Все, что мне было нужно, — небольшое владение с фермой, пригодной для жизни, понимаешь, Уолтер?! Никогда не мечтал я стать таким могущественным, как мой отец.
— Только потому, что раньше это было невозможно! Всю свою жизнь ты бы служил простым наемником и не смог бы скопить денег достаточно, чтобы купить подобное Клайдону имение. Сейчас же тебе дают его почти задаром, ибо оно будет стоить тебе лишь твоей свободы — женишься, и все, тебе не придется даже сражаться, чтобы получить все это.
— Неужели?! Думаешь, Ротвелл так запросто и успокоится, уступив Клайдон мне без борьбы? К тому же, если ты не заметил этого, то скажу, что у леди также полно соседей, которые не прочь помахать мечами.
В ответ на это саркастическое замечание Уолтер лишь пожал плечами.
— Но ведь твой отряд значительно увеличится, если ты станешь хозяином Клайдона, и тебе больше не придется рассчитывать всего на тридцать воинов, Ранульф. У тебя будет целая армия, а в случае чего епископ Шеффордский обязательно поможет тебе. К тому же есть еще кое-что: у епископа получить помощь проще, чем у короля.
— Все может быть. Однако сколько у меня возникает сложностей с этой леди и ее воспитанницами. Клянусь святым Дунстаном, Уолтер, их же там целая армия!
— И это главная причина твоего отказа?
— Она, и только она — главная причина моего отказа! Я не хочу, чтобы моей женой стала леди, а уж тем более эта крохотная штучка, возомнившая себя великаном и понятия не имеющая о том, как долго можно испытывать терпение мужчины.
Уолтер едва сдержал улыбку, ибо теперь-то он понял, что Ранульфа все-таки удастся сломить, а его несговорчивость объяснялась только тем, что он все еще злился на леди за все те оскорбления, что она ему нанесла.
— Возможно, она чуточку своенравна. Однако леди слишком долго жила одна и совсем отвыкла от повиновения. Все, что ей нужно, — так это муж, который бы поставил ее на место.
В ответ Ранульф что-то невнятно пробурчал, и Уолтер поспешил продолжить:
— Не собирался ли ты жениться после того, как станешь обладателем Фарринг-Кросса?
— Естественно. Крепкая деревенская баба как нельзя лучше мне подойдет.
Уолтер изумленно уставился на него, однако уже через мгновение приступил к штурму:
— А кто будет следить за хозяйством, за ткачеством, за уборкой и приготовлением еды? Ты что, думаешь, что слуги будут работать только потому, что есть что делать?! Или ты думаешь, что они послушаются приказа той, что была когда-то одной из них и которую ты возвел в ранг жены?
— Если я прикажу…
— Ранульф, друг мой! Только твое упрямство говорит сейчас вместо тебя устами идиота! Ну же, потерпи, дослушай меня до конца, — добавил Уолтер, заметив потемневший взгляд Ранульфа. — Можешь ли ты дать виллану меч и сделать его рыцарем?
— Не будь дураком! — прорычал Ранульф.
— Так вот, чтобы стать рыцарем, нужно упорно тренироваться в течение долгих лет. То же самое и в отношении благородных дам — все их достоинства не достаются им от рождения, Ранульф. Их обучают будущим обязанностям так же, как и нас. Неужели ты собираешься жить в свинарнике до тех пор, пока твоя деревенская женушка не выучится вести хозяйство?! А кто, как не леди, будет учить ее? Сам подумай, какая благородная дама опустится до такого, сколько бы ты ей ни заплатил?!
— Все, Уолтер, довольно!
— Именно довольно, де Брют, — раздался чей-то незнакомый голос, и оба рыцаря, обернувшись, увидели стоящую возле костра Рейну, сопровождаемую Эриком и Серлом. — Если вы все еще не уговорили его, то вряд ли это у вас вообще когда-нибудь получится! А я не желаю, чтобы меня навязывали мужчине. Это была ваша затея, а не моя и, уж конечно, не его. Я согласилась только потому, что из двух зол меньшим вы представили своего друга. Однако, несомненно, лорд Ротвелл — более достойный мужчина, ибо по крайней мере он-то чувствует себя способным управлять Клайдоном, в то время как ваш претендент все еще сомневается в своих способностях управлять столь обширным имением.
Уолтер издал протяжный стон. Сумасшедшая! Даже если бы она приложила все силы, то вряд ли могла сказать что-либо более ужасное и оскорбительное. Сравнить Ранульфа и Ротвелла — еще полбеды, но заявить, что Ротвелл более достойный человек! Это уж слишком. Поставить под вопрос не только способности Ранульфа руководить, но и его мужество, намекнув на то, что он просто боится принять подобный вызов!..
С перекошенным от гнева лицом вскочил Ранульф еще прежде, чем Рейна успела закончить свою речь, и Уолтер бы не удивился, если бы за подобное оскорбление Ранульф задушил ее прямо на месте. Он был настолько взбешен, что не сразу смог заговорить. Рыцарь лишь метал молнии в сторону девушки, глаза его были теперь цвета индиго, а она все еще была невредима… И что еще более невероятно — продолжала насмехаться над ним.
— Поправьте же меня, Фитц Хью, если я заблуждаюсь! Или вы хотите заставить меня поверить, что отказываетесь от Клайдона только потому, что боитесь меня?!
Змеиный свист донесся до собравшихся.
— Вели седлать лошадь для нее — мы немедленно выезжаем в аббатство!
Как только Ранульф бросился прочь искать свою лошадь, Уолтер спросил недоверчиво у сияющей Рейны:
— Вы нарочно сделали это? Она пожала плечами:
— Но вам ведь была нужна помощь. К тому же, как вы и сами сказали, он все-таки лучше Ротвелла!
— Но он никогда не простит вам подобного оскорбления! Рейна снова пожала плечами:
— Если он настолько глуп, чтобы не понять, что с нашей помощью он сделал верный выбор, — это его трудности.
— Похоже, что это все-таки ваши трудности, — мягко проговорил Серл, стоявший позади Рейны. А Эрик тут же спросил:
— А вы уверены, что он вам нужен, миледи?
— Спросите меня лучше, нужен ли мне Ротвелл, в пасть к которому вы так торопились меня доставить!
С этими словами Рейна покинула группу пристыженных молодых людей и отправилась на поиски лошади.
Глава 14
Ранульф был убежден, что именно эта взбалмошная хозяйка Клайдона подстроила их свадьбу. И теперь он собирался жестоко отомстить ей за то, что она позволила себе так им распоряжаться. Однако сейчас не самое подходящее время, чтобы позволить злобе затуманить его трезвый некогда ум. Она согласилась составить для него брачный договор, и независимо от того, одобрял он ее действия или нет, он все же прекрасно понимал, что это было необходимо, поскольку по сути своей контракт являлся наиважнейшим документом любого брака. Рейна была достаточно проницательной женщиной, чтобы заметить, с какой рассеянностью слушал Ранульф ее длинную речь, когда она перечисляла все свои владения молодому монаху, посланному в качестве писца, чтобы помочь им составить договор.
