Читаем без скачивания Необычный адвокат У Ёну. Сценарий. Часть 2 - Мун Чивон

СЦЕНА 28. Зал судебных заседаний (внутри / день)

Третье слушание.

Зрителей еще больше, чем на втором.

МЁНХА. Истцы, вы представили новые доказательства?

ЧЭСУК. Да, Ваша честь. У нас есть доказательство того, что компания «Мир страхования жизни» с самого начала разрабатывала гендерно-дискриминационную политику реструктуризации с целью увольнения сотрудниц. Мы получили его от анонимного информатора.

«Анонимный информатор?» Слова Чэсук заставляют аудиторию загудеть. Мину смотрит на бумажный конверт, лежащий на ее столе. Он похож на тот конверт, в котором лежали юридическое заключение «Ханбада» и визитная карточка Ёну. Пакет вскрыт – Чэсук явно заглядывала внутрь. «Неужели Чэсук достанет заключение и представит его в качестве доказательства?» Сердце Мину бешено колотится. Однако Чэсук вынимает из конверта не юридическое заключение «Ханбада», а блокнот с логотипом «Мир страхования жизни» на обложке. «Что?» Мину чувствует смесь разочарования и любопытства. Чэсук подходит к Мёнха и отдает ему блокнот.

ЧЭСУК. Представляю рабочий блокнот господина Мун Чончхоля, начальника отдела кадров компании «Мир страхования жизни». Необходимая страница также отсканирована отдельно.

МЁНСОК (тихо, обращаясь к Чончхолю). Это ваша записная книжка?

ЧОНЧХОЛЬ (тихо, растерянно). Такие блокноты компания раздавала многим сотрудникам в прошлом году. Мой должен быть у меня в кабинете…

В это время на большом экране, установленном в зале суда, появляется изображение страницы из блокнота с записью, сделанной почерком Чончхоля.

<СОДЕРЖАНИЕ ЗАПИСИ>

«Звонок директора Чхве.

Нет другого выхода, кроме как уволить без восстановления после неоплачиваемого отпуска. Работники, состоящие в браке, особенно женщины, должны видеть, что их мужья находятся в невыгодном положении. Прежде всего уговорить женщин уволиться, действуя через мужей».

ЧЭСУК. Если вы изучите содержание блокнота, то увидите, что у господина Мун Чончхоля есть привычка делать заметки во время телефонных разговоров. Данная заметка, например, сделана во время беседы с Чхве Сынчхолем, исполнительным директором компании «Мир страхования жизни», в апреле прошлого года. И в ней говорится о необходимости пригрозить женам увольнением мужей, если те не согласятся добровольно уйти.

Слушатели в зале возмущены. Адвокаты «Ханбада» и Чончхоль бледнеют.

МЁНХА. Мун Чончхоль, это правда? Это ваш блокнот?

Чончхоль хочет сказать «нет», но не может. Мёнсок пытается справиться с ситуацией, но Чончхоль опережает его.

ЧОНЧХОЛЬ. Да, это мои записи. Но как мой блокнот оказался в руках этих людей…

МЁНСОК (поспешно вскакивает). Ваша честь, господин Мун Чончхоль не давал согласия на использование своей личной записной книжки в качестве улики. Следовательно, это незаконно собранные доказательства. Это Уголовно-процессуальный кодекс…

Он пытается назвать соответствующие правовые положения, но внезапно не может вспомнить. Глядя на Ёну, пытается намекнуть, чтобы она продолжила, но Ёну намеков не понимает. В этот момент на помощь приходит Суён.

СУЁН (тихо). Подскажи. Статья о незаконном сборе доказательств.

ЁНУ. А. Уголовно-процессуальный кодекс, статья 308–2 «Доказательства, собранные без соблюдения надлежащей правовой процедуры, не могут быть использованы в суде».

МЁНСОК (продолжая за Ёну). В соответствии с положениями закона, которые вы только что услышали, записная книжка господина Мун Чончхоля не может быть приобщена к процессу. Необходимо исключить ее из списка доказательств.

ЁНУ (как будто разговаривая сама с собой). Но это Уголовно-процессуальный кодекс. А процесс гражданский.

Несмотря на то что она знает, что это противоречит интересам команды, Ёну произносит это, потому что так правильно. Чэсук усмехается и перехватывает слова Ёну.

ЧЭСУК (намеренно повторяет слова Ёну). Но это Уголовно-процессуальный кодекс. А процесс гражданский. Разве суд не может по своему усмотрению принимать доказательства согласно положениям Гражданского кодекса, в котором учитывается принцип свободных доказательств? Я с нетерпением жду мудрого решения судьи Рю Мёнха.

Мёнха вздрагивает, когда его называют полным именем. Глядя на имя «Рю Чэсук» на груди адвоката и понимая, что аудитория в основном на стороне истцов, он произносит.

МЁНХА. Вы сказали, что этот блокнот прислал анонимный осведомитель, верно?

ЧЭСУК. Да, Ваша честь.

МЁНХА. В таком случае, даже если доказательства были получены незаконным путем, степень нарушения процедуры не настолько велика, чтобы отрицать важность улики. Приобщить блокнот к делу…

Чэсук улыбается, а Хёнчжон и Чиён в восторге. Чончхоль и адвокаты «Ханбада» мрачнеют. Ёну смотрит на «трех мушкетеров». Хёнчжон поворачивает голову и показывает поднятый большой палец вверх кому-то в зале. Ёну видит, что это Ёнхи – сотрудница отдела кадров, дававшая показания в пользу «Мира страхования жизни» на первом судебном заседании.

FLASHBACK

СЦЕНА 29. Отдел кадров компании «Мир страхования жизни» (внутри / день) – прошлое

Через несколько дней после первого заседания.

Ёнхи осторожно входит в кабинет начальника отдела кадров. Среди дневников Чончхоля на полке она находит прошлогодний и изучает его. Затем она прячет блокнот под одежду и выходит. Анонимным информатором, помогавшим «трем мушкетерам», была Ёнхи.

CUT TO

СЦЕНА 30. Перед зданием компании «Мир страхования жизни» (снаружи / день)

Настоящее время.

ЖУРНАЛИСТКА (20 с лишним лет / женщина) стоит перед телекамерой и сообщает о довольно масштабном митинге перед зданием компании «Мир страхования жизни».

ЖУРНАЛИСТКА. Перед главным офисом компании «Мир страхования жизни» прошел митинг, осуждающий инцидент, в ходе которого компания намеренно увольняла сотрудниц. В митинге приняли участие десятки женских трудовых коллективов, а также пострадавшие женщины.

СЦЕНА митинга на экране новостей.

Люди выкрикивают лозунги, проводят пикеты вокруг большого электронного табло, загруженного на грузовик. Среди них выделяются «три мушкетера», которые кричат активнее, чем все остальные. «Не сообщайте компании о своем браке!», «Осудите сексистскую реструктуризацию “Мира страхования жизни”!», «Кризис усугубляет гендерную дискриминацию», «Независимо от того, замужем вы или одиноки, трудовые права женщин – это права человека!» Выделяются такие фразы, как «Увольнение женщин из пар, работающих в компании, – явный сексизм!».

ЖУРНАЛИСТКА. Между тем две уволенные сотрудницы подали иск о признании увольнения недействительным. Протестующие заявили, что планируют написать письменное обращение и представить его в суд. Внимание сосредоточено на том, повлияет ли митинг на решение суда.

СЦЕНА 31. Зал судебных заседаний (внутри / день)

Вынесение приговора.

Возможно, из-за новостей, связанных с митингом, в зале суда полно репортеров и зрителей. Адвокаты не всегда приходят на вынесение приговора, но в этот день, помимо Чончхоля, Хёнчжон и Чиён, также присутствуют адвокаты из «Ханбада» и Чэсук.

МЁНХА. Оглашу вердикт.

Мёнха замолкает и смотрит на Чэсук и свои записи. Затем Чэсук улыбается Мёнха, расправляя свою грудь с именной табличкой. Ей трудно скрывать, что она очень нервничает. «Встанет ли он на сторону потомка двадцать шестого поколения пхунсанского рода Рю?»

МЁНХА. Постановление суда: все требования истцов отклонены. Судебные издержки также ложатся на истцов.

В одно мгновение в зале становится шумно. В отличие от разочарованных Чэсук, Хёнчжон и Чиён, адвокаты «Ханбада» довольны. В то же время Чончхоль глубоко вздыхает. Его лицо не выражает никаких эмоций.

МЁНХА. В то же время признается, что ответчик неоднократно призывал сотрудниц уволиться по собственному желанию, оказывая давление путем угроз отправить мужей в неоплачиваемый отпуск с последующим увольнением.

«Признается? Тогда почему такой вердикт?» Чэсук и истцы недоуменно слушают решение Мёнха.

МЁНХА. Тем не менее назначение одного из супругов в качестве субъекта реструктуризации допустимо с социальной и экономической точек зрения, поскольку целью такой политики является не только жена. Нарушений Конституции или Закона о трудовых стандартах и так далее не выявлено. Данный инцидент не может рассматриваться как дискриминация по половому признаку.

Зал снова гудит, зрители выражают различные чувства и мнения по поводу решения, а журналисты старательно записывают содержание вердикта. Однако, независимо от реакции, оглашение