Разные проекты, разные масштабы, десятки вариаций, на которые ушли сотни миллионов очков достижений. Мы готовились, вкладывая всю душу и силы в реализацию этого плана. Базовые проекты улучшались, совершенствовались. Оборона территорий превращалась в непроходимый лабиринт из фортификационных сооружений на земле и под землёй. Вода закачивалась в стены, рвы окружали крепости, орудия из одной части страны через торговые площадки и в составе конвоев доставлялись из одной части планеты в другую. И всё ради того, чтобы каждая крепость и цитадель обладали всей широтой поражающих элементов.
Арес восстал из мёртвых. Он стал нашим министром обороны и бдящим день и ночь командиром. Полученная свобода, власть и возможность использовать его для боевых операций чётко разделили обязанности двух ИИ на военное и гражданское направление. Афина была хороша в своих делах, а Арес — в своих. Более того, он стал постоянно проводить симуляции боёв, используя возможности и данные, получаемые в центрах нейромодуляции, и стал самообучаться военному искусству. Раньше у меня и близко не было таких возможностей.
Афина не только совершенствовалась в вопросах контроля и управления экономикой. Она всё ещё оставалась взломщиком номер один, и я решил сделать ставку на это. Она контактировала с терминалами, взаимодействовала с ними, и у неё даже появилось своё хобби — взламывать купленное в терминалах оборудование и брать его под свой контроль. Другие фракции стали для неё испытательным полигоном. Но они даже не знали об этом. Но самое главное, конечно же, — это космодром и подготовка к полёту.
Помню то незабываемое чувство, когда я впервые увидел этого монстра. Чудовищно красив и опасен. Точно такой, как и в моих снах. Они редко приземлялись. Ещё реже их сбивали. Обычно они летали высоко, над облаками, и сбрасывали десантные модули. В такой обычно могло поместиться до пятидесяти модулей сброса и до десятка единиц боевой техники врага. Но мы летим не вниз, а вверх. И нам не нужны десантные модули. Мы их демонтировали. А вместо бронетехники мы загрузим трюм взрывоопасной начинкой, способной вывести из строя реактор корабля вторжения и вызвать взрывную реакцию. Сто девяносто два десантника в полном обмундировании, с лучшей экипировкой, с разноплановой бронёй. Они готовились каждый день, проводя в симуляциях сражений во всех новопостроенных центрах нейромодуляции всё своё время.
Итоговая постройка базы и корабля обошлась нам чуть больше чем в полмиллиарда ОД. Я долго думал и, посоветовавшись, решил, что не стоит рисковать, складывая все наши мечты и надежды в одну коробку. Был заказан второй корабль. Точная копия первого. Так будет проще обучить людей, что отправятся на самую важную и главную миссию в своей жизни. С околонулевой вероятностью вернуться живым.
А окончательно разведав территорию планеты, мы нашли ещё одно подходящее и заброшенное место с терминалом. В Гренландии… Строить базу здесь было тяжелее, но у нас уже был опыт, были решения, и была природная сеть пещер, которой мы и воспользовались. Оставался лишь один единственный вопрос — стоит ли здесь строить второй космодром и ещё один корабль.
Мы встретились с Ллош Ззоком ещё дважды. В первый раз — когда оставалось чуть больше пяти месяцев до атаки. Тогда он подтвердил, что этот терминал в Гренландии эдарианцам известен, но за последние полгода ни разу он не попадал в сводки, так как в радиусе трёхсот километров вообще не было выживших людей, что могли бы им воспользоваться. Скучное и заброшенное место. Такое же было в Сахаре, пустыне Гоби, горах Тибета. «Мёртвые терминалы» — так их называли. Но в отличие от пустынных терминалов и одного тибетского — вокруг слишком много льда, и наше строительство штаба и города никто не заметил. Помехи размыли картинку и показатели датчиков, а тратить время и наблюдать вживую за «мёртвыми» терминалами, вокруг которых не осталось ни зомби, ни людей, ни животных, — бессмысленная трата времени.
В качестве площадки для старта мы использовали кратер потухшего вулкана. Осторожно нарастили слой льда, его засыпало снегом и превратило в природный объект. А всё то, что скрывалось ниже, — расчистили и приготовились к строительству. Как итог — ещё один корабль и ещё почти две сотни десантников из независимого терминала, не входящего в состав ни одной из фракций, готовы к своей миссии.
С поиском добровольцев проблем не было. Наоборот, приходилось отсеивать желающих и провести встречу с главами других фракций, что участвовали в строительстве двух городов-призраков.
Мы встретились на объекте номер один и провели общее собрание со всеми кандидатами в космодесант. Мы стояли под ледяным куполом и смотрели в глаза всех тех, кто без страха и сомнения желал пойти на смерть. Это был самый конец зимы. До дня, когда мы столкнёмся с величайшей угрозой, оставалось всего две недели. Больше тысячи человек готовились к этому, но не для всех хватит мест. Три корабля окажутся на орбите. Три корабля взмоют в небо. Экипажа — три человека на каждый десантный бот. Все трое — тоже часть группы десанта. Но они и не нужны, по-хорошему, ведь управлять кораблями будет Афина. И Арес будет ей помогать…
— Смирно! — рявкнул командир учебной группы, и я вместе с другими лидерами посмотрел на три тысячи прошедших отбор бойцов. Мы научили их всему, они — лучшие из лучших. Но даже из них надо будет отобрать лишь малую часть.
Они стояли в боевых костюмах последнего поколения, с оружием на поясе, с шлемом на голове.
— Офицеры! Солдаты! Близится день, когда оружие в ваших руках станет той самой преградой, пройти которую ни одному врагу не суждено. — слово взял мой собрат, Денис Коваль, руководивший подготовкой этих людей большую часть времени. — Пятьсот семьдесят шесть человек из почти трёх тысяч героев гарантированно отправятся на смерть. Наша цель — уничтожение вражеского корабля. Вы все получили нужные знания и подготовку. Вы знаете их коридоры, подобные лабиринту, наизусть и сможете пройти закрытыми глазами. Но так ли много из вас тех, кто готов умереть?
— Бойцы! Поднимите руки, если вы готовы отправиться в ад! — прокричал ещё один мой собрал, Су Лин, глава Маньджурской фракции Китая.
Руки всех и каждого резко взмыли вверх, и ни один даже на секунду не задумался.
— А теперь все те, кто младше сорока, — опустить руки! — начался отсев, и дрогнули, медленно опускаясь, первые ладони.
— Давайте-давайте. Не стесняемся. Всё равно на каждого досье есть.
— Сэр! — один из моих людей, афроамериканец Джошуа, которого я хорошо знал по освобождению Майами, остался стоять с поднятой рукой.
— Да? — отозвался я, понимая, в чём суть
