погружённая в какой-то чарующий сон, лежала она на его руках. Сергей тряс её, целовал – напрасно. Анна дышала, её лицо оставалось спокойным, как у крепко спящего человека, длинные ресницы отдыхали на бледных щеках.
Рассудив, что, скорее всего, это сон – странный, необыкновенно крепкий сон, явившийся порождением тех волнений, которые перенесла она за все эти месяцы и особенно за последние дни, - Сергей раздел её и уложил в постель. Он разжёг камин, потом, обхватив голову руками, сидел и смотрел на Анну. Она лежала такая близкая и … такая отрешённо чужая, словно спящая красавица из сказки. Но в сказке был известен рецепт пробуждения, у него же рецепта не было. Сергей подошёл к окну и, отдёрнув занавеску, посмотрел в чёрную пустоту. Даже свет звёзд не проникал сюда. Ещё днём небо обложили плотные тяжёлые тучи. Но дождь всё не шёл.
- Серёжа?.. – послышался слабый голос Анны.
- Да, да, сердечко моё! – он вмиг оказался возле неё и с улыбкой склонился к милому лицу. – Как же ты меня напугала! – сказал он с дрожью в голосе.
- Я… Тебя не было целую вечность, мне показалось, что здесь кто-то есть, - прошептала Анна и, откинув одеяло, села.
Тонкая рубашка не скрывала её хрупкие формы, обнажённые руки и плечи, гибкий стан, изящные, по-детски маленькие ступни казались выточенными резцом искусного скульптора, вершиной же всего этого великолепия были два волнующихся холмика на груди. Ослеплённый, Сергей видел только её и, не находя слов, смотрел благоговейно-восхищённым взглядом. Страсть всё больше овладевала им, но он боялся испугать Анну и поэтому действовал осторожно. Кроме того, ему самому нравилось то ощущение нежного восторга, которое охватило его при взгляде на фигуру, едва прикрытую полупрозрачной тканью на узких бретельках, и он боялся спугнуть это состояние, желая, чтобы оно длилось и длилось бесконечно.
Смутившись, она опустила голову.
- Я раздета! Это ты?.. - только теперь она заметила, что осталась в одной рубашке, покраснела и закрыла лицо руками.
- Да, я раздел тебя, - улыбаясь, кивнул Сергей и притянул её к себе. – Мне … я не знал, что можно сделать, ты была без чувств и ни на что не реагировала. Я чуть с ума не сошёл…
Её дрожь передалась и ему, но сдержав себя, он встал, снял рубашку и форменные брюки, оставшись в коротких исподних штанах, осторожно присел рядом с женой. Анну смутил его полуобнажённый вид, в смятении она отвернула пылающее лицо.
– Не надо стыдиться меня, - попросил Сергей и за подбородок повернул её лицо к себе, - мы обвенчаны…
Он улыбнулся и поцеловал её. Что-то новое уловила она в прикосновении его губ. Как и прежде, поцелуй был пленительно-нежным, но теперь - чуть более настойчивым и смелым. Такими же настойчивыми стали его руки. Весь мир исчез, были только эти руки, они скользили по ней, будя новые, доселе незнакомые чувства. Ей хотелось отдаться им, всецело подчиниться их воле. Но что-то внутри её самой еще удерживало, хотя сопротивляться с каждым мгновением было всё труднее. И прежде чем окончательно сдаться, Анна, закрыв ладонью его глаза, чуть слышно, запнувшись, призналась:
- Мне…страшно, я … боюсь…
- Моё сердечко…, - так же тихо прошептал Сергей, улыбаясь, -- ничего не бойся,… доверься мне, любимая, - он осторожно взял её руку, прикрывавшую его глаза, и поцеловал в ладонь.
Этот привычный жест, такой знакомый, к которому он прибегал каждый день сотни раз, сейчас почему-то взволновал Анну, словно какой-то вихрь подхватил, закружил и понёс в манящую глубину. Она почувствовала, как он распустил её волосы, и они хлынули по плечам тёплыми волнами. Вдруг это тепло затопило всё её существо, сердце то падало, то взлетало, как на качелях, хотелось плакать и смеяться одновременно. Широко открыв изумлённые глаза, она посмотрела на Сергея, возникло желание рассказать ему, что с ней происходит, но лишь что-то похожее на слабый стон выпорхнуло из её губ. Время перестало существовать. Вокруг был только он, касание его рук, его обжигающие поцелуи, осыпающие её тело.
Внезапно точно молния прошла сквозь неё, заставив вскрикнуть и задрожать всем существом. Глаза Сергея, тёмно-синие, как море в шторм, приблизились настолько, что заслонили собой всё. Впервые она увидела его глаза такими, мягкий их свет изливался на неё с неистовой любовью, и от этого ей вновь захотелось плакать. Слёзы покатились по её щекам. «Любимый!», - выдохнула Анна и покорно замерла у его груди.
Некоторое время он, молча улыбаясь, смотрел на неё. Лицо Анны порозовело. По нему блуждала странно-мечтательная улыбка, огромные глаза манили Сергея тем мягким сиянием, которое дарит звёздная летняя ночь, пробуждая нежные желания. И его глаза откликались ответным мерцанием, льющимся, словно из глубин моря. Два луча, встречаясь, сплетались воедино, и казалось, весь мир вокруг наполнялся ими.
Потом, не выпуская жену из своих объятий, Сергей тихо сказал:
- Теперь мы всегда будем вместе…, - осторожно, лаская, провёл пальцем по её губам и спросил шёпотом, наклонившись к самому её уху: - Тебе… не больно?
Этот его прямой вопрос смутил Анну, и она, ничего не ответив, только покачав головой, уткнулась ему в плечо.
За окном послышался шелест дождя, тихого и по-осеннему затяжного. Сергею вспомнилось, как в такое же ненастье он уезжал в столицу с тяжёлым сердцем, оставляя в имении тётки частицу своего существа. Тогда он даже представить не мог, что судьба подарит ему такое счастье. С улыбкой он взглянул на жену, она тихо спала у его плеча, подложив под щёку его ладонь.
_______________________________________
* Стиль «жакоб» - в конце XVIII – в начале XIX века стиль мебели из красного дерева и полос латуни, назван по имени французского мебельщика Жакоб-Демальте, сына Жоржа Жакоба. Мебель подобного стиля в России повторялась крепостными мастерами в течение нескольких десятков лет.** Аналой - высокий, с наклонной поверхностью столик, на который во время богослужения кладутся церковные книги, иконы и т.п. Круг, который молодожены трижды совершают вокруг аналоя, символизирует вечное шествие, которое началось для них в этот день.*** Штоф – очень плотная шёлковая ткань различных переплетений, вышла из моды в начале XIX века._________________
ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ
Часть I. Глава 16
Иллюстрация автора
РОССИЯ. САНКТ-ПЕТЕРБУРГ
Чедвик уже в который раз изучал письмо князя. Да уж, задача была всё равно, что отыскать иголку в стоге сена – вспомнилась ему русская
