Джозеф сел на пятки и пожал плечами.
— Даже не знаю, что и сказать. Женщины всегда покидали Этана. Сначала мать, настолько не выносившая его вида, что держала мальчишку в этом доме, как пленника, с кучкой слуг и безвольным отцом. Потом Джин Маршалл, которая вернулась в свой университет. Затем Рут.
— Он не любил Рут, — уверенно возразила Мег.
Джозеф кивнул.
— Ты права. Но он о ней заботился, защищал ее. Он чуть было не отдал ей свое сердце, иначе как он смог бы так легко отпустить Рут?
— А кто такая Джин Маршалл?
Я вовсе не ревную, твердо сказала себе Мег. Я даже никогда не видела его и он меня пугает. Мне просто любопытно. Чем больше я буду знать об Этане, тем больше вероятности, что я сбегу отсюда.
— Профессор физики из Принстона.
— Что?
— А как бы удалось Этану прожить почти всю свою жизнь в этом доме, никуда не выезжая и ни с кем не встречаясь? Его родители наняли лучших преподавателей, оплатив их научные разработки, только чтобы те держали рот на замке. И все шло хорошо, пока не появилась Джин Маршалл. Этану тогда было двадцать с небольшим, и он влюбился с первого взгляда.
Я не ревную.
— Что было дальше?
— Надо отдать ей должное, потому что она тоже влюбилась в Этана. Но она была молодой честолюбивой женщиной, привыкшей жить в большом городе среди множества людей. Она не хотела хоронить себя в этой дыре, а Этан не мог показаться людям на глаза. Когда Джин поняла, что ждет ребенка, она сделала аборт и бросила Этана, не оставив после себя ничего, кроме записки.
— О, Боже.
— Она боялась, что ребенка ожидает та же судьба, что и Этана… — Джозеф помолчал немного. — Этан понимал ее страхи. Он никогда ее не осуждал, хотя мне кажется, для него было бы лучше обратное. С тех пор он еще крепче засел в этом доме. Когда Рут потребовалась помощь, он заключил с ней сделку, но оба они по-настоящему заботились друг о друге, каждый получал то, в чем нуждался. Просто Этан не мог позволить себе привязаться к Рут слишком сильно. А когда она вышла замуж, он остался совершенно один. Рядом с ним никого больше не было.
— Ты думаешь, я именно та, кто ему нужен? — с сомнением спросила Мег.
— Не знаю. Но ты находишься здесь, верно?
— Я хочу уехать.
Он просто посмотрел на нее своими мудрыми, древними, как мир, глазами и грустно покачал головой.
— Ты можешь уйти вечером, когда Сальваторе отправится в город.
Мег не стала спрашивать, откуда ему об этом известно.
— Сначала я хочу увидеть Этана.
— Это не очень разумно. Потом тебе будет тяжелей покинуть этот дом.
— Почему? Неужели он настолько боится показать свои увечья, что откажется потом меня отпустить?..
— Все не так просто. Ты уже связана с ним и знаешь об этом, хотя стараешься по мере сил эту связь оборвать. Если ты его увидишь, связь между вами станет крепче, и ты никогда не сможешь от нее избавиться.
— Но ведь другие смогли.
— Ах, да. Но если его покинешь ты, он умрет, — просто сказал Джозеф.
Мег задрожала, ощутив холодный порыв ветра, и обняла себя за плечи.
— Это просто смешно. Люди не умирают просто так, с бухты барахты.
— «Люди от времени до времени умирали, и черви их поедали, но случалось все это не от любви»,[4] — процитировал Джозеф. — Может, и нет. Но если ты не уйдешь сейчас, а станешь ему еще ближе, я затрудняюсь сказать, что будет дальше. Этан не такой, как все. У него необычная жизнь, он чувствует иначе, и власть его совсем другого толка. Если ты собралась его покинуть, сделай это сейчас.
— Но я еще не готова, — упрямо возразила Мег.
Джозеф устало закрыл глаза.
— Тогда все, что случится, будет на твоей совести. Подумай хорошенько, Меган. Жизнь Этана в твоих руках.
Садовник встал и отошел от нее. Солнце скрылось за тучей, оставляя сад в тени, заморосил легкий дождь.
— Но, Джозеф…
— Я верю в тебя, дитя. Если ты хочешь его найти, все время поворачивай налево. Если хочешь покинуть — сверни направо.
— Я не понимаю.
— Поворачивай налево, дитя. Все время налево.
С этими словами Джозеф растворился в тумане. Мег осталась одна, дрожа от холода.
У Мег не было часов, а погода за окном была настолько переменчивой, что девушка не могла определить с точностью время суток. Сальваторе принес поднос с холодным мясом и салатом и со стуком поставил его на стол. Мег достаточно было взглянуть на его угрюмое лицо, чтобы воздержаться от лишних вопросов. Судя по всему, старый увалень все еще размышлял над тем, что будет лучше для Этана. Мег на стала ему мешать.
Она подождала, пока затихнут его шаги, затем попробовала повернуть ручку белой входной двери. Она оказалась запертой. Девушке не оставалось ничего другого, как выйти в сад, воспользовавшись радвижной дверью в стене. Но нужно было дождаться темноты. Почему — она не знала, ведь Этан видел ночью гораздо лучше нее. Дневной свет помешал бы ему броситься за ней вдогоню. Но она предпочла ждать, поклевав еды, затем расхаживая по комнате, не обращая внимания на видеокамеру, следившую за ней немигающим оком. У нее отобрали кроссовки, джинсы — все, что могло пригодится при побеге. У Мег не оставалось другого выхода, как идти босиком, в одной из прозрачных ночных рубашек, которые Рут повесила в ее шкафу.
Она беспокойно ворочалась во сне на огромном матрасе, лежавшем на черном лакированном полу, а когда проснулась, комната погрузилась во мрак. Она протянула руку, чтобы нащупать выключатель лампы, но потом раздумала. Глаза привыкли к темноте — луна пропускала в комнату слабый зыбкий свет. Его оказалось достаточно, чтобы она прошла по комнате незаметно для Этана, который мог наблюдать за ней в это время суток.
Но она так не думала. Она почему-то была уверена, что все три дня, прошедшие с ее маленького представления перед видеокамерой, Этан держался подальше от экранов мониторов. Наверное, до этого он не считал себя из породы любителей подглядывать за другими. Пока Меган ненароком не сделала его одним из них.
Ну что ж, она с лихвой заплатила за свой проступок. Если ей удастся отсюда выбраться живой и здоровой, ее тело всегда будет помнить ночь, когда сгорела ее машина.
Раздвижные стеклянные двери были закрыты наглухо. Пока она спала, кто-то пришел и запер их на ключ, снова оставив ее узницей в проклятом доме.
В отчаянии она забарабанила в стекло, но кулаки отскакивали от него, как мячики. Окно было сверхпрочным, одно из чудес современной строительной технологии. Конечно, Этан использовал все самое лучшее при возведении своего дома. Наверняка, это было его личным хобби. Но она так легко не сдастся, подумала Мег, собирая всю свою волю в кулак. Она огляделась по сторонам в поисках того, чем можно было разбить стекло, но вся мебель была мягкой, из легких конструкций.
