В отличии от жителей столицы князь радоваться не спешил. Оно и понятно: я видела промелькнувшую на его лице досаду, когда кабинет обследовал Келеавин. И вряд ли это из-за расы моего шэса.
Я благодарно кивнула Келу за отодвинутый для меня стул, послала ослепительную улыбку в ответ на его недовольный взгляд и, дождавшись, когда мы с князем останемся одни, резко посерьезнела.
— Вы меня разочаровали, Ганс, — не стала оттягивать разговор.
— Мне жаль, что мой дворец не пришелся вам по вкусу и вы переехали к себе, — тут же отозвался князь.
И ведь действительно в голосе ни капли фальша, и можно было бы подумать, что лис не причем, но чуть напряжённая спина и упрямо поджатые губы буквально кричали об обратном.
— Я не это имею в виду. Вам чем-то не угодили мои шэсы? Вы что-то имеете против выбора Великого духа и моего?
Ганс вздохнул, откинулся на кресле и устало ответил:
— Нет, эса Иссил. Но и извиняться мне не за что. Когда у вас появятся дети, вы сможете меня понять.
— Я могу попробовать вас понять хоть сейчас, если вы объясните мне зачем приказали водить моих шэсов кругами! Как вам вообще это в голову пришло? Я не понимаю, зачем!
Плечи князя поникли, он как-то весь сгорбился, разом уменьшаясь в размерах. Я же, помня, кто передо мной, только прищурилась и требовательно постучала ноготками по крышке стола. Лис вздрогнул и заговорил:
— Я должен был дать шанс хотя бы одному моему сыну. Я не спрашиваю, что у вас произошло с Мейриком, и так понимаю, что он сильно где-то просчитался. — Я стиснула зубы. Не то слово «просчитался», скорее в конец охамел! — Но Анджело, мой мальчик, он… Вы ему действительно понравились, иначе бы ничего не заставило его покинуть свое подземелье. Когда он согласился сопровождать вас, эса Иссил, впервые выйти в город с момента гибели его матери, я подумал, что у него есть хотя бы крохотный шанс на нормальную жизнь.
Теперь вздрогнула я. Так Анджело сам себя заточил?
— Что произошло с его матерью? — тихо спросила, уже не думая ругаться. Как отца, Ганса действительно можно понять.
— Она… Ее убили. Лариэтта любила гулять, а в ее положении это не было безопасным. Я пробовал приставлять охрану, но демоны народ гордый и не приемлет ущемления своей свободы. Она часто сбегала и однажды ее раскрыли. Ее забили до смерти мои же жители, а я… не смог ничего сделать. Только спрятать Анджело пока все не утихнет, а после он и сам не захотел выходить на улицу. Лариэтта числилась моей помощницей, о нашей связи никто не знал, а жена, — он поморщился, — эта хитрая лисица согласилась назвать Анджело своим сыном за очень хорошую сумму. Хорошо, что Великий дух забрал ее, прежде чем она смогла навредить мальчику. Простите, эса Иссил.
Кивнула, принимая слова. Ну что поделать, если оборотни привыкли считать, что стервозная лисица внутри меня забирает умерших к себе. Может и забирает, мне она о таком сны не показывала.
— Вы не переживайте, эса Иссил. Когда стражники на воротах доложили, что один из ваших шэсов вошёл в город, я приказал в кратчайшие сроки доставить остальных. Понимал, что мой план раскрыли и дальше оттягивать не имеет смысла.
Мысль, что скоро смогу обнять своего лиса радовала, но…
— А где сейчас Анджело?
— Снова заперся у себя. Рисует, наверное. Ему это помогает, успокаивает. Если вы хотите с ним увидеться, то, к сожалению, я не смогу вам помочь. Когда сын хочет побыть один, даже я не могу попасть на подземный этаж.
И вроде бы ничего не обещала Анджело, не позволяла себе лишнего, но все равно такой дрянью себя почувствовала. Полудемон только решился покинуть свое убежище, после стольких лет, а я опять его туда загнала.
— Спасибо за откровенность, Ганс.
Больше задерживаться у Князя не было смысла. Да и вообще в столице. Если мои шэсы скоро будут здесь, то лучше подготовиться для дальнейшего путешествия. Время отдыха стоит потратить с удовольствием, а не собирать новые сумки. И все же, не смотря на слова Князя и недовольное ворчание Келеавина, я спустилась в подземелье. Хотелось поговорить с Анджело. Хоть как-то смягчить наше расставание. И не смогла попасть даже туда, куда раньше разрешалось заходить стражникам. Дверь была закрыта изнутри. И лисица помогать отказалась, прикинувшись глухой, сколько я к ней не взывала. Зато Келеавин выдохнул с облегчением, когда потоптавшись перед запертой дверью, я признала свое бессилие.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
День прошел в заботах. Мы действительно готовились к скорому отъезду. Слишком нервничал Кел, когда думал, что я не вижу. Он и лиса с трудом принял, а тут полудемон, из-за которого я переживаю, нарисовался. Зато отношения наши наладились и шэс больше не демонстрировал свой вредный характер. До моего похищения и так произошел сдвиг, когда демон присоединился к нам с Рэйном, а после похищения и вовсе все шестерёнки встали на место. Не знаю, какие мысли витали в его голове, но психовать Келеавин перестал.
Глава 12*
— Ты ничего не хочешь им сказать или спросить? — беззлобно поддел меня Рэйн.
Мы лежали в тени деревьев на мягком покрывале во дворе дома эсы и наслаждались единственным днём отдыха перед дорогой. А ещё мы подсматривали за образовавшейся парочкой. Я прищурилась и покачала головой.
До чего же хорошо вышло! Я и до этого не сильно беспокоилась за своего первого мужа. Все же навязанный брак — это самое последнее, что хотелось нам обоим. А теперь и вовсе удовлетворённо выдохнула, решив, что Дрейк в надеждных руках. И не важно, что Анита была почти в два раза меньше внушительного лиса, я была уверена, что именно хрупкая блондинка держит в руках их общее счастье, а не наоборот. Не знаю, что сыграло свою роль. Может быть то, что они оба из одного города и знали друг друга раньше, а может Анита смогла вовремя утешить моего мужа, когда тот разочаровался в своей бывшей невесте. В любом случае ругаться и устраивать истерики я не собиралась ни тогда, когда при встрече оба оборотня, быстро переглянувшись, не подняли на меня взгляда, ни сейчас, когда парочка, ища уединения, случайно попала нам на глаза.
— Хорошо смотрятся, — с улыбкой отметила, когда Дрейк своими огромными ручищами обхватил лицо блондинки и поцеловал, прижимая последнюю к дереву.
— И даже не ревнуешь? — ровно поинтересовался Рэйн.
Настолько ровно, чтобы не понять, что лис беспокоится, было невозможно.
— А надо? Мы с Дрейком к браку не стремились, чувств к друг другу не испытываем и то, что он смог найти ту, которой плевать не только на его женатый статус, но и на личность этой самой жены, можно считать чудом. Не всякая решится увести добычу Великого духа, а Анита хоть и хрупкая снаружи, зато внутри сильная.
— И все же они не спешат признаваться тебе.
— Время, Рэйн. Время все расставит по своим местам. И я даже с этим им немного помогу, — хитро прищурилась, решив, что этому уютному дому с чудесным садом в центре столицы не помешает хозяин с хозяйкой. А за тем, чтобы мои шэсы ни в чем не нуждались, присмотрит Ганс. Все же зла никому из нас он не желал и не желает.
— Завидую им, — огорошил муж, прижимая меня к себе крепче. И пока я ничего себе напридумывать не успела, добавил: — Целуются.
Тихо рассмеявшись, выпуталась из объятий мужа, развернулась и быстро склонилась над его лицом. Действительно, зачем подглядывать за чужим счастьем, когда свое рядом.
— Люблю тебя, — шепнул лис, разорвав сладкий поцелуй.
Он не ждал ответа. По глазам было видно, что давно смирился с тем, что никогда не будет единственным и был готов просто быть рядом. Только я молчать не стала.
— А я тебя люблю, — выдохнула в прикрытые от удивления губы.
Поцелуи пламенные, страстные и жадные. Бесконечные касания наших губ и тел. Мы целовались как сумасшедшие, совершенно позабыв обо всем на свете. И если бы не своевременное появление демона, то на малом точно не остановились.
Бесцеремонно оторвав меня от Рэйна, Келеавин поднял мое возбужденное тело на руки и жадно вдохнул.
