и лежишь, а вокруг такое творится. Ну хоть на работе не забывают, приходят в гости.
— Вот и я пришёл.
Вид у полковника уже получше, чем когда я видел его в последний раз, сразу после аварии, он приходил в себя. Сейчас он бодрый, хочет поговорить, и даже с больничной койки может рассказать многое из того, что я хотел узнать.
На тумбочку я положил пакет с апельсинами, обратив внимание, что на ней лежит вырванный из газеты лист с результатами Олимпиады в Японии. Не просто так, но ладно, пока не до этого.
— Горбаня нашли, — сказал он. — Лежал под железнодорожной насыпью. Кто-то истыкал его заточкой в пузо и выбросил из вагона.
— Слышал про это.
— И в курсе, кто? — Ремезов строго посмотрел на меня.
— Не знаю, но у него в последнее время было много врагов. Если что, мы в это время отбивались от целого десанта киллеров.
— Наслышан. Просто дело такое, — он вздохнул и посмотрел в потолок. — Он же в розыске был, но всё же это майор госбезопасности, так что убийц искать будут. А вот то, что он меня подставил, могут забыть, свесят на того бандита, которого он нанял.
— Меня удивило, что Горбань через Китай выбирался.
Хотя с другой стороны, пограничная служба тогда ещё не принадлежала ФСБ, так что в этом был смысл. Просто Горбань не рассчитывал, что Эдик отправил кого-то его убивать. В любом случае, майор уже ничего нам не сделает, а его начальник далеко. Это даёт нам какое-то время спокойно заниматься своими делами и готовиться к любым проблемам.
— А что в этом такого? — Ремезов пожал плечами, хотя вышло не очень заметно, ведь правое было перемотано. — Пограничная служба нам не отчитывается,
— Понимаю. Кто-то, значит, его туда вывозил, но по пути избавился.
— Да. Возможно, сам Эдик. Но хорошо, что твои люди там не замешаны, Макс, а то бы с центра крови бы всем попили. Но всё равно, как бы ни пытались дело замять, информация просочилась куда надо. Ну а то, что ты помог его на чистую воду вывести, не забудем. Латыпов так вообще в восторге от тебя остался.
— А что это за история с подарком от Железного Феликса? — спросил я. — Ты зачем-то написал про неё.
— А, старая, — он махнул левой рукой и полез за сигаретами. — Если не торопишься, расскажу.
— Ещё есть время.
— Короче, когда я ещё был зелёным и только пришёл в КГБ, у нас грохнули майора. Проломили ему голову прямо у него в кабинете. И не чем-то, а бюстом Дзержинского. Прямо в темечко врезали, проломили череп.
— Ого. Это серьёзно.
— Тогда времена другие были, за майора КГБ кого угодно бы нашли и душу вытрясли, а в этом деле видели явные политические мотивы. Бюстом же убили, а ещё не осталось ни отпечатков, ни следов. Зашёл в кабинет, нашли мёртвым. Решили, что это иностранная разведка поработала.
— И что дальше?
— Искали шпиона все, и я тоже, под руководством Латыпова. Он тогда старше меня по званию был.
— И нашли?
— Угу, — Ремезов хмыкнул. — Всё оказалось проще. Я у майора в кабинете делал обыск. Дёрнул ящики у шкафа внизу, а они тугие, шкаф чуть не сдвинулся с места, пока их открывал. И мне самому чуть башку не проломило старым горшком. Он наверху стоял, чуть не упал, вовремя заметил. Вот я и понял, что стряслось.
— Погоди, — я поднялся с табуретки. — Это несчастный случай был?
— Да! Бюст-то на шкафу стоял, всего его там видели, и след в пыли остался. Вот майор пришёл к себе, полез за бумагами, ящики дёрнул со всей силы, бюст слетел. Расскажи кому, не поверят. Прилетел подарок от Железного Феликса. Меня тогда чуть не попёрли оттуда, так всем эта версия со шпионом понравилась, а здесь я вылез со своим шкафом.
Ремезов засмеялся.
— Но потом провели эксперименты, вызвали криминалистов, профессора какого-то подтянули, он расчёты сделал, и все траектории идеально совпадали. Бюст упал ему на башку. Вот до сих пор с Латыповым вспоминаем, как видимся. Я так и написал, чтобы он сразу понял, что ты от меня.
— Устроили шпионские игры, — я сел поудобнее. — Ладно, ещё один вопрос прояснили. А что полковник Шелехов? Он же всё устроил.
— Он Горбаня сдал, чтобы от себя все подозрения отвести. Тогда приехал выручать, но в этот раз решил не рисковать, сам мог попасться. Может, он и приказал грохнул Горбаня, майор многое мог знать, но уже не расскажет.
— Хочешь сказать, что Шелехов вышел сухим из воды?
— Посмотрим, — Ремезов задумался. — Но если здесь появится он или его человек, сразу возьмут на карандаш. Вот это я точно могу гарантировать. Да и без Горбаня у него контактов в области нет. А у тебя-то что в итоге со всем этим?
— Разбираюсь езжу, — я поднялся и подошёл к окну. Сегодня ясная погода, солнце слепило. — Славку вот отмазали. Он же одного пострелил, и его закрыть хотели, якобы не было оснований стрелять. Едва выручили. Всех этих киллеров вообще хотели объединить с тем нашим делом по «Волковским». Типа, разборки братвы друг с другом.
— Про это слышал, — Ремезов кивнул. — Но тебе помогли.
— Да, тут спасибо твоему Латыпову, посодействовал. А вот кто эти киллеры? Я так и не узнал, а следователь не говорит.
— Местные в основном, с Читы и Улан-Удэ, — он поморщился. — А вот те двое, которые лично тебя хотели исполнить — киллеры с мощным послужным списком, и даже по нашим делам проходили. Попались, наконец-то. Не привыкли, что цель отстреливается, обнаглели совсем, расслабились.
— Были покушения на кого-то?
— У них есть несколько громких дел в Москве, их там видели, остались приметы. Парень, кстати, прошёл Чечню, с первых и до последних дней там был. Набрался опыта, — Ремезов посмотрел на меня. — И хороших друзей у него не было, которые могли его куда-нибудь в другое место пристроить.
— А девушка?
— Спортсменка, КМС по практической стрельбе, были большие планы на сборную. Но связалась с этим парнем и всё, сменила род деятельности. Вот и всё, что известно. Молчат сейчас, но понятно, что парень её
