Так какая же из этих тенденций преобладает в нашей Вселенной – Метагалактике? На этот вопрос вполне уверенно отвечает эталонная модель современной космологии. Согласно этой модели, наша Вселенная за 15–20 млрд. лет эволюционировала из негеоцентрического сгустка сингулярности в чрезвычайно разнообразную и высокоорганизованную космическую систему, структурирование которой позволило в соответствии с антропным принципом сформироваться на Земле человечеству. Такой срок эволюции Метагалактики, сравнимый с историей такой крохотной космической песчинки, как Земля, вызывает большие сомнения. Возможно, речь должна идти, скажем, о миллиарде миллиардов лет. Но тем не менее очевидно, что наша Метагалактика является бурно прогрессирующей системой, если учесть её колоссальные пространственно-временные масштабы и то обстоятельство, что этот прогресс совершается в косной, неживой материи.
Что же образует это преобладание позитивных тенденций над негативными, прогрессивной эволюции над деградацией, направленности эволюции к возвышению организации над косностью и абсолютным безразличием к собственному существованию неживых структур? Прежде всего наличие кибернетических механизмов, коренящихся в особого рода структурах, которые, образуясь на базе хаотической структуризации и самоорганизации, оказываются способными преобразовывать вещественно-энергетические факторы окружающей среды в генерирование новых упорядоченных по их подобию структур. Такие мобилизационные структуры становятся генераторами порядка, они мобилизуют материю на эволюцию. Именно на их основе происходит повышение вероятности порядка, организации, определённости и снижение вероятности хаоса, дезорганизации, неопределённости. И именно они возбуждают в физических образованиях, химических соединениях, астрономических объектах кибернетические процессы управления, обратной связи, которые не были констатируемы в неживой природе создателем кибернетики и которые превращают нашу Вселенную (и самые различные её подсистемы) из машины, производящей энтропию, в механизм осуществления эволюции.
Возможно, что где-то, за пространственно-временными границами нашей Вселенной существуют деградирующие Вселенные, подходящие под описание Винера, т. е. метагалактики, которые выработали свой мобилизационный потенциал и в которых накопление энтропии создаёт необратимую тенденцию к их тепловой смерти или же к какому-то другому типу преобладания хаоса над порядком и погружения в хаос. В таких метагалактиках действительно будут возникать лишь острова порядка, в которых будет ютиться жизнь и кратковременный по космическим масштабам прогресс. Возможно, наша метагалактика в досингулярном состоянии уже прошла цикл свёртывания эволюционного потенциала, после чего сжалась в негеоцентрический ком и погибла. Но нынешняя наша Метагалактика после её нового рождения в момент Большого Взрыва – это прогрессирующая Вселенная, и именно этот прогресс привёл к образованию жизни и нашему появлению на Земле.
18.2. Кибернетика и проблема управления в неживой природе
Книга Винера, изданная в 1948 г. и давшая начало развитию кибернетики, называлась «Кибернетика, или Управление и связь в животном и машине». Уже в самом названии книги, таким образом, содержалась аналогия между управлением и связью в сложных технических устройствах и в живых организмах, что предполагало в дальнейшем распространение теории управления, базирующейся на изучении автоматов, на все типы сложных систем, включая живую природу, человека и человеческое общество. Биологические, психологические, социальные, экономические, политические и прочие системы были интерпретированы как сложные системы с обратной связью, управляемые на базе поступающей через сенсорные устройства информации и неоднозначно реагирующие на внешние воздействия. Однако, проводя аналогию между управлением и связью в неживых системах, автоматах, и управлением и связью в живых организмах и социально организованных системах, и даже сделав эту довольно отдалённую аналогию основой анализа управленческих механизмов, создатель кибернетики полностью исключил из рассмотрения даже саму возможность управления в неживой природе.
Отрицая универсальный эволюционизм, придавая эволюционизму локальный, ограниченный характер, Винер сужает эволюционное содержание кибернетики, а вместе с тем и её применимость к исследованию космических процессов.
Кибернетический подход к управлению при создании кибернетики базировался на изучении механизмов и сложных динамических систем, характеризующихся внутренней направленностью поведения, целесообразностью. Такие целенаправленные автоматы получили в технике название сервомеханизмов, т. е. служилых механизмов, предназначенных для осуществления определённых целей при помощи выбора наиболее целесообразных моделей поведения. Соответственно и процесс управления понимался в кибернетике в узком, непосредственном смысле этого слова, как целесообразное изменение поведения управляемой системы в соответствии с поступившей на вход сенсорного устройства информацией. Тем самым проводилась непереходимая граница между целесообразно управляемыми системами «островков» организации и самопроизвольно протекающими, спонтанными физическими и химическими процессами, для которых вследствие отсутствия у них каких-либо целей не свойственно какое бы то ни было управление.
Такое жёсткое разграничение, принимаемое кибернетикой, противоречит, между тем, самому духу кибернетики, которая, собственно, и изучает связь организации и управления, воздействие управления на разнообразно организованные сложные системы. Если бы в неживой природе, на необозримых пространствах Космоса не существовало тех или иных форм управления, то никакая организация и никакая эволюция не были бы возможны. Соответственно кибернетический подход к управлению необходимо распространить на системы неживой природы. Разумеется, это не то управление, которое сложилось в человеческом обществе или в живых системах.
Управление есть процесс определения поведения управляемой системы со стороны системы управляющей. В неживой природе происходит нецелесообразное, самопроизвольное, спонтанное управление. Но это именно управление – в широком смысле этого слова. Солнечная активность управляет изменениями климата на поверхности Земли. Земля управляет движениями Луны, Солнце – движениями Земли. Разумеется, Земля не отдаёт приказов Луне, а Солнце – Земле и другим планетам Солнечной системы. Такое управление зиждется на силе гравитации, подчиняющей объекты с меньшей массой и гравитационным полем. Данные системы управления действуют автоматически и представляют собой своего рода кибернетические устройства. Эти системы представляются наиболее простыми, механически детерминированными, подобными по своему устройству тем механическим игрушкам XVIII века без обратных связей, с описания которых Н. Винер начинает своё исследование процессов управления автоматами. На самом же деле эти системы встроены в гораздо более сложные системы космической организации, включающие огромные множества прямых и обратных связей, что и приводит к необходимости использования вероятностных методов при исследовании этой организации.
Автоматические процессы управления сложными системами в неживой природе, в Космосе выступают предпосылками образования процессов управления в биосфере и антропосфере. Не было бы первых – никогда не возникли бы и вторые. Источниками автоматически действующих управленческих процессов выступают феномены, называемые нами мобилизационными структурами. Мобилизационные структуры, обладающие более высоким мобилизационным потенциалом, подчиняют структуры, обладающие меньшим мобилизационным потенциалом и образуют с ними прямые и обратные связи, являющиеся основой всякой организационной целостности.
Машинные аналогии кибернетики очень важны для понимания мобилизационно-организационных и управленческих основ эволюции. Мобилизационные механизмы действуют подобно кибернетическим устройствам, преобразуя случайные сочетания структур в воспроизводимые структурные образования. При этом космические «устройства» не обладают ни сенсорными приспособлениями, ни целеустремлённостью, ни способностью отражать и оценивать собственные состояния, определять качество обратных связей и избирательно реагировать на них. Но у Космоса перед всеми земными машинами, живыми существами и социальными образованиями есть и громадное преимущество. Оно заключается в неограниченности перебора вариантов, осуществляемого в космических масштабах. Структурный подбор и естественный отбор, осуществляемые в таких масштабах, в конечном счёте приводят к тому, что закрепляются и более длительно функционируют структуры, способные сохранять, воспроизводить и распространять достигнутый ими уровень порядка. Перебирая немыслимое число разнокачественных вариантов, природа вырабатывает мобилизационные структуры, способные управлять ходом преобразований и направлять его в русло определённой организации. Процессы образования мобилизационных структур и управления на их основе формированием определённой упорядоченности мы можем представить в качестве своеобразного эксперимента природы, осуществляемого на основе метода проб и ошибок.
