Всю предыдущую неделю Кора Танг, как могла, следила за госпожой Левитиной. Та ездила то в театральный дом, то в агентство «Самсон», то домой, то в какую-то фирму… Словом, Кора исколесила за ней весь город, вдоль и поперек. Но Левитиной этого было мало: она решила отправиться за город. Когда Кора увидела, что такси, в котором сидела жена Салахова, выезжает за черту города, ей пришлось остановиться. Бензин заканчивался, а куда направляется госпожа Левитина, неизвестно.
Девушка вернулась к театральному дому. Интуиция подсказывала, что «меценатка» вернется сюда.
Фарид освободил квартиру и теперь подыскивал удобное помещение для своей школы боевых искусств. Жена Салахова сделала косметический ремонт и навела в квартире прежний порядок. Иногда она приходила сюда, но на ночь еще не оставалась. Во всяком случае, Кора не видела.
Когда она устала торчать в машине и решила плюнуть на слежку, во дворе показалось знакомое такси. После загородного путешествия Левитина действительно приехала к театральному дому. Кора могла похвалить себя за «шестое чувство». Зря Фарид к ней не прислушивается.
Итак, дама в шляпе отпустила машину. Это сразу насторожило Кору. Обычно водитель ждал пассажирку и потом вез в другое место. Левитина скрылась в парадном, вскоре в окнах ее квартиры загорелся свет. Девушка не спускала глаз с окон. Через некоторое время окна погасли. Неужели хозяйка улеглась спать?
На город опустилась ясная лунная ночь, улицы опустели. Кора Танг несколько раз зевнула, ее клонило в сон. «Подожду немного и поеду домой», – решила она. И в этот момент… из театрального дома вышла женщина. Одетая во все темное, она сливалась с ночным мраком. Если бы не луна, Кора могла бы ее не заметить. Женщина прошла через двор и направилась к дороге. Ее волосы были распущены. Внезапно она остановилась, сняла туфли, забросила их в кусты и дальше пошла босиком…
У Коры от напряжения свело челюсти. Она бесшумно открыла дверцу «фольксвагена» и выскользнула наружу. Женщина, не торопясь, шагала босиком по асфальту, Кора двинулась за ней по другой стороне улицы. Та вышла на перекресток и повернулась лицом к луне. Ее одежда напоминала бесформенную хламиду, из недр которой ночная путешественница что-то достала, наклонилась и…
Кора Танг оступилась в темноте. Хрустнули кусты. Женщина в хламиде, закончив свое дело, не оборачиваясь, пошла обратно к дому.
Девушка растерянно огляделась. На перекрестке уже никого не было. Темная фигура быстро удалялась. Кора решила оставить преследование. Ее мучило любопытство: хотелось посмотреть, что странная особа делала на перекрестке. Она подождала немного и, когда незнакомка скрылась, вышла на мостовую и присела на корточки.
На асфальте белела лужа молока. По крайней мере Коре показалось, что это молоко. Не пробовать же его на вкус? Она пожалела, что у нее нет фонарика. Девушка опустила в лужу палец – там было что-то липкое, похожее на мед. Может быть, она спит и ей это все снится?
Кора Танг взглянула на часы – около двух ночи. Точно! Она переутомилась, заснула, и ей снится полная чушь. Девушка побрела к «фольксвагену», замаскированному в кустах, забралась на заднее сиденье, свернулась калачиком и провалилась в тяжелое, тревожное забытье…
Утром она поднялась к Фариду. Тот не сразу понял, в чем дело.
– Кора? Так рано? Что-то случилось?
Она бросила сумку в прихожей, прошла на кухню и устало опустилась на табуретку.
– Хочу кофе…
– Сейчас.
Фарид включил кофеварку и сел рядом с девушкой. Ее усталый вид вызвал у него сочувствие.
– Фарид! – сказала Кора, поднимая на него глаза. – Я все поняла про эту Анну Наумовну. Она просто сумасшедшая. Понимаешь? Больная…
Для большей убедительности девушка покрутила пальцем у виска.
– С чего ты взяла? – удивился он. – Ты сама-то в порядке?
– Не смей меня оскорблять! – взвилась Кора. – Ты из-за нее готов любому горло перегрызть! А она – просто дура! Чокнутая!
– Успокойся… Можешь объяснить, что произошло?
– Я вчера все про нее узнала. Подкараулила ее вечером. Она приехала, поднялась в свою квартиру, дождалась, пока все улягутся спать, и принялась за свои делишки!
– Что ты городишь?
– Я не горожу, а рассказываю! – закричала Кора. – Твоя благодетельница в полночь, при луне, вышла на улицу, вся в черном, как привидение, и почесала на перекресток. Босиком! Знаешь, что она там делала? Поливала асфальт молоком и медом!
Кора истерически захохотала, всплескивая руками и подпрыгивая на стуле.
– Ты уверена, что это была она?
– Еще бы! У меня доказательство есть! Теперь все понятно. Потому она и деньги раздает направо и налево. Дуракам закон не писан. А ты слюни распустил! Решил, она на тебя глаз положила! Наивный…
– Подожди… – Фарид ничего не мог понять. – Про молоко ты выдумала?
– Ну… я бы тебе показала, да с утра машины все развезли по асфальту. Ты что, не веришь? – она снова захохотала. – Я сама себе не верила. Проснулась и думаю: сон или не сон?
– Вот видишь…
– Вижу! – Кора уставилась на него злыми глазами. – Говорю тебе – она чокнутая! Я знала, что ты не поверишь. Поэтому принесла доказательства. Вчера в темноте эту тетку было не узнать, но… она по дороге сбросила туфли. Они так и валялись в кустах! Утром я туда пошла, поискала, и… вот они, родимые!
Кора Танг выбежала в прихожую и вернулась с парой почти новых отличных кожаных туфель.
– Полюбуйся! – она бросила туфли на колени Фариду. – Теперь веришь?
Он растерянно взял туфли и принялся их разглядывать. Черт знает, что творится!
– Откуда тебе известно, что это туфли госпожи Левитиной?
– Возьми и отнеси их ей! Скажи, мол, вы не в себе были, мадам, обувь потеряли… жалко… все-таки денег стоит. Полагаю, немалых…
– Куда я пойду? Я даже не знаю, где она живет.
– Могу сказать адрес, – усмехнулась Кора. – Но это лишнее. Твоя красавица здесь, в квартире напротив. Небось дрыхнет после своих ночных похождений!
Фарид задумался. То, что говорит Кора, просто в голове не укладывается. Он взял туфли и направился к двери.
– Смотри, если врешь…
Анна Наумовна открыла сразу, как будто ждала звонка. Она была в домашнем зеленом костюме, волосы собраны сзади в узел.
– Фарид?
– Извините, пожалуйста, – он почувствовал, как на его лице расплывается глупая улыбка. – Вы туфли потеряли…
Он решил, что в крайнем случае переведет все в шутку. Анна Наумовна умная женщина, не обидится.
– Какие туфли? – спросила она.
– Вот… – Гордеев протянул ей черные лодочки. – Это ваши?
– Мои! – улыбнулась Левитина и посмотрела на него ясными глазами. – Большое вам спасибо. А то мне домой ехать надо, а туфель нет!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
