Нападал он, по слухам, всегда одинаково: с первыми лучами солнца появлялся в небе верхом на огненном орлане в окружении уродливых гарпий и оттуда, с высоты, руководил кровавыми бесчинствами, что устраивали его солдаты — призванные из-под земли мертвецы, морские и речные чудища и пышущие огнем драконы.
Но у Ал-Ферены оставалась надежда. Четверо из итер-са, когда-то открывших людям волшебные источники, находились сейчас в крепости. Их силы и знаний должно хватить, чтобы одолеть врага. Хотя все помнили, что среди защитников разрушенных твердынь тоже были выходцы из дивного мира…
На широкой стене, обращенной к восходу, в окружении арбалетчиков стояли двое, маг-человек и итер-са. На родине он назывался альвом, здесь его, как и тех его сородичей, что много тысячелетий назад прошли пути силы и обосновались под новым солнцем, звали эльфом. Стройный, голубоглазый с длинными белоснежными волосами, заплетенными в сложную косу, итер-са выглядел полной противоположностью своему собеседнику, седовласому сморщенному старику, невысокому от рождения и еще больше согнутому годами.
— Он всегда приходит на рассвете, — произнес маг, с тревогой вглядываясь в розовеющее небо над горизонтом. — Вестник тьмы является с наступлением дня. Почему?
Альв не ответил.
— Защита выдержит? — вместо этого спросил он у человека.
— Да. С вашей помощью, в зависимости от оружия и от того, что за чары применит враг, мы продержимся от трех до восьми часов. Но после придется принять бой.
— Значит, будет бой, — с решимостью обреченного кивнул итер-са.
Что-то тяготило его, но как ни старался маг, ему не дано было проникнуть в мысли дивного.
— Летит! — закричал один из бойцов, показывая на небо.
— Летит! Летит! — подхватили со всех сторон.
Враг появился внезапно — медленно увеличивающейся точкой на нежной синеве небосвода.
— Купол выдержит? — еще раз узнал альв у старшего мага Ал-Ферены, глядя, как приближающая точка обретает очертания гигантской огненно-черной птицы.
— Выдержит. Любую боевую магию.
Старик запнулся и в страхе уставился на небо. Вскинул вверх руки, ощупывая оплетшие крепость чары, и тут же уронил бессильно.
— Но он… Он не нападает!
Птица опускалась все ниже. Солдаты в панике вскинули арбалеты, и навстречу вестнику смерти полетели стрелы. Но, как и пущенные магами заклинания, они не причиняли огненному орлану вреда.
— Не стрелять, — упавшим голосом приказал альв.
— Не стрелять, — эхом повторил маг.
Через минуту огромная птица опустилась на заблаговременно освобожденное на стене пространство, но седока на ней не было. Кто-то даже успел вздохнуть с облегчением, прежде чем орлан, встряхнув пылающими крыльями, стал меняться, на глазах превращаясь в высокого широкоплечего мужчину в легких кожаных латах. Верхнюю половину его лица скрывала серебряная маска с замысловатой чеканкой. Виден был лишь подбородок, покрытый колючей щетиной, и искривленный недоброй усмешкой рот. Но раньше этих деталей привлекали внимание длинные темные волосы, заплетенные во множество мелких косичек, в каждую из которых впутаны были нити одного из цветов: белого, синего, зеленого или красного.
— Сложите оружие, — ровным сильным голосом приказал чужак.
Солдаты растерялись.
— Сложите оружие и спускайтесь во двор, — повторил мужчина в маске.
— По какому праву вы здесь распоряжаетесь? — осмелился подать голос маг, предварительно убедившись в тщетности попыток использовать против пришельца дар.
Улыбка чужака, похожая больше на оскал хищника, открыла на миг два ряда крепких белых зубов.
— По праву победителя. Я захватил крепость, а вам осталось решить: сдаться или умереть.
— Захватили? — поперхнулся неожиданным известием человек. — Когда?
— Когда пришел.
Он не совершал никаких пассов, не шептал заклинаний — посмотрел на крышу донжона, и развевающееся на ветру знамя вмиг оказалось объято пламенем.
Крепостные стены угрожающе задрожали. Из ниоткуда рядом с людьми стали появляться воины вражеской армии — не гарпии и зомби, а молодые мужчины и женщины. Двое встали за спиной у своего командира: златовласая красавица с длинным мечом, рукоять которого оплетал, заползая воительнице на предплечье, зеленый плющ, и мужчина, сложивший пустые руки на груди, но глаза его при этом полыхали огнем, и ясно было, что он не нуждается в ином оружии.
— Теперь понятно? — спросил вестник.
— Да! — выкрикнул альв. — Чего ты хочешь?
Посланник тьмы оглядел его, будто только что заметил, и кивнул каким-то своим мыслям, укрытым в оплетенной змеями-косами голове.
— Где еще трое? — спросил он.
Итер-са сжал губы.
— Могу сам поискать, — жестко предложил чужак.
— Не нужно, — предупредил его певучий женский голос.
На стену, ведя перед собой скованных невидимой цепью пленников, поднималась невысокая худенькая девушка с коротко остриженными светлыми волосами. Даже в стальном доспехе она казалась невесомой, и непонятно было, как не падает под весом амуниции, и что за силы позволяют ей с легкостью нести длинное копье с широким, похожим на лист подорожника наконечником.
Обескураженные дивным зрелищем арбалетчики без слов расступились в стороны, пропуская ее и связанных воздухом итер-са.
— Эсея, — покачал головой чужак в маске. — Разве я не говорил не вмешиваться?
— Разве я обещала слушаться? — пропела девушка.
Белокосый альв встретился с ней взглядами и опустил глаза.
— Эта война коснулась всех, отступник, — резко, насколько позволял тембр голоса, сказала она, успев заметить его удивление. — Было бы странно, если бы сильфы Энемиса остались в стороне. Особенно, если вспомнить, сколько моих братьев и сестер погибло в последнюю волну.
Высказав это, сильфида обернулась к командиру:
— Забираем их в Итериан или снова поступим милосердно?
Тот, кого в Эноле искренне полагали слугой тьмы, не задумываясь, ответил:
— Милосердно.
Но старик-маг не успел обрадоваться, как услышал:
— Казним их здесь.
Человеку сделалось нехорошо. Сказались преклонный возраст, слабое сердце и огромная отдача сил на сооружение бесполезного, как выяснилось, купола. В глазах у мага потемнело, и он упал бы, не придержи его кто-то за плечи. От прикосновения чужих, даже через одежду холодных на ощупь рук стало легче.
— Спускайтесь во двор, — негромко велел, отпуская его, статный юноша в броне, похожей на рыбью чешую. У него была бледная, слегка голубоватая кожа, и светлые-светлые глаза с вытянутыми как у змей зрачками.
«Все-таки нелюди», — подумал старик, послушно сходя вслед за солдатами и пленными итер-са со стены.
В голове у него все перепуталось. Чужаки, хоть и не были людьми, оказались совсем не монстрами, которых он ждал, но от этого делалось еще страшнее. На мгновение вспыхнула в душе слабая надежда, что если внешность захватчиков не соответствует рассказам, то, возможно, и все остальное, слышанное когда-то, окажется выдумкой или преувеличением, но после взгляда на их предводителя надежда эта растаяла без следа.
На широкий, замощенный каменными плитами двор согнали всех магов и солдат Ал-Ферены. Женщин и детей либо не нашли, либо не посчитали нужным привести на запланированную казнь.
Четверку дивных вывели в центр. Вокруг, развернувшись лицом к столпившимся людям, а спинами — к пленникам, выстроилось два десятка вражеских бойцов, а остальные, прохаживались среди обезоруженных защитников крепости.
Воин-орлан остался рядом с захваченными итер-са. Он, женщина с мечом, мужчина с горящими глазами, девушка с копьем и юноша в чешуйчатом доспехе.
— По законам Итериана я обязан огласить обвинение, — громко произнес тот, кого знали в Эноле как вестника тьмы. — Но мы не в Итериане, и я могу не делать этого.
Девушка, которую он называл Эсеей, покачала головой и сказала что-то на непонятном людям языке.
— Хорошо, — с неохотой согласился ее командир. — Пусть так.
