назвал, и Калашина на откровенность раскрутил. Слушал о бывшей жене, а сам думал – как не спился тогда майор, как с ума не сошел? Сильный мужик! Дружбы не получилось – времени ни тому, ни другому на тесное общение не хватало, так, лишь перезванивались.
В прошлом году столкнулись в одном кафе – Калашин с молодой красоткой Светланой ее день рождения отмечали, а Леднев с коллегами – юбилей главврача. Уже ближе к концу вечера появилась за столиком Калашина еще одна женщина. Павел подошел из любопытства, уже изрядно выпив, ничуть не смущаясь. «Знакомься, Паша, моя сестра Ольга», – представил Калашин, пригласив пересесть к ним. Павел отказался, сославшись на прогнозируемое недовольство коллег. Отметив, что хороши обе – и калашинская подруга, и сестра, даже позавидовал – у него, Павла Леднева, никого нет! Ни семьи, ни серьезных отношений! Так, по случаю, необременительные связи с медсестричками. Обидно, да…
Позже, когда прощались, был приглашен Светланой «на чай». Ольга же промолчала, хотя ей бы он, наверное, не отказал. Калашин же, перехватив его, Павла, взгляд на сестру, шепнул на ухо, что, мол, не замужем она.
Если бы не думал об Августине, мысли об Ольге тогда были бы… более серьезными…
Павел проверил по карманам наличие телефона и ключей от машины. Рука наткнулась на коробочку с кольцом, он выложил ее на столик у зеркала. Вечером, все решится сегодня вечером. Затягивать с предложением не стоит – опоздать в этот раз он не должен.
Уже в машине, заведя двигатель, он набрал номер Августины.
Глава 28
Звонок Леднева застал ее на пороге – Августина собиралась в магазин за продуктами. За Мишкой присмотреть обещала Аллочка, Августина торопилась, зная, что сын замучает тетушку вопросами, если мамы не будет слишком долго.
За документами в клинику она решила зайти сама, как раз по пути, но Леднев заявил, что уже подъезжает к дому, мол, пусть она, Августина, ставит чайник.
Тетушка, услышав часть разговора, с удивлением уставилась на нее, задав лишь один вопрос: «Леднев? А что у тебя с ним?» «Ничего!» – с досадой ответила Августина, мысленно ругая себя, что так и не научилась говорить «нет».
К чаю ничего не было, последнюю пачку бисквитных рулетов они съели на завтрак. Вчера поздним вечером, когда Аллочка с вещами явилась к ней на постой, Августине пришлось кормить ее остатками Мишкиной каши. Ни тетушке, пребывавшей в некоей растерянности, ни ей, никак не ожидавшей такого скорого бегства той от мужа, не пришло в голову съездить в супермаркет за нормальной взрослой едой. После горестного монолога о своей загубленной семейной жизни Аллочка проплакала до ночи, Августина же не успокаивала ее, понимая, что слезы эти ровно пополам горечь и радость. Столько лет вместе с Осей, ради него и только, а себя найти лишь сейчас. Горько – да… Ну, а радость – не одна она теперь, любящий мужчина рядом, надежный. «Скажи, Августина, Ося же без меня не пропадет?» – задала тетушка вопрос, а Августина тут же возмутилась – о чем та думает?! Непонятно…
Она все же успела выскочить из дома, и тут же автомобиль Леднева притормозил у подъезда. Букет хризантем слегка подвял, сам Леднев выглядел бледно. Но признание, что соскучился, а потому рассчитывает на теплый прием, прозвучало бодро и, как поняла Августина, с надеждой на последующее приглашение в дом. Она пролепетала, что собирается в магазин, что в квартире тетушка и если его устроит ее компания, он может пойти к ней, дверь ему откроют. Леднев как-то сразу сник. «Лучше я с тобой», – быстро проговорил он, распахивая перед ней дверцу машины.
Они вернулись скоро – супермаркет находился на соседней улице. Августина первой увидела Игоря, стоявшего у подъезда. Леднев же замешкался у машины, доставая пакеты с продуктами из багажника. Когда он подошел к ним, Игорь уже по-хозяйски обнимал ее за талию.
– Вижу, я что-то пропустил. – Павел зло зыркнул на Августину, а она невольно отодвинулась от Игоря. «Боже мой, чувствую себя преступницей! Идиотская ситуация!» – Августина приложила магнитный ключ к замку двери.
– Пойдемте уже… чай пить! – С досады голос прозвучал пискляво, потом и вовсе сорвался, она закашлялась.
Вот так и происходит – то никого рядом, одна крутишься, все вроде налаживается, а тут и бывший ухажер и двое свеженьких. В один день! «Одного, правда, уже нет!» – цинично подумала Августина, прикидывая, как же избавиться раз и навсегда и от Леднева – не убивать же! А судя по тому, как тот только что плечом отодвинул Калашина, протиснулся в дверь первым, Паша добровольно не отступится. Она поймала взгляд Игоря – тот лукаво подмигнул.
– У меня мало времени, Авгуша. – Он наклонился к самому ее лицу. Она вдохнула запах его туалетной воды и на миг прикрыла веки.
– Ты завтракал?
– Не успел.
– Пообщайся с Ледневым, я быстро сделаю омлет. Ты любишь с тертым сыром? Мишка обожает…
– Я тоже буду… обожать!
– Иди в столовую. – Она прикоснулась губами к его щеке.
На кухне Августина застала умилительную картину – тетушка с Ледневым разбирались с продуктами, деловито распределяя их по полкам холодильника. Леднев даже не повернулся на звук скрипнувшей двери (ну, некому петли-то смазать!), Аллочка же одарила ее возмущенным взглядом.
– Павел, давай договоримся, – Августина дождалась, пока они с Ледневым останутся на кухне одни. – Если я дала тебе повод думать… В общем, надеюсь, что помощь твоя была бескорыстной, дружеской…
– И все останется как было. То есть – никак.
– Да. Я даже подумать не могла, что ты… Но почему ты бросил Лику, у вас же был роман?! – Резкое напоминание о подруге прозвучало с досадой.
– Романа не было. Ничего серьезного, я имею в виду. Она знала, что я любил тебя. Это ты, блаженная, ничего не замечала! Даже на выпускном, когда я признался…
– Признался?! – не удержалась Августина от восклицания.
– Вот видишь! Ты даже не услышала! А мы танцевали с тобой вальс!
– Да, танцевали… прости. – На самом деле никакого раскаяния она не испытывала.
«Так не бывает, чтобы столько лет – и любить. Я с ума сходила по Дашевскому, но стоило ему предать меня, очнулась. Поняла – больше не подпущу его к себе близко. А к Мишке тем более. Значит, не любила? Или придумала и любила? Вот и Леднев меня придумал!» – решила она.
– И чего ты добилась, бегая за Дашевским?
– Павел, ты не имеешь права!
– Не имею?! Да я из-за тебя уехал после школы из города! Хотел в Москве
