в раскрытии самого страшного дела о серийных убийствах в истории штата Нью-Йорк. В этой спешной, лихорадочной активности не было и намека на то, что порядок приоритетов вскоре изменится на противоположный.
Незадолго до полудня розыскная собака, которую привезли с собой полицейские штата, обнюхала сугроб на грунтовой дороге к ручью, у которого почти два года назад было найдено тело Дороти Блэкберн. Вскоре во взлетающих из-под ее лап снежных фонтанчиках замелькали сначала розовые, а потом красные снежинки. Показались кости и кусочки плоти. Собака наткнулась на расчлененную тушу оленя.
На следующее утро, во вторник 2 января, через сорок восемь часов после обнаружения черных джинсов Фелиции Стивенс, полиция штата возобновила поиски с воздуха. С агентами Бюро уголовных расследований на борту в качестве наблюдателей пилоты вертолетов пролетели над пригородами Хэмлин, Кларксон, Грис, Парма, Свиден, Огден, Спенсерпорт и Брокпорт – все эти населенные пункты находились в нескольких минутах езды от парка Нортгемптон.
Чарльз Милителло, тот самый следователь Бюро, который предупредил братьев Бронья о работающем у них детоубийце, понял, что он не годен для назначения в воздушно-десантные войска. Как только небольшой вертолет кренился и качался в неспокойном зимнем воздухе, 48-летнему детективу становилось дурно.
– Я больше не вынесу этот ба-бум-ба-бум-ба-бум, – сказал Милителло пилоту, когда полицейский вертолет прогрохотал над шоссе 104 недалеко от загородного клуба «Риджмонт». Он потянулся за пакетом, но карман на спинке сиденья был пуст.
– Эй, посади эту пташку или я здесь все тебе перепачкаю!
После аварийной посадки в поле поисковики направились на север, навстречу порывистым ветрам с озера Онтарио, и вскоре оказались в полной темноте.
Пилоту пришлось вернуться в аэропорт округа Рочестер-Монро.
К вечеру вторника как наземные, так и воздушные поиски были прекращены.
2. Клара Нил
В среду я спала у себя дома на Моррилл-стрит, когда в четыре часа ночи Арт разбудил меня знакомым стуком в окно спальни. Как же я ему обрадовалась! В скором времени нам предстояло покинуть Рочестер и начать новую жизнь. Он поставил свой велосипед, я открыла дверь, а потом мы просто лежали в моей постели – я в ночной рубашке, он в своей одежде. У меня после того случая на дороге, когда парень врезался сзади в мой маленький серо-голубой «Омни», все еще немного побаливала спина.
Как пришло время собираться на работу, Арт сказал:
– Я воспользуюсь сегодня машиной.
В последнее время он часто ее брал, и я нисколько не возражала. Обычно он отвозил меня на работу в дом престарелых «Веджвуд» в Спенсерпорте, примерно в пятнадцати километрах к западу от города, а потом возвращался в город по своим делам. Я начинала в шесть утра, помогала готовить обед и мыть посуду, а в час дня он приезжал и забирал меня.
Этим утром он принес три пластиковых стаканчика с салатом из зеленых оливок от «Джи-энд-Джи», именно такой, какой я люблю: оливки, сельдерей, лук, пепперони, масло, немного соли и перца, глутамат натрия. Когда он подвез меня до работы, то отдал две чашки мне, а одну оставил себе. Мы оба сидели на диете, и он знал, как важен каждый пенни, когда нужно накормить кучу ртов. Он всегда был очень внимателен к таким вещам.
3.
Через несколько часов после того, как Артур Шоукросс подбросил подругу на работу, старший следователь Бюро уголовных расследований Джон Маккэффри попросил коллегу провести еще один день в полицейском вертолете штата.
– Только без меня, Джон, – сказал Чарльз Милителло.
– Послушай, капитан хочет, чтобы мы летали, пока не найдем тело.
– А ты хочешь, чтобы меня стошнило прямо на приборную панель?
Все в офисе испытывали глубокое уважение к долговязому Маккэффри и обычно воспринимали его предложения как приказы. Когда-то он был самым молодым полицейским в Нью-Йорке, но теперь уже тринадцатый год служил следователем Бюро. Он также возил Марио Куомо всякий раз, когда губернатор приезжал в город. На должности детектива у Маккэффри был большой опыт раскрытия сложных преступлений.
Милителло покрутил во рту зубочистку.
– Ну, раз должен, значит, полечу. Но почему ты не можешь прислать кого-нибудь, кому это нравится? Почему не Деннис? Как насчет Хупи? – Он перебрал едва ли не всех, а когда закончил, Маккэффри улыбнулся.
– Ладно, забей, Чарли. Я полечу.
– Ты полетишь?
– Да.
– Нет, нет. – Милителло покачал головой. – Если ты хочешь, чтобы я полетел, то я полечу.
Так спор продолжался в обратном порядке, пока Маккэффри не надел теплую куртку.
Милителло внимательно посмотрел на своего коллегу. Раздражения он в его глазах не увидел.
4. Старший следователь Джон Маккэффри
По правде говоря, я умирал от желания заняться этим делом. Бюро уголовных расследований – солидная организация, и мы хотели арестовать серийного убийцу. Но полиция Рочестера держалась настороже. Мы послали следователя на помощь, но они не дали ему почти никакой информации. Это означало что-то вроде: «Спасибо, но это наше дело».
Наш полковник из Олбани пытался растопить этот лед, но и ему они не доверились. Таким образом, на самом высоком уровне существовала своего рода неписаная, непризнанная конкуренция. Забавно то, что я был близок со многими парнями из полиции, включая Джимми Боннелла и ребят из криминалистического отдела, и они держали меня в курсе каждый день. Так обстоит дело с наемными работниками. Когда предстоит много работы, у нас нет времени на политику.
Как раз перед отъездом в аэропорт появился мой друг Том Джеймисон, агент по недвижимости. Он был охотником и хорошо знал местность.
– Слушай, полетели со мной, Том, – предложил я. – Лишняя пара глаз не помешает.
В 10.30 мы вчетвером вылетели на вертолете 1H11: пилоты Марк Вадопян и Кен Хундт, да еще мы с Джеймисоном в качестве наблюдателей. Первым делом я извинился перед Марком и Кеном за то, что им приходится так много работать. Они работали до изнеможения, а работа эта тяжелая, утомительная.
По пути в парк Нортгемптон я связался по рации с патрульным Джоном Стэндингом и попросил его быть поблизости, если нам понадобится что-нибудь на месте. Он прослужил двадцать лет и летал на вертолете, так что знал маршрут.
Джимми Боннелл напомнил мне, что обычно убийца оставлял жертв у воды, но никакой воды мы найти не смогли, за исключением озера Онтарио. Ручьи замерзли и скрылись под снегом. Мы осмотрели поля и фермы, пару фруктовых садов, задние дворы, леса. Был ясный солнечный день, идеально подходящий для поисков. Деревья давно сбросили листву, и мы видели лесную подстилку, но ничего больше, кроме пары оленей, устроившихся в снегу. У меня появилось предчувствие, что мы ищем не в
