образование получить, чтобы престижное было! Оставил маму с младшим братом, ему тогда четырнадцать только исполнилось. А мама болела. Собственно, из-за нее в медицинский подался. В Москве случайно встретил Анжелику, от нее узнал, что ты с Дашевским встречаешься. Со злости с ней закрутил. Да, знал, что любит! Видимо, всегда кто-то один любит, а другой просто принимает любовь.
– Или не принимает, – перебила она.
– Точно. И не бросал я Лику – мама умерла, пришлось вернуться домой. Знал, что Дашевский так около тебя и вертится, только понять не мог – зачем ты ему?! Баб у него было немерено, каждый день новая. Неужели тебе не противно было с ним?
– Остановись! Ты ничем его не лучше!
– Вот здорово! Не лучше… люблю всю жизнь, верность храню – и не лучше! Да ты знаешь, когда его посадили…
– Я никогда не знала, куда он пропал! А тебе известно?! Откуда?!
– Так я его и сдал. Он в своей лаборатории синтезировал новую дурь. А мой брат… я поздно заметил, хотя сам учился на врача! Вадик с бабушкой жил, комната отдельная, друзья приходили – что она могла понять? Когда деньги стали пропадать, мне сказала. Вытряс из него, где берет наркоту, сдал барыгу в полицию. А тот Дашевского…
– А с братом что?
– Я же сказал – поздно. И бабушка вслед за ним ушла, месяца не прошло.
– Сочувствую…
– Себе посочувствуй. Второй раз на те же грабли! Калашин такой же бабник, как твой Левушка. Только мент. Спроси его, один ли живет? Насколько я знаю, последняя его девица сейчас на югах, вернется – как делить его будете?
Августина замерла. В самом деле, с чего это она решила, что они с Игорем… А тут вот оно как! Даже если не жена… Что она, Августина, о нем вообще знает? Он-то о ней практически все!
– Павел, тебе лучше уйти. – Августина отвернулась к плите.
– Гонишь? Вот такая благодарность, да? Я больше не приду!
– Спасибо за помощь, но – уходи. – Спокойствие давалось ей с трудом.
Громкий хлопок входной двери заставил ее вздрогнуть. «Блаженная… ну да, наверное, – иначе бы не попалась как дура… дважды!» – усмехнулась она, собирая на поднос обещанный Калашину завтрак.
Глава 29
Лика вчера мужа так и не дождалась. Сквозь сон слышала, как скрипели ступени лестницы, когда он поднимался на второй этаж – их спальни были рядом, она сама настояла на том, чтобы отдыхать друг от друга ночью. А муж и не возражал.
Готовя себе завтрак, заметила, что он не выпил даже кофе, но от пирога с яблоками, что она испекла накануне, осталась лишь треть – муж любил любую выпечку от булки хлеба до торта. Только ради него Лика и научилась печь. Полакомившись пирожным или сладким пирожком, тот становился на время безмятежно спокойным. Таким она встретила в том клубе, откуда он поздним вечером увез ее в загородный отель.
…Тогда ей было все равно, с кем и за сколько. Эскорт-служба, куда она попала с подачи сокурсницы, чтобы подработать, отнимала все больше времени – в спутницы на тусовки и официальные мероприятия ее желали многие, и почти все мужчины хотели продолжения. Правилами спать с клиентами запрещалось, владелица агентства дорожила репутацией, но находились ушлые девицы, готовые добавить к оплате вполне невинных услуг и ощутимую прибавку за секс с небедным партнером. Такие долго не задерживались, увольнение было неизбежным. Лика себя берегла особенно, ловко увертываясь от «заблудившихся» рук клиента, не обижая, а лишь ласково напоминая, что он не в борделе. Уверенность в себе была ей в помощь, комплексов по поводу внешности и ума она никогда не имела, за что, как понимала, и ценят ее мужчины. Да, она была высокооплачиваемой спутницей, никогда не допускавшей их до своего тела.
То, что угроза ее светлому будущему именно в ее исключительности, она поняла, когда однажды очнулась в гостиничном номере рядом с бездыханным телом клиента – слава богу, смерть была не криминальной. Лика настояла на анализе крови, выяснилось, что ей в шампанское добавили психотропный препарат, быстро вычислили и ту, которая это сделала. Безупречная ее репутация не давала покоя той самой сокурснице, что привела Лику в агентство.
Их уволили обеих, из университета с третьего курса она ушла сама – денег, чтобы заплатить за пересдачу почти полностью заваленной сессии, не было. Как-то очень быстро закончились и те сбережения, что оставались. Лика, получившая после развода с мужем только комнату в московской коммуналке, решила, что заработать себе на жизнь сможет, лишь продавая свою красоту.
В тот клуб она пришла с другим мужчиной. Они жили вместе несколько месяцев, с ним было удобно и легко. Он оплачивал квартиру, набивал холодильник продуктами, она же со своей стороны гарантировала горячий ужин и активную ночь. Посещая вместе светские тусовки, развлекаясь, они никак не ограничивали личную свободу друг друга. Поэтому Лика не отказалась выпить и с приятным немолодым иностранцем, не спускавшим с нее глаз.
Он сделал ей предложение выйти за него замуж рано утром следующего дня. «Решай быстро, девочка. В субботу я вылетаю в Торонто с тобой или без тебя», – сказал он, глядя так серьезно, что она не раздумывая сказала «да»…
Лика намазала шоколадную пасту на кусок батона, перелила кофе из турки в бокал, составила все на поднос и отнесла завтрак в гостиную. Включив ноутбук, машинально открыла закладку на блог Филонова…
Конечно, после звонка Макса она успокоилась. Но все же мысли об убийстве никуда не ушли. Лика решила, что попробует найти информацию об этом деле в других источниках. Все же именно на помощь Льва Дашевского почему-то рассчитывал ее муж. Что будет дальше?
Она думала, что он в последний вечер в Торонто рассказал о себе все. Лика поначалу не поверила, многое казалось надуманным, словно муж сочинял на ходу детективный роман, в котором был и преступник и, конечно же, жертва. Себя он считал пострадавшим – его подло обманули! Переживая заново давнюю обиду, муж довел себя до нервного срыва. Тогда Лика кинулась доставать из аптечки его таблетки. Он принимал транквилизаторы, но она никогда не спрашивала о диагнозе. А то, что он был, этот диагноз, она с некоторых пор не сомневалась.
Ей казалось, что она справится, если будет внимательна и послушна. Но жить в постоянном напряжении все же было трудно.
Рассказывая, зачем они едут в Россию, он явно покривил душой. Не только потеря бизнеса заставила его спешно собирать чемоданы.
