понимала, что я такое - поскольку, фактически, сама же меня и создала – и видела во мне не столько Конрада без маски или Эйдолона в ней, а реинкарнацию Джека Остряка. Но ее сила была нужна. Я бы даже сказал, критически необходима. Чтобы воспроизвести хотя бы десятую часть потенциала Красной Королевы, даже с грубейшим приближением, мне бы потребовались месяцы, если не годы работы.
Ладно, хватит рассиживаться.
Задействовав блок кинетического контроля, я рывком набрал полукилометровую высоту и мысленной командой развернул в интерфейсе дополненной реальности схему города. Стена, окружавшая Эллисбург, имела форму неправильного многоугольника, так что проще всего оказалось расставить ключевые точки в его вершинах.
Следующим шагом я применил стазис. Но не на всю область, а лишь на тонкий слой пространства между внешней частью стены и остальным миром. Привело это к тому, что вокруг Эллисбурга возникла, по сути, еще одна стена высотой три километра, только невидимая и практически несокрушимая. Правда, действовать приходилось быстро, поскольку стазисный комплекс вырабатывал свой ресурс с неприличной скоростью.
Затем все, что оказалось внутри стен, начало стягиваться в одну точку, находящуюся примерно в километре над землей. Воздух и вода, здания и огромные обломки стены, даже десятиметровый слой грунта – и те «сюрпризы», о которых Нилбог то ли забыл, то ли сделал вид, что забыл. Все срывается с места, взлетает в воздух и сжимается в одну огромную сферу, настолько плотную, что она раскаляется до температуры порядка звездной, а самые тяжелые элементы стекают в ее центр под действие центростремительной силы.
Я понимаю руку. На самом деле, в этом нет практической необходимости, моим «силам» нужно только целеуказание, но того требует игра. Несколько секунд невыносимо медленно тянутся, пока расположенные в других измерениях машины вычисляют рабочие параметры и накапливают энергию, а потом оглушительный грохот бьет по ушам. Вихрь белой энергии возникает возле моей ладони и рвется вверх, стремительно разрастаясь. Он беспорядочно корежит и рвет мерности пространства, слои слишком близких друг к другу реальностей соприкасаются и взаимно аннигилируют… вместе со всей материей.
Воздух с ревом ринулся на освободившееся место, вниз посыпались крошечные кусочки вещества, каким-то чудом пережившего аннигиляцию. Не опасно. Все, что мог оставить Нилбог, убила температура и давление. Образовавшийся котлован площадью в половину квадратного километра уже начал заполняться водой из протекающей рядом речки. Кажется, кому-то придется перерисовывать карты и, к счастью, это абсолютно не моя проблема.
Я отключил стазисный периметр и, сделав для порядка круг над новорожденным озером, позволил двум летунам из караульной команды себя догнать. Мимоходом я отметил, что костюмы у обоих с явным упором на функциональность, а не на зрелищность, и в целом довольно мрачно исполненные. Похоже, оба бывшие злодеи, перебежавшие в Протекторат после ужесточения законов, а сюда их отправили на испытательный срок.
- Сэр? – спросил один, Технарь с ракетным ранцем за спиной. – Что вы сейчас сделали?
Я ответил ему не сразу, выдерживая именно такую паузу, которая создаст нужное впечатление.
- Нилбог больше не представляет угрозы. Карантинная зона безопасна.
После этого я снова набрал высоту и уже в стратосфере открыл портал. Это был один из пустых миров, которые в изобилии находил Ясновидец, и которые можно было использовать как свалки, полигоны, строительные площадки, или просто перевалочные пункты, чтобы никто не отследил использование силы Привратника.
- Дверь на площадку №8, - произнес я негромко.
В воздухе растянулся прямоугольный проход, откуда тут же потянуло холодом. Я влетел в него и в первую секунду мне показалось, что я ослеп от нестерпимой белизны. Конечно, это было невозможно, информация с многочисленных сенсоров костюма шла прямо на зрительные нервы, минуя сетчатку. И все равно, каждый раз как в первый.
Перед глазами до самого горизонта простирался сплошной ледяной панцирь. Сенсоры показывали температуру -50 по Цельсию и скрытая под костюмом фазовая матрица задействовала смежные реальности, где температура была приемлемой. Строительная площадка №8 находилась на Южном полюсе той версии Земли, где все еще властвовал Ледниковый период. Ну, почти властвовал. Потому что если повернуться на 180 градусов, то можно было увидеть уже мои владения.
Издалека это выглядело как огромное море тумана, в глубине которого кишели чудовища. Ненамеренный эффект, но довольно точно передающий суть. Туман образовывался из-за конденсации водяного пара над отрытым в толще льда котлованом, а двигался там мой opus magnum, мое лучшее творение, еще очень далекое от завершения, но постепенно обретающее форму. Я нырнул прямо в белесое марево.
В мое отсутствие площадка №8 пребывала в полусне. Пусть моя сила и позволяла строить механизмы, конструирующие сами себя из окружающего вещества, по большей части избавляя от ручного труда, без моего личного присутствия и контроля процесс замедлялся вплоть до полной остановки. Но когда я спустился к центральному терминалу и задействовал контрольные протоколы, машина размером со средний город снова ожила.
Площадка №8 имела каскадное устройство. Внешний пояс был задействован в добыче сырья для непрерывного расширения. Зубья сотен экскаваторов вгрызались в лед и горную породу, конвейеры переправляли измельченную руду на переработку в молекулярные печи, где в дело шло решительно все, даже окружающий воздух. Автоматические цеха второго каскада производили детали, от опорных свай и балок до микросхем и плат. Они тоже медленно двигались вперед, по мере того, как строился и расширялся третий, основной комплекс. Он состоял из причудливо переплетенных между собой ажурных конструкций, их неевклидова геометрия была настолько противоестественна, что от взгляда на них начинала кружиться голова, но для меня они были прекрасны.
Машина, которую я возводил в мертвом мире, должна была доносить послания сквозь миры. Во все миры. За почти два года работы в Котле – кстати, уже втрое дольше, чем я был официальным героем – я узнал многое. И о своей второй силе, и о сущности сил. Да, на мои силы также были наложены ограничения, и сделал это тот, кого меньше всего можно было заподозрить. Действуя чисто как Технарь, не мог обнаружить скрытые измерения, в которых пустили корни агенты, не мог проложить к ним путь. Однако та сила, что я вырвал у Джека Остряка, имела куда больший потенциал, чем можно было представить.
Я потратил месяцы на исследования, привлек огромные ресурсы, о которых раньше и мечтать не мог, и пришел к однозначному выводу: изначально, до того, как быть посеянной на Земле, сила Джека предназначалась для отправки сообщений на невообразимые расстояния со сверхсветовой скоростью. При правильной настройке ее импульсы
