плечами, щёлкнул по ближайшей плашке и хмыкнул, услышав булькающий звон.
— Забавно…
Горячее щупальце прижалось к виску Гедимина. Обжечь не успело — стремительно остыло до тёплого и зашевелилось, устраиваясь поудобнее. Младан, пожав плечами, щёлкнул ещё пару раз. Гварза медленно поднял руку с дозиметром. Гедимину был плохо виден экран, он покосился на свой прибор, — омикрон-излучение успокоилось, график «сигмы» выгибался плавными волнами.
— Забавная штука, — Младан на секунду прервался. — Станции нравится? А как это узнать?
Гедимин мигнул. «А ведь он не чувствует. Хоть и в лёгкой защите. Вообще нет контакта. А хранителю всё равно нравится…» — он покосился на Гварзу и едва заметно качнул головой. «Всё-таки он что-то делает… узнаваемо. Даже шлем снимать не надо, чтоб отличить. И это что-то хранителя бесит. Нашли же, кого поставить командиром…»
— Если не понравится, узнаешь по дозиметру, — Вепуат легонько хлопнул его по плечу. — У тебя хорошо получается.
Он повернулся к Гварзе. Тот уже изучил показания дозиметра, опустил руку, но зубы всё ещё стискивал.
— Ну вот. Мы с Гедимином к этой штуке можем вовсе не подходить. Он — так и не собирался. Вот, Младан с ней управляется, и всё нормально. А тебе — не надо.
Гварза тяжело вздохнул и перевёл взгляд на озадаченного Младана. Тот за разговором постукивал по плашкам и прислушивался к звону — кажется, его это занятие развлекало.
— Юнь! Ещё один приказ для тебя, — процедил он. — Этот инструмент передаётся под твою ответственность. Раз в день стучи по нему в течение пяти минут. Будут особые указания, но позднее.
Младан слегка сощурился, но кивнул.
— Ладно, раз так. Поставить это к себе? Оно прочное?
…Свернув за угол, Вепуат облегчённо вздохнул. Из отсека контрольной службы ещё доносилось звенящее бульканье. Хранитель шевелил щупальцами и заинтересованно прислушивался.
— Думал, он на меня бросится. При тебе, видно, не решился. Надо же, какой у хранителей на него нюх…
Гедимин угрюмо кивнул.
— Хорошо, на Младана не бросается. Вот же обязанности у него теперь…
Вепуат криво ухмыльнулся.
— Да он вроде не против обязанностей. А вот бешеный Гварза на его голову… Это было бы лишним. Мн-да-а… Сложно ему будет командирствовать. Что-то они с Айзеком тут не подумали…
26 день Мысли, месяц Лучей. Равнина, Сфен Земли, ИЭС «Элидген»
Металлосборники заполнило сантиметров на двадцать. Нижние слои металла были практически однородными — вещество заливалось внутрь быстро текущей жидкостью, смешивалось и подолгу не застывало. В верхнем слое Гедимин уже различал комки — туда металл попадал вязким, остывающим. «Жарко же тут вчера было…» — сармат вытряхнул сгусток металла, перевернул его старыми слоями кверху — они уже потемнели, но ладонь чувствовала жар. Кое-где на плато под ступню попадали тёплые сгустки — капли металла, затвердевшие по отдельности, тоже не везде успели остыть. Нагрев был невелик — филки, выбирающиеся из шахты, даже не смотрели под ноги, а наступив на металл — не вздрагивали. За ангарами «дирижаблей» ползала волокуша-металлосборник. Судя по звону и перестуку из ущелий, кочевники тоже собирали металл — вчера нападало много рэссены, не вся успела глубоко просочиться.
— Что, опять половину мешков привезёшь драными? — донеслось из шахты. Наружу выбрался Вепуат с охапкой сшитого тряпья. Комендант, поднимающийся за ним, остановился в проёме. Сармат замедлил шаг и пожал плечами.
— Дасьен, они мне самому надоели. Когда уже будут готовы нормальные мешки⁈
В ангарах перекликались филки-грузчики, ворочались разбуженные туун-шу, — к вылету начали готовиться затемно. Гедимин завернул собранный металл в защитное поле и оглянулся на шахту. Ему было не по себе. «Вот так улетишь — а Гварза опять что-нибудь устроит…»
Он уже повернулся к шахте, когда за плечом сверкнула белая вспышка. На долю секунды она угасла — и тут же разгорелась ярче, разделяясь на три. Ещё две вспыхнули между зданий. Из ущелий донёсся гневный вой и треск броневых пластин.
— Хассек? — из ангара выглянул Вепуат. — А-а… И с чего вдруг такая толпа?
Руниен, не обратив внимания на его недружелюбный взгляд, коснулся пальцами лба. Хассинельг, волоча за собой посох, усиленно рассматривал гравий под ногами. Рослый инсектоид зажёг палку поярче, огляделся по сторонам и щёлкнул жвалами.
— Калиг и Навкет, довольно уже ходить по теням!
…Пятеро стражей обступили Айзека. Гедимин незаметно отодвинулся в тень ангара. Рядом тут же обнаружился хмурый Вепуат.
— То месяцами носа не кажут, то — нА тебе…
— Стражи не оставляли вниманием долину Эл-лид, — оглянулся на него Руниен. — И помогали вам в делах на Дальнем Краю. И снова готовы принять вас там.
Айзек досадливо сощурился.
— Давайте всё же к делу. Пусть вашему… снаряжению нужна подзарядка. Кто выгнал вас из Сердца Пламени? Там полно энергии и нет никакой… тлакантской гнили? Или как вы это называете?
Гедимин мигнул. «Гниль! И он это помнит? Или у самого бывали случаи… Да, наверное, — стражи наглые, а он-то в драку не полезет…»
Все четверо оглянулись на Гора. Инсектоид беспокойно зашевелил лапами.
— Никто из нас никогда не оскорблял юное Пламя. Вспомни о договоре, вождь Айсиек. В дни Земли было подтверждено — дом Пламени открыт для стражей Равнины. Это и твоё слово, о вождь. И жрецы подтвердили его, поделившись силой Пламени с Хассинельгом…
Гедимин покосился на Хассека. Тот стоял чуть в стороне, рассматривая гравий под ногами.
— На станцию-то я вас пущу… — протянул Айзек. — И Гедимин с Вепуатом помогут с… силой. А потом совет изгонит вас как заражённых?
Калиг гулко зарычал.
— Совету давно пора признать Пламя Элидгена. Мы отнесём его силу в Сердце Пламени. Пусть там увидят, что лучи не подвержены заразе.
Вепуат шумно вздохнул.
— Может, проще не посохи, а совет головой в реактор сунуть? Раз им снаружи не видно…
— Вепуат! — Айзек укоризненно на него посмотрел. — Что ж, ваше дело. Станция, если что, за себя постоит. И примет вас, если вы не отобьётесь от изгнания. Только ведь до неё ещё надо добраться…
…Пучок костяных посохов медленно наливался белым светом. Гедимин подавал энергию тонким потоком — эти штуки явно не были разряжены в ноль, и где у них предел ёмкости, сказать не мог никто. «Пусть светятся так ярко, как можно терпеть,» — повторил он про себя единственный признак «полного заряда». «А вот Калиг с Навкетом вообще терпеть не могут. Даже самый слабый свет.
