— Не стоит, — махнул рукой русский. — Имя мое тебе тоже ни к чему. Не ходи за мной.
Он зашагал вниз по склону. Джей-Ти выждал немного и, когда русский скрылся в зарослях можжевельника, пригнулся и прокрался следом. Проследить за спасителем оказалось нетрудно, потому что он даже не стал проверять, исполнил ли Джей-Ти его просьбу. По тропинке русский спустился с холма и углубился в заросли, в сторону, противоположную той, где размещался временный лагерь армии Макриди.
Бывший рэпер прятался за стволами и валунами до тех пор, пока человек в скафандре не вышел на большую каменистую проплешину, где скрываться было уже негде. Потому оставалось издали наблюдать, что же он станет делать.
Немного постояв и словно прислушиваясь, русский двинулся к дальнему краю проплешины, где в известняковом склоне чернело что-то наподобие пещеры. Именно туда, в зияющий проем, человек в скафандре и влез.
Подождав немного, не выглянет ли он обратно, Джей-Ти спустился вниз и, поскальзываясь на камнях и шипя от боли, которой время от времени отзывались его многострадальные ноги, добрался до пещеры. С виду ничего особенного, обычная дырка в земле, с потолка свисают корешки, пахнет сыростью.
Джей-Ти прислушался, но из пещеры не доносилось ни звука. Зато треснула ветка у него за спиной, в можжевеловых зарослях, переплетенных вьюнком.
Джей тревожно обернулся. Не хватало, чтобы вернулись головорезы Макриди… Нет, второй раз пришпилить его к кресту у них не получится!
Ветка снова треснула, дрогнули вершины молодых лиственниц. Кто-то пробирался через заросли, не особенно скрываясь, а значит, был уверен в себе, человек это или зверь. И Джей-Ти счел за лучшее спрятаться в пещере, прикинув, что русский, если попадется на пути, вреда уж точно не причинит. Иначе зачем «астронавту» было его спасать и лечить?
Согнувшись в три погибели, чтобы не треснуться башкой, Джей-Ти полез в прохладную темноту. Через несколько шагов свет от входа стал меркнуть, пришлось пробираться на ощупь. Нужно было напроситься идти с русским, подумал Джей, у того, небось, фонарик. В животе урчало — лимонный сок только встревожил желудок, который теперь отчаянно требовал чего-то посерьезнее.
— Эй! Русский! — негромко позвал Джей-Ти в надежде, что тот ушел недалеко.
Никто не отвечал.
Джей сделал еще несколько шагов, касаясь ладонями стенки пещеры, а потом перед глазами у него что-то вспыхнуло, и пол словно расступился под ногами. Измученному организму этого было достаточно, чтобы Джей-Ти вырубился.
— Ну, и где мы? — спросил Ромео Грэнджерфорд.
Все пятеро — точнее, шестеро, если считать кота по кличке Крысиный Король — стояли целыми и невредимыми среди нагромождения коричнево-рыжих скал. Никаких следов мертвого шахтерского городка в тусклых предрассветных сумерках не наблюдалось.
— Ума не приложу, — признался Шибанов, по-прежнему сжимавший в руках М-16. — Это совершенно другое место.
— Я вижу, что другое. Как мы сюда попали, вот что я хотел бы знать.
— Эта тварь, которая хихикает… Она гналась за нами. А когда мы выскочили через заднюю дверь, почему-то оказались здесь.
— Мы вообще на Земле? — Мидори обнимала кота, который вел себя спокойно, сидел и вертел головой. — Я читала сценарий, в котором люди вот так попали на другую планету. Еще, говорят, есть параллельные миры, туда тоже перемещаются совершенно случайно.
— Типун тебе на язык, детка, — сердито произнес старичок. — Я читал про такую хрень в дешевых журнальчиках, ну, в которых публикуют статьи типа «Я беременна от инопланетянина». И потом, вон Большая Медведица.
Ромео ткнул корявым пальцем в звездное небо.
— Мало ли, — сказала Мидори. — может, у них тут тоже есть Большая Медведица. Так что это еще не доказательство!
Ромео неодобрительно уставился на Мидори. Под его суровым взглядом девочка отступила и пожала плечами:
— Как хотите. Я только предположила.
— А не надо, — веско сказал старик. — И без всяких дурацких фантастик дерьма на нашу шею хватит.
— Нас куда-то выбросило… С дверью было что-то не так, — Шибанов вспомнил искристую темноту и зыбкое дрожание воздуха.
— А с этой тварью, которая хихикала? Да она влезла мне в чертовы мозги! — потрясая кулаком, заявил старичок. — Я чувствовал, как иду к ней навстречу… А потом ты, парень, дал мне по морде, и я малость пришел в себя.
— Рассказывали, что когда все только началось, какие-то сумасшедшие военные пытались запустить ракеты с ядерными боеголовками. Их сбили, и они упали где-то в Неваде или Аризоне… Может, после взрывов образовались дыры в пространстве? — предположила Атика. — Я помню, когда мы жили в Уотерхоуле, об этом постоянно рассуждала доктор Салазар.
— Я так думаю, неважно, что это, — заключил Ромео и взял из рук своей супруги дробовик. — Главное, что мы не провалились в Ад. Прикиньте, если нас перебросило куда-нибудь в нормальное место? Флорида, например. Я ничего не имею против Флориды. Правда, у меня нет плавок, но это фигня.
— Во Флориде, по-моему, нет таких гор, — заметила Оливия.
— Хорошо, в Монтану. Против Монтаны я тоже ничего не имею.
— Посидите здесь и разберитесь, что мы успели спасти из припасов, а я поднимусь повыше и посмотрю, что вокруг, — предложил Ростислав.
— Я с тобой, — сказала жена.
— Нет, дорогая, оставайся здесь.
С этими словами Шибанов принялся взбираться вверх по осыпи. Он подумал, что в последнее время был слишком черствым с Атикой. Понятное дело, что во время побега не до любви, но и до этого они вели себя скорее как товарищи по несчастью, чем как муж и жена. Когда они занимались сексом в последний раз? Два месяца назад? Три?
Неужели когда-нибудь все это закончится? У них будет дом, машина, бассейн, лужайка, по которой с лаем будет бегать золотистый ретривер? Они смогут завести детей? Или до конца своих дней придется бродить, глядя на разрушающиеся города, на умирающую цивилизацию, осознавая, что где-то за тысячу километров люди живут прежней, обычной жизнью?
Ростиславу приходилось видеть, как люди сводят счеты с жизнью. Чаще всего это были те, кто потерял близких родственников, но случалось, что вешались и стрелялись те, кто слишком много думал. Сидит человек, размышляет-день, два, а на третий, глядишь, пустил себе в висок пулю. Сейчас Шибанов понял, о чем именно думали эти люди.
Нет, рано или поздно все наладится. Найдут лекарство от вируса, снова откроют границы. Если нужно, пусть даже устроят что-то вроде резервации, они с Атикой готовы остаться здесь. Но пусть снова будет электричество, супермаркеты, кино и телевидение, нормальная пища… Да пусть и ненормальная, гамбургеры какие-нибудь дурацкие. Картошка фри с кетчупом, «Макмаффин», мексиканская еда… Черт возьми, тот же хоккей! Хотя играть Ростиславу уже не придется, форму растерял, не говоря о многочисленных повреждениях. Впрочем, если обратиться в серьезную клинику…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
