Белла
Слова нанизаны на чётки строфЖемчужной россыпью, алмазной гранью.Плетутся кружевные нити слов,Соскальзывая в бездну мирозданья.Иль забираясь в высоту веков,Здесь находя достойное признание.То глубина возвышенных стихов,То Беллы Ахмадулиной страданье.
Платок и шляпка, голос чуть дрожит…Высок полёт той лебединой шеи.И долго-долго каждый звук звенит,И колокольчик этот души греет.Не поэтесса, истинный поэт,Там на орбите твоё кружит имя…Читаешь строки, и не гаснет свет,Стихами растревоженный твоими…
24.12.14 г.
Сергей Есенин
Сергей Есенин – Божья дудка –России солнечный поэт!Твоих стихов тот негасимый свет,Звенит, звенит в них каждая минутка.
В кружении слов такая глубина,Такая боль, величие и сила.На крыльях ангелов судьба тебя носила,Но ждал своих мгновений Сатана…
Лесов рязанских златокудрый Лель,Твой голос вольный, страстный и мятежный.Как птица-тройка по России снежнойЗвенит бубенчиков есенинская трель!
Проза
Владимир Митренин
Там, в Америке
1. Ветреный город
Кто не хочет побывать в Америке? Я там был!
Когда начались лихие девяностые, младшая дочка Настя закончила медицинское училище. Устроили её на работу фельдшером в Скорую помощь. Сутки через двое.
– Папа, я почти всегда работаю одна, без врача, – рассказывала она. – Среди ночи тащишься на вызов по темной лестнице, а там все пьяные. Страшно. И каждый день приходится мыть салон машины от крови…
Мы же помним это время. Какие были цены. И какие деньги платили. Свою первую получку Настя не донесла до дома. Она купила копченый язык, который всегда мечтала попробовать. Такой, в вакуумной упаковке.
Настя дружила со своей ровесницей американкой Стефани, которая приехала в Россию на практику по русскому языку. Она предложила Насте поехать в Америку:
– Пойдем в консульство, я напишу приглашение.
– Ой, спасибо… Но у меня даже нет загранпаспорта. Давай сходим позже.
– Позже не получится, я скоро уезжаю. Пойдём сделаем приглашение, а визу получишь потом, когда будет паспорт…
В консульство поехали с утра, отстояли большую очередь. Сотрудник консульства, доброжелательный и строгий, долго беседовал с девушками и оформил Насте приглашение.
Настя проработала на Скорой целый год. Хорошо получались уколы в вену. Как-то она везла умирающую бабушку. Если бы та скончается в пути, то потом целый день пришлось бы потратить на разбирательство. Настя понимала, что спасти её может только инъекция в вену. Совсем помирала бедная старушка. И врача рядом не было. И машину трясло на ухабах. Воткнула иглу в дряблую руку… и… ура!.. – попала в вену. Сдала-таки её в приемный покой живой.
Коллеги хорошо относились к Насте. За её доброжелательность, исполнительность, трудолюбие. Но потом отношение изменилось. Начались досадные придирки.
– Папа, как-то мы работали с опытной врачихой, – рассказала Настя, – и не смогли помочь пожилой женщине. Умерла она. Тут врачиха стала рыскать по квартире и нашла конверт с деньгами. Покойная явно отложила их на похороны. Половину денег врачиха взяла себе, а половину предложила мне. Ты можешь представить себе мою реакцию? От неожиданности я отправила её на три буквы. Ты же знаешь, как я могу ругаться. Я хотела даже применить к ней приём дзю-до…
– Да… ты могла бы её покалечить.
– С того случая меня и невзлюбили в коллективе. Думали, что я её заложу. Тот ещё коллектив… Хочу в Америку…
Наконец, Настя получила загранпаспорт и рано утром заняла очередь в американское консульство. Люди знают всё. В очереди она узнала, какие задают вопросы и как на них правильно отвечать. Что визы получают не более, чем пять или семь человек в день. Что молодых незамужних девушек не пропускают совсем. И что ответ будет известен только в конце дня, когда выдадут паспорта…
Так получилось, что Настя попала к тому же строгому и доброжелательному сотруднику консульства, который недавно оформлял ей приглашение Стефани. Пару незначительных вопросов, томительное ожидание, и паспорт с визой получен!
В тот же вечер удалось занять деньги на билет.
В июне 1993 года Настя рейсом «Аэрофлота» улетела в Чикаго, но не прямиком, а через Москву, потому что других рейсов тогда не было. Жизнь открыла новую, незнакомую страницу!..
В эмигрантской среде есть люди, которые помогают вновь приехавшим. Ростислав и Любовь Дьяконовы, они приехали в Штаты давно, приютили нашу Настю. Эти одинокие очень пожилые и милые люди дали Насте крышу над головой, но нельзя было злоупотреблять гостеприимством и рассчитывать на большее.
Не зная языка, не имея связей, Настя могла претендовать только на уборку богатых домов. Работала с утра до вечера. А беспорядок в домах был страшный. И хозяйки придирчивые. Но надо было зарабатывать деньги на пропитание и отдавать долг за билет. Как-то Настя позвонила и сказала:
– Мама, я к вечеру так устаю, что не могу очистить апельсин… Может быть, мне вернуться?..
– Знаешь, Настя, – вынуждена была ответить мама. – У тебя пальцы не могут очистить апельсин, а у нас нету денег, чтобы апельсин купить… Мы скучаем, волнуемся за тебя, рады были бы, чтобы ты приехала… Но… Сиди уж там…
По воскресениям Настя вместе с Дьяконовыми ходила в православную церковь. Это было традиционное место встреч и общения выходцев из России. Там она познакомилась с Антоном, выпускником Ленинградского Кораблестроительного института. В настроении Насти произошел перелом.
Нужно было возвращаться к медицинской специальности. Сначала Настю взяли диспетчером по записи пациентов на приём к врачам. По телефону. Суровая жизненная необходимость заставила справиться с этой работой. После этого проблем с английским языком у неё не стало.
Настя уже не жила у старичков Дьяконовых. Они с Антоном сняли комнату.
Появилась возможность купить машину. Это была зелёненькая трех-дверная «Тоёта-Селена» выпуска середины 80-х годов. Водительское удостоверение Настя получила ещё в Ленинграде, поэтому она сдала экзамен и ей выдали права штата Иллинойс.
Настя устроилась работать процедурной медсестрой по взятию крови на анализ. Здесь пригодился её навык внутривенных инъекций. В Чикаго исследования крови проводят в едином центре. Медсестра навещает клиентов дома и забирает кровь, из вены.
В четыре часа утра Настя выехала на работу. В городе было пусто. Тишина. Ни машин, ни людей. И вдруг… сзади появился полицейский на машине и потребовал остановиться. Полицейские в Америке всегда ездят по одному и выполняют как функции охраны, так и автоинспекции.
– Мадам, предъявите документы… Что случилось, почему вы ездите ночью? – поинтересовался полицейский.
Настя объяснила, что едет на работу. Полицейский улыбнулся и пожелал удачи. Впоследствии Настя часто встречала этого полицейского, они обменивались приветствиями.
Вскоре Настя и Антон обвенчались. В том же храме, где познакомились. На неделю съездили на машине в штат Флорида, покупались в океане. Позже на денек съездили полюбоваться Ниагарским водопадом. Все остальное время работали, работали…
Антон казался перспективным мужем. Он работал в серьезной фирме, которая направила его на учебу для повышения квалификации, за счет фирмы.
Потом произошло непредвиденное. Как-то они ехали по автобану на высокой скорости. За рулем был Антон. Они приближались к стоящим в заторе машинам. Но Антон и не думал тормозить. Настя закричала, но было поздно. Последовал страшный удар…
Настя очнулась в госпитале. Без сознания она находилась более шести часов. Страшно болела голова. Но, несмотря на это, её через сутки выписали. Такой там порядок.
Антон тоже долго был без сознания. Позже он оправдывался:
– Настя, я совершенно не видел этих машин… И вообще, у меня такое чувство, будто меня постоянно кто-то преследует…
Это был нехороший симптом. А потом обнаружились и другие особенности его характера.
В декабре 1995 года Настя родила сына. Назвали его по церковному календарю Даниил. Даня. Дэн – это по-английски. Крестили в православном храме. Любовь Дьяконова стала крестной.
Тут возникла серьёзная проблема. За рождение Дани и за двое суток пребывания Насти в больнице, а дольше там рожениц не держат, прислали счет на сумму $9500. Дорогой получился мальчик. Настя стала выяснять. Сначала предложили, что дадут рассрочку и надо будет платить по $1 в месяц. Потом нашли какой-то благотворительный фонд, который оплатил всю сумму.
Антон уволился с работы. Он ничего не делал, целыми днями сидел дома, пил пиво и смотрел телевизор. «Я так хочу, я так люблю, я так привык». Вот и весь сказ. Насте приходилось работать, вести хозяйство и смотреть за ребенком. Долго это продолжаться не могло. Вскоре Настя переправила Даню к нам в Россию и разошлась с Антоном. Некоторое время снова жила у Дьяконовых, потом сняла комнату. Продолжала работать в службе крови.
