Выслушав меня, Мария Федоровна, сделав несколько шагов и обдумав мои слова, наконец-то спросила.
— В том мире, вы хотите обезопасить ту Россию, где властвуют победившие революционеры и почему, я понимаю — они вам более близки, чем мы…
— Вы хотите для себя уяснить насколько мы будем лояльны по отношению к правящей династии Романовых в вашем мире в свете того, что мы все так или иначе потомки выходцев из страны победивших революционеров?
— Ну можно и так сформулировать. Вы очень хитро поступили и завязали многие вопросы на себя, и фактически стали гарантом будущей договоренности Николая и Вильгельма.
— Не совсем так, Мария Федоровна. Гарантом будете Вы. Гарантом, контролером, строгой воспитательницей. А мы, ваши друзья, союзники, которые кровно заинтересованы и в этом мире задавить англосаксонский фактор нестабильности и позволить нашей Родине максимально реализовать весь ее потенциал.
— Ну вы же не из простых идейных соображений это делаете?
— Конечно. И мы и вы прекрасно осознаем, что политика и государственная безопасность, это не те вопросы, где действуют привычные законы человеческой морали, только целесообразность. И что тут таить, скрывать наш подход не собираемся. Да нас интересуют взаимовыгодные поставки ресурсов, которых не хватает в нашем мире — это просто вопрос выживания. Но все же ключевое слово «ВЗАИМОВЫГОДНЫХ». И если стоит вопрос с кем работать, то однозначно с вами, с человеком, с женщиной, с Русской Императрицей, про которую никто не сказал плохого слова, которая своими поступками, да и всей своей жизнью доказала право считаться одной из величайших фигур русской истории. Поэтому мы изначально через Великую княгиню Ольгу Александровну и вышли только на вас, а не стали искать других союзников. Захотели бы сменить власть, то работали бы с коммунистами или бы связались с кем-то из второстепенных ветвей Романовых. Это то что касается наших политических взглядов.
А вот по экономике — строить деловые отношения с англосаксами и работающими с ними в связке древними еврейскими банковскими домами, которые всегда готовы в угоду выгоды предать, ударить в спину, да и просто поменять условия игры в одностороннем порядке, просто опасно и глупо. Ответ очевиден.
Тем более мы с вами изначально и неоднократно обговаривали такой подход и нашу абсолютную лояльность существующей власти при обязательном условии: интересы русского государства и, что особенно, русского этноса, являются главным фактором и главной задачей. Как бы то не было, англосаксы нам априори не дадут так работать в любом случае, так как любые финансовые потоки, проходящие мимо, у них вызывают системную агрессию. Поэтому что в вашем мире, что в мире 1942-го года, где мы вынуждены были применить ядерное оружие, англосаксы и древние еврейские банковские дома должны быть уничтожены как идейная и системная сила планетарного масштаба, которая никогда спокойно не примет любое развитие вне их системы управления миром. Они давно предназначили России роль пушечного мяса и сырьевого придатка, то есть фактически страны третьего мира и любые попытки изменения этого порядка воспринимаются как прямое объявление войны. Кстати, немцам они приготовили то же самое и Вильгельм уже об этом знает — с Гинденбургом неплохо поработали наши психологи, прежде чем его отпустить в качестве нашего посланца.
После моих слов опять наступила пауза и наши шаги по легкому снежку, покрывающему дорожки парка, звучали как успокаивающая музыка, да еще ощутимо поднялся ветер с Финского залива, нагоняющий неприятную стужу, которая заставляла поеживаться в армейском бушлате. Да и Мария Федоровна видимо то же начала испытывать некоторый дискомфорт, но вопросы, которые надо было обсудить перед весьма судьбоносной встречей, определить позиции, требовали немного терпения.
— Что ж, Сергей Иванович, фактически вы не сказали ничего нового и не смотря на изменившиеся обстоятельства и весьма показательную демонстрацию силы, ваша позиция по ключевым вопросам осталась неизменной. Постоянство в таких серьезных вопросах радует и нам бы очень хотелось, в свете всего происходящего, чтобы и дальше именно вы и ваша команда были единственными представителями силы из других миров, с которыми мы бы хотели иметь дело.
Пара мгновений, и я быстро просек, про что она.
— Хм. Кто-то выходил на вас и предлагал мимо командования Новоросского корпуса свои услуги?
Она чуть улыбнулась и легко кивнула головой в знак согласия.
— Очень интересно. Все пространственно-временные пробои мы четко контролируем и как только зашли в ваш мир, его заблокировали от непрошенных гостей. Значит это кто-то очень хитрый. Странно, кто Екатерина не проинформировала меня о таком.
— Екатерина не в курсе, ну или делает вид. Девушка она очень необычная и сильная.
— Да, тут вы правы, Екатерина Артемьева заслуживает уважения и ее профессиональные качества как офицера органов государственной безопасности выше всяких похвал. Но мне докладов не было.
— Вот поэтому я и захотела с вами предварительно переговорить, не вы ли начали какую-то свою интригу.
— Может вкратце обрисуете картину происходящего, а то в последнее время что-то слишком много неприятных сюрпризов происходит.
— Кто-то из вашего окружения, Сергей Иванович, попытался установить контракт с Великим Князем Николаем Михайловичем и Великой Княгиней Марией Павловной, а то что они в будущем станут костяком заговора «Великих князей» вы и так знаете.
— Ну я в курсе, что именно ВАША СЛУЖБА активно их прослушивает и отслеживает контакты, но на материалы и результаты этих оперативных мероприятий мы не претендовали. И как раз на случай чего-то такого необычного мы с вами, Мария Федоровна, и договаривались обмениваться информацией.
— Именно. И пока не начались переговоры с Вилли, которые должны полностью поменять картину будущего мира, я и хотела именно это обсудить, на случай, если у вас, в вашей организации, возникнут, скажем так, внутренние разногласия и недопонимание.
Я сжал зубы.
— Внутреннее недопонимание решается очень быстро и жестко, тут можете не волноваться. Но вот интересен характер контактов и предмет торга.
— Все пока только в предварительном виде. После вашего столь эффектного выступления в Польше, к новороссам в обществе сложилось особое отношение и то, что вы не показали и десятой доли своей силы понимают все. Поэтому все и наши, и ваши противники пока не решаются идти на прямую конфронтацию. Но мое усиление, что фактически означает усиление Никки очень не нравится многим. Но они еще боятся, очень боятся, но все равно интригуют и изыскивают возможность либо поменять меня, как главного посредника, на кого-то более лояльного другим ветвям Романовых, либо как-то дискредитировать или даже уничтожить новороссов, найдя в ваших рядах предателей и заговорщиков.
— Понятно — стандартная тактика. Что мои «иуды» передали вашей «великокняжеской» фронде? Какую информацию? Как я знаю, там британцы прописались чуть ли не на постоянной основе.
— Ну пока только они узнали, что вы по-настоящему наши прямые потомки и вся история Новоросского корпуса, которая была доведена до всех заинтересованных лиц всего лишь грубо сработанная дезинформация, рассчитанная просто выиграть время пока вы в нашем мире успеете занять соответствующие позиции, с которых вас уже никто не посмеет подвинуть. Они знают про настоящий результат этой войны, про революцию и особенно про реальную судьбу Никки, из-за чего он так поменялся и почему мы, основная ветвь Романовых, выступили единым фронтом.
— Интересно, и кто у нас то такой языкатый? Всех же проверяют регулярно и жестко. Ладно. Как и где проходил контакт? И что они еще сообщили и передали?
Последние слова я говорил, как бы сам себе, вроде как размышления вслух, но Мария Федоровна все поняла правильно и с трудом сдерживая победную улыбку, участливо проговорила.
— Неизвестный вышел на контакт с братом адъютанта Великого Князя Николая Михайловича и в нескольких словах обрисовал реальное положение дел и в качестве доказательства передал какие-то фотографии, которые в данный момент с интересом рассматривают у себя в особняке Великий Князь и помощник британского посла.
