Она замедлила шаг. Если его гостья Виктория Мосс, то лучше всего побыстрее удалиться: это последний человек, с кем Уитни хотелось бы встретиться! Но тут она сообразила, что слышит только голос Люка – он просто говорил по радиотелефону:
– Большое спасибо, Вики, за твое предложение, но, как я сказал, я звоню предупредить, что не беру это место. В конце концов, виноградники Изумрудной долины мои…
Что? Уитни вдруг застыла, не в силах поверить своим ушам.
– …или почти мои, – продолжал Люк. – Я с трудом мог поверить, что она все-таки передумала, хотя… – Он усмехнулся, явно услышав какой-то комментарий от Виктории. – Да, Вики, таковы женщины! Либо ты их понимаешь, либо нет. Во всяком случае, мы поговорим с Уитни, думаю, нам придется съездить к адвокату и подписать несколько бумаг. После этого виноградники официально станут моими. Наконец-то.
Уитни трясущейся рукой оперлась о стену и слепо нашарила путь к главной входной двери, ничего не видя из-за застлавших глаза слез. Какой же Люк замечательный актер! Его представление сегодня утром, когда он заявил ей, что откажется, если она вздумает отписать ему поместье, целиком и полностью убедило ее в его искренности.
Да уж, женщин он понимает! Надо признать, что ему по силам очаровать птицу в небе… Но одна птичка больше неподвластна его чарам!
Уитни беззвучно отворила дверь и прокралась вверх по лестнице. В темноте она разделась и через несколько минут уже лежала, свернувшись под одеялом.
Ей показалось, что она слышала, как полчаса спустя Люк поднялся наверх, тихо постучал в ее дверь, позвал по имени.
Но, тихо и ровно дыша, она оставалась лежать, и через какое-то время в доме воцарилась полная тишина.
К ее замешательству, на следующее утро Люк не нарушил графика. Он принес ей кофе и к тому времени, когда она спустилась вниз, уже ушел на виноградник.
Люк не явился к обеду, но вообще-то он редко обедал вместе с ней. И все же если он собирался в город к адвокату, то почему не задержался и не дал ей возможности сказать то, что он от нее ожидал: «новость» о том, что она вопреки его протестам официально передала ему поместье? Или в его планы входило сыграть невинность с широко распахнутыми глазами, когда она ему признается? Да, от этого парня не знаешь чего ожидать!
Около пяти вечера она услышала, как его пикап грохочет по дороге к дому. Уитни находилась на заднем дворе с Троем и, когда двигатель умолк около подъезда, невольно задержала дыхание, подумав, что Люк станет ее искать.
Но он не стал.
Полчаса спустя, когда она возилась с маленькой цветочной клумбой, а Трой играл рядом в песочнице, ее сердце гулко ухнуло при звуке открываемой двери патио.
Представление начинается.
– Привет, – сказал Люк, шагая к ним по траве газона.
Стоя на коленях возле клумбы, Уитни выпрямилась и посмотрела на него. Он уже принял душ и переоделся в легкие брюки защитного цвета и желтую спортивную рубашку. Ее собственные брюки были перемазаны землей, а блузка промокла от пота под мышками и на спине. Но ее это не волновало. Это не тот мужчина, на которого стоит производить впечатление.
– Закончил на сегодня? – спокойно спросила она.
– Ага, вот решил отдохнуть немножко, – небрежно бросил он, но девушке показалось, что в его голосе проскользнула нотка подавляемого оживления… и что в его глазах появился странный блеск. Блеск, значения которого она не могла понять. От этого блеска ей стало как-то тревожно…
С радостным «па-па» Трой выкарабкался из песочницы, и Люк подхватил его и усадил к себе на плечи. Малыш вцепился в клок черных отцовских волос, а Люк со смехом подставил свою большую ладонь под его толстенькую попку. У Уитни комок встал в горле. Она попыталась его проглотить, но безуспешно.
– Когда будем ужинать? – спросил Люк.
– На ужин всего лишь салат с курицей, – сказала она. – Можем поесть в любое время.
– Давай тогда сейчас.
– Ладно. – Она подобрала с земли садовую лопатку и поднялась на ноги.
– Ты поздно вернулась домой вчера вечером, – сказал Люк, идя рядом с ней к дому. – Я не слышал, когда ты приехала.
– А ты ждал? – спросила Уитни с неподдельным интересом.
– Между прочим, да.
Они дошли до патио, и он открыл перед ней дверь.
– Я приехала в одиннадцать, но свет в доме не горел, и я прошла наверх тихо, стараясь никого не разбудить.
Она уловила запах его одеколона, и в ней всколыхнулись эротические воспоминания. Девушка безжалостно отогнала их.
– Я ждал здесь, в патио. – Люк зашел вслед за ней в дом и задвинул скользящую дверь.
– А-а. – Уитни двинулась к кухне. – Ты специально меня для чего-то дожидался?
– Вообще-то да…
Она так резко остановилась в дверях кухни и повернулась к нему, что он чуть не столкнулся с ней.
– Что-нибудь важное?
– Да. – Из его глаз исчез блеск, и в их синих глубинах появилось такое напряжение, что Уитни невольно содрогнулась.
– Насчет… чего?
– Насчет нас.
– Нас?
Трой стукнул отца по ушам маленькими сжатыми кулачками.
– Ох! – буркнул Люк. – Давай-ка мы тебя оттуда снимем. Пора серьезно заняться с тобой воспитанием… Извини, Уитни, я хочу сначала запереть его в стульчик!
Уитни обессилено прислонилась к стойке, пока Люк пристегивал Троя в высоком стульчике. Она не годится для этих игр… и у нее не хватает терпения! Ей хотелось завопить и приказать ему выложить все до конца, чтобы она с триумфом смогла заявить, что все знает и никогда в жизни не отдаст ему поместье. Но, видимо, вмешательство Троя сбило Люка с мысли.
Они сели за стол, и в течение всего ужина разговор между ними велся на обычные темы. Люк сказал, что появились первые маленькие виноградинки и похоже, что урожай осенью превзойдет их самые смелые ожидания.
– Есть основание радоваться, – отметила Уитни и спокойно посмотрела на Люка. Тот вежливо улыбнулся в ответ.
По окончании ужина Люк вынул Троя из стульчика, заявив, что сам уложит его спать.
– Давай для разнообразия выпьем кофе в библиотеке, – предложил он, выходя из кухни с сынишкой на руках. – Я недолго.
Вытирая стол, Уитни поймала свое отражение на поверхности хромированного чайника и раздраженно фыркнула. Волосы взлохмачены – слишком долго она носила в саду шляпку от солнца, – блузка помята, и нос блестит. Надо срочно сбегать освежиться и привести себя в порядок.
Она поджала губы. Ее цель – не соблазнить Люка, напомнила она себе мрачно. Ее цель – нокаут!
ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ
– Этот домик, что полагается тебе как помощнику управляющего на Полынных виноградниках, – он меблирован?
Она сумела задать вопрос совершенно спокойно, но с вихрем эмоций внутри. Они уже кончали пить кофе, но он все еще не пытался заговорить о проблеме завещания. И, наблюдая, как он удобно расположился в кожаном кресле возле окна с таким видом, будто все время на земле к его услугам, она почувствовала прилив раздражения – раздражения все возрастающего, так что ей ничего не оставалось, как либо задать наводящий вопрос, либо взорваться.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
