— Не думайте сейчас об этом, Белль, — перебил он, сдавая карты. — Скорее всего мистер Фрай просто хотел попугать нас, рассчитывая, что мы уедем и не станем мешать ему выполнить его работу. Держу пари, все его рассказы о гробах просто-напросто выдумка. А если и нет, то эта комната скорее всего была когда-то хозяйской спальней. И мало ли какой тут мог быть камин. Вот уж не подумал бы, что вы такая трусиха.
— Я не трусиха, — возмутилась она. — Просто меня поразила эта комната.
— Во всяком случае, что бы тут ни было раньше, изменить мы ничего не можем, верно? Выкиньте эти мысли из головы, не то проигрыш вам обеспечен.
— Вот уж это вряд ли. Я ведь не из тех, кто даже в шахматы вечно проигрывает, — презрительно фыркнув, парировала Белль и взяла в руки карты.
Впрочем, через мгновение выяснилось, что мысли ее так же далеки от игры, как и прежде.
— Но, Стивен, — не выдержала она, — если даже мистер Фрай выдумал всю эту историю с домом гробовщика… вам никогда не приходило в голову, что порой зловещие события способны оставить свой след там, где они когда-то происходили? Признаться, я раньше никогда не верила в призраков — до тех пор, пока не попала в этот дом. Неужели вы ничего не чувствуете? Мне кажется, тут все дышит злом. А вспомните эту деревушку? Такое впечатление, что тут нет ни одной живой души — все словно вымерло. Вам не кажется это странным? Мы ведь не встретили ни одного человека, вы заметили?
— Но ведь вы забываете, что все время шел дождь. Кому бы пришло в голову слоняться по грязной дороге, да еще в такую погоду, когда хороший хозяин собаку не выгонит? Не глупите, Белль. Единственное, что чувствуется в воздухе, — это запах плохо приготовленного мяса и омерзительная вонь немытых тел. — Стивен поднял голову. Глаза его весело блеснули. Хлопнув по столу ладонью, он весело рассмеялся: — Ах, сегодня счастье не на вашей стороне, дорогая! А вот мне повезло, разве нет?
— Похоже, — кивнула Белль, невольно досадуя, что так и не смогла сосредоточиться. — А везение тут ни при чем. Все дело в умении и опыте. Если это есть, вам не грозит опасность умереть с голоду.
— А как же капитан Шарп[1]? — насмешливо спросил Стивен, собирая со стола карты. — Впрочем, спорить не буду. К тому же ваше мастерство вселяет, знаете ли, некоторые надежды… возможно, ваш хм не даст нам обоим умереть с голоду, коли дела мои пойдут плохо. Конечно, несколько неловко для мужчины жить за счет умной жены, но я быстро привыкну.
— Ну, до профессиональных игроков мне, конечно, далеко. Однако признаюсь честно, что в юности гораздо чаще сидела за карточным столом, чем за клавикордами. — Белль заглянула в свои карты и решила, что пора сменить тему. — Судя по некоторым вашим замечаниям, я делаю вывод, что вы — виг и, следовательно, одобряете парламентские реформы, по поводу которых сейчас столько разговоров в Лондоне?
— Полностью. А вы?
— Признаюсь, они мне по душе. Впрочем, выскажи я противоположное мнение, мой отчим тут же вычеркнул бы меня из завещания. Ну а с практической точки зрения мое мнение ведь ничего не значит, верно? Женщины пока что не имеют власти в английском парламенте.
Стивен презрительно хмыкнул.
— Нечто в этом роде обожают твердить многие из наших политиков. Но я знаком с их женами, а это, поверьте, грозная сила. Все эти дамы твердо знают, что лучше для страны и когда следует натянуть вожжи. Спроси вы — и у них найдется что сказать и о делах парламента, и о том, как управлять государством.
Белль фыркнула в ответ.
— Это не совсем то, что я имела в виду. Может, они «и правят, но из-за спины своих мужей. Это не настоящая власть.
— Еще какая настоящая! Просто для того, чтобы упиваться ею, им вовсе не нужно красоваться на виду, как нам, мужчинам. К тому же женщины обычно предпочитают действовать скрытно, а не ломиться напролом, как это свойственно сильному полу. Ну, красавица моя, вперед! Давайте бросим спорить о политике, или и эта партия тоже останется за мной.
— Что ж, тогда, полагаю, мне следует утешаться тем, что рабство теперь запрещено во всей Британской империи. Будем считать, что это первый крошечный шаг к тому, чтобы наделить каждое человеческое существо хотя бы малой толикой власти, — жалобным тоном протянула Белль, хотя глаза ее смеялись.
— Боже, помоги несчастному, которому придет в голову обратить в рабство вас, моя дорогая! — пробормотал Стивен, возводя очи к небу.
— Да уж, без Божьей помощи ему явно не обойтись!
— Не надо так сердито сверкать на меня глазами, радость моя! Я хочу стать вам всего лишь мужем, а вовсе не господином и хозяином. — Стивен галантно протянул ей фляжку. — Не хотите глотнуть? Просто на тот случай, если ваше мастерство вдруг неожиданно пропало, моя дорогая. Надо же чем-то подсластить горькую пилюлю, верно?
— Спасибо, но я не стану пить — по крайней мере пока игра не закончена. Предпочитаю не затуманивать себе мозги. — Белль снова зевнула, чувствуя, что утомленное тело готово вот-вот предать ее. И с досадой добавила: — В прошлый раз я проиграла, но это ничего не значит — просто отвлеклась на минутку. Эта партия останется за мной, вот увидите!
— Конечно, дорогая, — с той обманчивой мягкостью в голосе, которая постоянно приводила Белль в бешенство, кивнул Стивен.
Закусив губу, чтобы не сорваться, Белль задумалась над картами. Вскоре игра полностью захватила ее мысли. Погрузившись в обдумывание ходов, Белль совершенно забыла о своем внезапном страхе перед привидениями. Но очень быстро ей пришлось признать, что на этот раз ей попался сильный соперник, к тому же обладающий невероятной способностью держать в голове все ходы и взятки. Но что самое ужасное — Стивен мог, заглянув ей в глаза, тут же догадаться о том, какие карты у нее на руках, а какие нужны ей позарез! И конечно, этот пройдоха принимался вилять и хитрить, лишь бы не сбросить их на кон. Ситуация оборачивалась явно не в пользу Белль. В раздражении она до крови кусала губы и нетерпеливо постукивала каблучком, пустив в ход все свое умение, чтобы выиграть.
Забыв обо всем, они с головой погрузились в игру. В камине потух огонь. Стояла полная тишина. Снизу не доносилось ни звука.
— Что ж, похоже, и эта партия за вами, — вынуждена была признать Белль, когда Стивен выложил карты на стол.
Фортуна явно на этот раз была не на ее стороне. Раздосадованная поражением, она заглянула в карты Стивена — у него на руках были все козыри.
— Просто я наконец понял, как играть против вас, — признался он, отодвинув в сторону карточный столик, и с ленивой грацией поднялся. — Ну, моя радость, пришло время платить по счетам. Итак, я жду. А потом отправимся в постель. Завтра придется выехать чуть свет.
