рявкнул он, достав из кармана две пятитысячные купюры, а после швырнул их Лизе, — премию забери.
Лиза понимала, что лучше его сейчас не злить. Она ушла, забрав деньги.
Дамир снял мокрые шмотки. Достал из шкафа запасной комплект. Переоделся и отправился прочь из этого магазина. Сюда он будет приходить теперь как можно реже.
Сев в машину, он направился в казино Булатова. Только вот доехать не успел. На середине пути дорогу ему перегодили две машины зажав с двух сторон.
Дамир дал по тормозам, грубо матерясь. Какой же он идиот! Вот знал же, что крыша поедет, стоит лишь на бабе хоть какой-нибудь заморочиться. Даже не подумал парней с собой взять.
Из первой машины к нему направилось трое парней. Из той, которая остановилась сзади — вышли ещё трое.
Чёрт! Кто такие?
Дамир был сам, без охранников. Эти парни вооружены.
Один из них постучал по стеклу его тачки стволом оружия.
— Сам выйдешь или помочь? — процедил незнакомец.
Дамир уже проклинал всё на свете. Что же за неудачный день-то такой. Сначала Надя его послала, теперь ещё и эти отморозки пришьют.
Дамир вышел из машины. На улице ночь, ничего не видно, лица этих ублюдков он почти не мог рассмотреть.
Зря он не послушался Камиля, который настоятельно советовал ему не шастать самому. Ох, как зря!
— Чего надо! — процедил Дамир.
— В машинку садись, Рашидов. Потолкуем.
— Знаешь меня, а я тебя нет. На какого пашешь, фраер? — огрызнулся Дамир за что ему мгновенно прилетело по физиономии.
— Если не хочешь добавки, Рашидов, делай то, что тебе говорят… Пока что по-хорошему. А, если у тебя со слухом проблемы, то будет по-плохому.
Дамир потёр ударенную скулу рукой, покосился на шесть стволов направленных на него. Да уж, аргумент железный у этих тварей, ничего не скажешь. Придётся подчиниться.
Дамира привезли на какой-то склад. Здесь было жутко холодно и серо. Пусто. Его посадили на стул, привязали к стулу ноги и одну руку. Дамир скривился. С чего это вдруг ему правую руку рабочей оставили?
— Вы хоть знаете, что я с вами, суки, сделаю? — процедил Дамир, дёрнувшись, взбешённо смотря на мужчин.
— Не заносись, Рашидов, чего доброго просто лопнешь от бесполезной самоуверенности, — услышал Дамир сзади себя хриплый мужской голос.
Повернуться назад было нереально, но Дамиру очень хотелось увидеть того, кого он вскоре убьёт.
Мужчина не заставил себя долго ждать, обошёл Дамира и остановился в двух шагах от него. Дамир посмотрел на этого человека и язык прирос к нёбу.
Львовский!
Собственной персоной!
Постарел, поседел, но гонора в нём меньше не стало.
Проклятье! Как так его угораздило попасть в лапы этого мудака!
Мужчина хитро усмехнулся, наблюдая за ошалелой реакцией Дамира, довольно поглаживая небольшую бородку пятернёй и дал знак рукой двум своим парням. Через секунду ему поднесли стул, рядом поставили небольшой переносной столик.
— Вижу, что ты узнал меня, Рашидов, это хорошо. Ведь столько лет прошло… — Он сделал глубоко задумчивый вид, — пятнадцать лет прошло.
— Ты что, Лев, притащил меня сюда, чтобы былое вспомнить? Так соскучился? Или чё предъявить мне собираешься?
— Смелость свою аннулируй, Рашидов, потолковать кое о чём действительно надо.
— Прекрасно, шавок своих убери и тогда потолкуем.
— Быковать у себя на горе будешь! А пока ты в моей местности будь добр веди себя подобающе, иначе мне придётся подкорректировать тебе физиономию. Поэтому лучше молчи, Рашидов, и слушай меня, пока твоя морда не познала вкус асфальта.
— Ты корону-то свою бумажную сними, Лев.
Львовский усмехнулся, прожигая Рашидова своим взглядом.
— Прости ты сейчас что-то там вякнул, Рашидов? Просто ты так низко опустился, что тебя почти не слышно.
— Ну да, дефект мозга и ушей тоналкой не замажешь… постарел ты, Львовский, совсем сдал, — процедил Дамир, — вот уже и со слухом проблемки.
Львовский усмехнулся и, резко дёрнувшись, зарядил кулаком в челюсть Дамиру. Голова Дамира дёрнулась, в уголке губы показалась тонкая струйка крови.
Николай Львовский смерял Дамира уничтожающим взглядом. Как бы он хотел придушить этого мужчину.
Но нет!
Этот гад должен помучиться. По его милости и по милости Булатовых Львовский вынужден был отказаться от слишком многого, от того, что гораздо ценнее материальных благ — от своей семьи. Но для того, чтобы защитить то, что по-настоящему было ему дорого, чтобы уберечь то единственное, что он любил, ему пришлось отказаться почти от всего. Этого он не забудет ни Рашидову, ни Булатову.
— Не выводи меня из себя, Рашидов, — процедил Львовский.
— Правильно, воспользуйся этим советом. Потому что, если я из себя выйду, то ты под себя сходишь, Львовский, — бросил ему Дамир, вскинув голову.
Парни, стоявшие позади Льва, засмеялись. Львовский на них бросил яростный взгляд, а потом близко приблизился к Дамиру.
— Ты что, сучара, берега совсем попутал?
— Какие, на хер, берега, Львовский? Ты своё грязное вонючее болото с моим океаном-то не путай.
— Попустись, Рашидов, не насилуй мои уши своей этой туфтой. Ещё одно подобное словцо и зубы в твоём рту станут роскошью, дёснами одними улыбаться будешь! Не жди от меня никаких поблажек… Продолжишь ерепениться, я тебе ноги в обратную сторону выломаю, будешь прыгать, как тот кузнечик.
— Прежде чем кидаться угрозами, Львовский, удостоверься, что ты успеешь извиниться, — Дамир задрал голову, вызывающе смотря на Львовского.
— Лохам закон не писан, а если и писан то не читан, так, Рашидов?
— Харе лясы точить, мы с тобой на брудершафт не пили, чего тебе от меня надо? Какого хрена меня сюда притащили? Хотел пообщаться, зашёл бы в гости. Или ты совсем одичал?
Львовский отошёл от Дамира, после дал знак одному из парней, тот принёс бутылку вина и два стакана. Поставил на столик, налил в стаканы вино.
— Не пили, говоришь, — процедил задумчиво Львовский, — протягивая Дамиру стакан, — так выпей.
Дамир прищурился.
— Бери, не отравлено, — процедил терпеливо Лев, делая небольшой глоток, — для чего я тебе руку правую оставил… ты ею поработать ещё должен будешь.
— Сам жри своё пойло! — Дамир одним резким движением свободной руки отшвырнул бокал с вином в стену, звон разбившегося стекла разнёсся по помещению.
— Не хочешь… что же… Не надо. Тогда на вот, подписывай, — Лев ткнул Дамиру семь документов с печатями.
— Что это? — Дамир одной рукой посмотрел на документы и лицо его покраснело от бешенства.
— Да с какого это… Ты в своём уме, Лев? Я не отдам тебе всё.
— Не всё, свой ресторан «Вихрь» оставь себе. Но всю остальную империю ты передашь мне, Рашидов.
— А не подавишься.
— Даже мало будет, — прыснул Лев.
— Ты точно мозг не
