необходимо было разыскать темницу, где удерживали крайтских знахарей, попутно слушая всех подряд, лишь бы раздобыть побольше информации.
– Оу, Милена, неужели ваш Брайан всё-таки решился объявить о помолвке, – завистливо-восторженно донеслось из ближайшей беседки, – такой милый бегемотик. И сказочно богат.
– Я уж думала никогда не дождусь предложения от этого обжоры и зануды – год ему мозги полощу…
Так, не интересно, бежим дальше. Вон там, в кустах, в районе густо заросшей вьюном арки тоже кто-то секретничает.
– И снова я пытаюсь написать
Ту жгучую и сильную любовь,
К которой возвращаюсь я опять,
Стараясь побороть пылающую кровь…
Я сплю и вижу: снова ты
Летишь ко мне сквозь грезы и мечты,
Рукой касаешься меня,
Даешь понять, что ты моя… – донеслось оттуда пафосно-заунывное признание прыщавого графомана юной нимфе, которую, что удивительно, даже не тошнило – напротив, красотуля горела смущённым румянцем и бросала на кавалера многообещающие взгляды из-под кокетливо опущенных ресниц.
Бррр, уж лучше незабвенное " Донна Роза, я старый солдат, и не знаю слов любви…"
– Я просыпаюсь,долго думаю,молчу,
О том, что если я предам, то сам себе все это не прощу…
Могу надеяться я лишь,
Что ты сама не ускользнешь, как мышь,
Что не решишь меня ты позабыть,
Соврать, предать и сердце раздавить!.. – поощрённый благожелательной реакцией, продолжил разливаться нетрезвым соловьём счастливый пиит.
– О боже, Мальва, гони отсюда! Ходу-ходу! Сдурели они тут все что-ли? – вслух уже руководил собакой и даже махал в пространство руками Сол, одуревший фильтровать льющуюся на него, как из рога изобилия, порожнюю информацию.
– И вправду, что они там курят, аж завидно, – сморщившись, будто у неё заломило зубы, обронила Фета, слушая вольный пересказ мага.
– Мальва, уходи из сада, в такой обстановке только клинический идиот будет говорить о серьёзных вещах.
Собака засеменила в сторону хозяйственных построек. И тут нам повезло. Из-за угла овчарни вырулили грубые, но не "крестьянские" сапоги – явно охранник, причём не "наш".
– Давай за ним, возможно он приведёт нас к месту, где держат целителей.
Сапоги, шоркая по земле и плеская из бултыхающегося ведра водой, дошли до конюшни, свернули к сарайке и, поздоровавшись с сапогами-близнецами, стоящими, очевидно. в карауле, вошли внутрь.
– Странно, я думал он пойдёт к темнице, – почесал голову маг, – а чего охранять в сарае при конюшне-то?
Мальва, переминаясь с лапы на лапу на минуту замешкалась, затем побежала по периметру строения в поисках возможной удобной дырочки, в которую можно было бы просочиться. Как на грех, даже хозяйственные постройки здесь ваяли на совесть и содержали в порядке. В единственном, хвала всевышнему, удачном, в связи с отдалённостью от охранников, месте удалось разыскать малюсенькую лазейку, в которую можно было хотя бы просунуть нос, и то только усердно подкопав перед этим.
В сарае было темновато, пришлось подождать, пока собачьи глаза привыкнут с дневного света. Внутри находилось несколько человек, жадно пьющих, скучковавшись вокруг принесённого ведра. Те, кто попил, отходили и садились прямо на солому, рядом с нашим "слуховым окном"
– Сволочи, держат нас тут, как скотов. – раздался женский приглушённый голос.
– Нам тут ещё неплохо живётся, по сравнению с теми, кто в темнице остался, – прокомментировал хриплый мужчина.
– А начерта нас делить-то надо было?
– Фира с кухни, что нам еду носит, шепнуть успела, что струхнули они крепко после случая на охоте, – думают наших рук дело нападение на Соргана. Вот и решили располовинить, да охраны побольше приставить. Одного, злодеи, не поймут, что никогда мы на своего господина руку не поднимем.
– Ну, каждый судит по себе, вот им и невдомёк, что мы по другому рассуждаем. Вот ведь по его указу здесь сидим и участи неизвестной ждём, да не по его воле. Это ж уже любое сопливое дитё в последней деревне понимает.
– Я, кажется, знаю, кто к Соргану зверюшек подослал, – снова женский голос.
– Тише, Мира, не дай бог услышат.
– Мира? Сол, ты сказал Мира? Как она выглядит?
– Т-с-с, да не видно мне нихрена, они сбоку сидят. А, подожди… Нет, не видно, понятно только, что нехилая тётка, а больше ничего не разглядеть.
– Это она, добрались всё-таки, сволочи.
– Потом обдумывать будем, дай дослушаю, что говорят – не хуже Феты зашипел Сол.
– Надо помочь девочке, – продолжала начатую фразу Мира.
– Но как? – густой баритон.
– Как – как, не знаю ещё. Одно точно, искать её силу используя точно нельзя, – только внимание раньше времени привлечём. Когда надо будет – она сама позовёт. Бучу надо устроить.
Я аж подпрыгнула на месте. Если они и вправду смогут отвлечь внимание "гостей" завтра утром – это же будет отлично! Как только сообщить им о сроке?
– Сол, пусть Мальва потихоньку попытается привлечь их внимание.
Собака, углубляя подкоп, начала тихо поскуливать.
– Тихо все, – "шикнул" хриплый, – кто ещё здесь?
В щели между досками появился серый в рыжих ресницах глаз и уставился в глаза магу. Ну, в смысле, Мальве. Сол усилием воли заставил собаку кивнуть.
– Народ, тут собака какая-то странная – кивает сидит. Мира, глянь.
Серый глаз сменился внимательным зелёным.
– Ты кто?
Мальва нетерпеливо тихо заскулила, досадуя на недогадливость травницы.
– Тебя прислали?
Сол-Мальва кивнули.
– Аля? – совсем тихим шёпотом.
Кивок.
– Мы хотим устроить бунт, ты слышала?
Кивок.
– Когда, сегодня?
Внимательное укоризненное молчание и стук хвостика по земле.
– Значит нет. Завтра?
Кивок.
– Утром?
Облегчённое поскуливание.
– Поняла.
В этот момент охранник, привлечённый непонятными посторонними звуками, двинул проверить обстановку, повернул к задней стороне сарая. Его бдительному взору предстала невозмутимая собачка, увлечённо копающая ямку под кустом. Он поднял её на руки и понёс в замок.
– Фил, я на кухню. Отнесу вот, кажется, потерялась. Вроде не дворняга. Сами там пусть разбираются.
На кухне собаку приняла рябая помощница поварихи, причитая, что вот только возни с бесхозной потеряшкой в этом дурдоме ещё и не хватало.
– Не ворчи, Стелла, просто покорми и передай фрейлине королевы, помнится, эта куколка пользуется добрым расположением её величества – нарочито громко сказала повариха.
Как только дверь за охранником закрылась, она жестом подозвала рябую Стеллу.
– Беги, найди Фирку и скажи, пусть передаст нашим, как еду понесёт, что завтра их всех обозом в горы к порталу повезут, в Афлаим переправлять.
Помощница прижала руки к губам.
– Точно тебе говорю. Мариша подслушала охрану за обедом. Мы её потому туда и приставили, что самая ушастая. Беги, время не теряй, собаку я и сама покормлю.
Как только находку, памятуя о монаршей привязанности, сдали личной фрейлине, она передала её в руки королеве. Элиза металась по комнате, как тигрица
