.
– Это не смешно. Если что.
– Ты с чего завёлся-то? Да, мы обсуждали. Ребёнок будет записан на тебя, я не слишком против, во всяком случае, на сегодняшний день. Что не так?
Его взгляд настороженно падает вниз, а я слишком поздно понимаю, что в порыве опустила ладонь на мужскую руку.
– Оля, эта шутка ниже пояса, – Аскар накрывает свободной ладонью мои пальцы, заключая тем самым в плен мою руку. – Давай впредь в подобном направлении шутить не будем.
– А я думала, что тебя не ранят такие легкие покусывания. С виду ты – пуленепробиваемый локомотив.
– Я на самом деле не такой бронированный.
– Значит, тебе мой выбор не нравится? – мне удаётся освободить ладонь, и я откидываюсь на мягкую спинку.
– Пока непривычно. Это все, что я могу сказать.
Подумываю спросить, какой вариант нравится ему, но благоразумно сдерживаюсь. Какая мне разница? Имя буду выбирать только я. А его мнение в этом вопросе для меня вторично.
Около часа мы провели в ресторане. Я бы даже сказала, засиделись. Неприятный эпизод закрыли, дальше все пошло как по маслу. Мы с Аскаром вроде как нашли подход друг к другу. Научились находиться рядом. Спасибо работе.
На выходе мужчина удивил, когда помог мне надеть верхнюю одежду.
– А можно, – он протягивает ладонь, но до плоского живота не дотрагивается. – Мне…
Он стоит близко – приходится даже немного задирать голову, чтобы заглянуть в его лицо: каблуки я уже довольно давно сменила на комфортные кроссовки. Я ещё и его размеренное дыхание слышу. Ровное, но громкое. Он напряжённо ждёт моего разрешения.
– Почему нет. Просто… шевеления пока ещё не чувствуются.
Кладу ладонь поверх его руки и легонько прижимаю к животу.
Стараюсь опустить взгляд. Потому что в мужском взоре плещется непонятное мне чувство. Тёплое и искристое.
– Да, я уточнял
