саквояж и забубнил:
— Сейчас я оставлю вам успокоительный настой и кое-какие зелья.
— Мы возьмём только настойку, — категорично прервала я его. — Чем лечатся стрессы? Положительными эмоциями?
— Да…
— Вот, с этого момента мы будем только улыбаться, гулять и играть. Да, птенчик? — повернулась я к воспрявшей духом Весте.
Похоже, горькие зелья ей пить не хотелось, так как девочка сразу активно закивала. Взяв у целителя флакон с успокоительным и выслушав инструкцию, как его принимать, я выпроводила лекаря, сразу же приказав Китти прислать горничную девочки в её комнату. Отчитав служанку за то, что она бросила больную малышку одну, пригрозила уволить к чёртовой матери, если такое ещё раз повторится.
— Всё ясно?
— Да, ваша светлость.
— Тогда приступайте к своим прямым обязанностям — помогите Весте одеться. И подберите что-то попроще. Сегодня вычурное пышное платье нам ни к чему. После завтрака мы идём гулять.
— А как же уроки? — подала голос малышка.
— Отменяются!
— А Стенли?
— Он идёт с нами. Ричи тоже.
Строить из себя строгую, властную герцогиню оказалось не так легко. У меня даже голова разболелась. Как бы самой настойку Весты пить не пришлось. К тому же на лёгкую прогулку я не рассчитывала. Это в отношениях с падчерицей лёд тронулся, подход к Стенли ещё искать и искать. А если учесть, что заводила в пакостном дуэте именно он…
Я оказалась права. За завтраком малышка бросала на меня заинтересованные взгляды и робко улыбалась на мои подмигивания. А вот мальчик зло хмурился и демонстративно не смотрел в мою сторону.
— Стенли, если тебя что-то не устраивает или есть какие-то претензии ко мне, я всегда готова тебя выслушать, — всё же не выдержала я угнетающего молчания.
Хотела заключить перемирие? Размечталась. Отодвинув от себя тарелку, он поднялся и, так и не проронив ни слова, стремительно покинул столовую. Подавив желание пару раз удариться лбом о столешницу, подозвала служанку и распорядилась собрать корзину для пикника. Я обещала Весте развлечения — я их организую, каких бы нервов, а возможно и увечий, мне это ни стоило!
Забрала с кухни корзину, поблагодарив приветливо улыбающуюся кухарку, и пошла за уже убежавшей на улицу малышкой. Откровенно говоря, я думала, что парень к нам не присоединится, но подходя к приоткрытой двери, услышала его голос.
— Ты предательница! Как ты можешь ей верить, ещё и заступаться за гадину! — прошипел он с обидой.
— Стен, она хорошая, честно-честно. Она мне сказку рассказывала, сладостями с ложечки кормила и… целовала, представляешь?
— И что?! Продалась за один поцелуй?!
— Меня никто не целовал кроме папы…
— И почему один? У меня их много, на двоих хватит, — вмешалась я, выходя на крыльцо, пока мальчик не успел настроить против меня малышку.
Я и так с ними словно в глухую стену бьюсь и ни за какие коврижки не позволю разорвать ту тонкую ниточку, что протянулась между мной и девочкой.
Фыркнув, Стенли раздражённо дёрнул плечом и сбежал по ступеням. Ну почему с ним так сложно? Того и гляди у меня опустятся руки.
34
ЭЛЬМИРА.
Направились мы к реке. Если я всё верно запомнила во время нашего с Арамом полёта в тот день, когда он меня с дерева снял.
В одной руке я держала увесистую корзину с провиантом, а другой сжимала маленькую ладошку Весты. Девочка шла рядом, не переставая улыбаться, и иногда припрыгивала от нетерпения, видимо, уж очень ей хотелось сорваться на бег. Стенли брёл чуть позади и сверлил мне спину настолько злобным взглядом, что кожу между лопаток жгло. Ну и Ричи семенил с нами, раздражающе наступая на мой подол.
Не выдержав, я остановилась, поставила корзину и подняла с земли палку, демонстративно покрутив её в руках. Возмущённо засопев, собакен спросил:
— Я, по-твоему, глупый щенок за палкой бегать?!
Молча размахнулась и забросила ветку как можно дальше. Нд-а… рефлекс никто не отменял! С громким тявканьем дог рванул на её поиски. Вернувшись с добычей в зубах, он смотрел на меня как на врага всего собачьего племени.
Но это не произвело должного впечатления! Правда, палку у него пришлось отбирать силой. Пёс рычал и причитал, что если отдаст, я повторю свой трюк. Не угадал. Повторила его Веста. Так, пока добирались до реки, мы с падчерицей по очереди гоняли ворчливого дога.
И всё же я прокололась. Мы вышли к обрыву, метров шесть высотой, а вот внизу, под ним, да — бурный водный поток. Такие подробности с высоты птичьего полёта рассмотреть сложно, так что сделаем мне скидку.
— Ну и ладно, посидим здесь. Поляна большая и вид красивый, а купаться тебе всё равно нельзя, — успокоила я расстроившуюся девочку.
Заглянув в корзину, обнаружила не только румяные пирожки, фрукты, бутылку с компотом и стаканы, но и толстый плед. Так вот почему чёртова корзина была такой тяжёлой! У меня даже плечо заныло.
Расстелила одеяло, выгрузила на него продукты и утянула Весту собирать цветы. Надрав целую охапку, расположились на пледе. Я учила малышку плести венок, а она, прикусив от усердия кончик языка, старательно повторяла всё, что я ей показывала.
Огорчал только Стен. Он подходить к нам не спешил — с помощью всё той же палки издевался над Ричи, заставляя вновь и вновь притаскивать её с другого конца поляны. Хотя, должна признать, мальчишка увлёкся и на его губах играла едва заметная улыбка. Пожалуй, даже слишком увлёкся.
Я всё чаще бросала на него обеспокоенные взгляды, отмечая, что с каждым разом он всё ближе отступает к обрыву. С опаской косясь на парня, отложила недоплетённый венок в сторону, поднялась и… Как раз в этот момент из-под его ног посыпались камни. Стоя спиной к обрыву, Стенли и не понял, что произошло. Испуганно взмахнув руками, он пытался шагнуть вперёд, но поскользнувшись, полетел вслед за камнями.
Вскрикнув от накрывшего ужаса, я рванула к краю обрыва. Не скажу, о чём я думала в этот момент, наверное, ни о чём. Но, когда добежала до отвесного склона, прямо передо мной возник обвитый лианами мальчишка. Лишь протянув к нему руки, заметила, что мои ладони окутало зеленоватое свечение, и сообразила, что умудрилась поймать Стенли, использовав магию.
Думать об этом сейчас я была не в состоянии. Схватила пасынка, лианы тут же его отпустили и куда-то уползли. Упав на колени, я судорожно ощупывала парня, проверяя нет ли у него увечий, и бормотала:
— Ударился? Где-нибудь болит? Ничего не сломал?
Уперевшись ладонями в плечи, он с силой меня оттолкнул. Не ожидая отпора, я плюхнулась на
