Читаем без скачивания Экскурсант - Константин Хвостополосатов

— Не Саныч, не вариант, — сказал я. — А вот про «вертеть» идея хорошая. Если рассматривать вот эти элементы узора, как направляющие, то по ним кусок ящика вполне можно свернуть. Тащим второго киборга.

Попробовали, не пошел. А вот когда утопили и сдвинули сам лючок, он скользнул в нижней точке в боковой паз, открывая часть ниши под собой. В нише из такого же, как ящик, материала находилось одинокое треугольное углубление.

— Во, блин, туда что, треугольные пятаки кидать нужно? — сказал Саныч. — Это что, лохотронный аппарат нам подсунули?

— Саныч, либо это дырка для ключа, либо одно из двух, — сказал я. — Давай внутри дырку осмотрим.

Киборг ввел в дырку щуп, если это и была дырка, то для какого-то электронного ключа. На торцах граней треугольника было несколько прозрачных окошек, похожих на кварц.

— Так, это по моей части, — сказала Светлана. — Взлом простейших систем безопасности — первое хобби МИ.

Около получаса мы с Санычем тупо наблюдали, как киборг под руководством Светланы совал в дырку для треугольных пятаков различного вида щупы, линзы и контакторные группы. Потом мы, плюнув на это дело, включились в симулятор боя на «Ботанике» с тремя штурмовиками вольдов. Светлана справилась часа за два. Труднее всего было определить, чем вводится кодировка. Оказалось, что за безопасность ящика отвечали банальные ультрафиолетовые сенсоры. Подать на них сигнал нужно было в определенные места с определенной частотой вспышек. После этого открылся лючок в торце, за которым оказалась большая контактная шина с множеством прозрачных окошек и пазов для подсоединения каких-то устройств.

— Ну, это вообще финиш, — сказал Саныч. — Если с треугольной дыркой возились два часа, то тут на год работы.

— Проверим, — отозвалась Светлана. — Может оказаться не так уж и трудно. Нужен четкий канал.

Наша домомучительница выгнала на работу еще одного киборга. Все три киборга объединились какими-то шинами-хвостиками в одно целое и вытянули к устройству массу щупов-прутиков. В результате, все окошки через киборгов оказались подключены к МИ «Ботаника». Мы уже было собрались продолжить наш виртуальный бой, как Светлана сказала: «Готово к активации». Предвкушая тайну, группа энтузиастов-кладоискателей обратилась в зрение.

— Контакторная группа, судя по всему, предназначена для управления устройством, — начала Светлана. — Что это за устройство я пока определенно сказать не могу. Что-то очень похожее на медицинский блок со странной системой настройки, как будто не лечить предназначено, а конструировать что-то, возможно живое. Управляющие сигналы простые, не защищены никакими кодами. Все на световом проводнике. Сигнал активации устройства я подобрала сразу. Не могу сказать того же и об остальном устройстве, находящемся внутри контейнера. В находящееся там устройство, возможно, вставлены зачатки МИ, пока не активного.

— Светик, ты хоть резинку надень какую-нибудь, — съехидничал Саныч. — А то мало ли чего… Подхватишь какую модную болезнь.

— Саныч, ты опять за свое, — ответил я. — Вроде дело серьезное!

— Предупреждение не лишнее, — сказала Светлана. — Я объединила киборгов в общую систему, внеся в нее примитивнейший МИ, полностью подконтрольный мне. В случае проблем, удар примет он, а я смогу либо включиться в борьбу, либо просто отбросить его поддержку, после этого МИ активирует программу собственного коллапса.

— Тогда поехали! — хмыкнул Саныч. — Где наши пиастры!

— А если там кто-то живой? — пришла мне в голову мысль. — Угробим же долгожителя.

— На борт не пущу, — отрезала Светлана. — Да и нет данных по возможной атмосфере. Так что лучше быстро закроем, когда убедимся, что внутри ничего опасного для корабля.

Корабельная вредина подала сигнал. Обшивка контейнера треснула, выйдя из небольших пазов в стороны, и ящик визуально разделился на три части. В пазы вылетели небольшие облачка какого-то газа и капли жидкостей. Крайние части повернулись на 90 градусов вокруг оси. Части встали в старые пазы и контейнер начал раскрываться как чемоданчик механика, отъезжая ярусами пирамиды наверх и наружу. Во время данных манипуляций киборги оставались на месте. Часть, в которой находилась контактная группа, осталась неподвижной на оси контейнера с небольшим кусочком боковой стенки. Контейнер открылся так, что верх пирамидки, то есть дно было к нам, а открытая часть от нас.

— Светик, разворачивай киборгов, — нетерпеливо шептал Саныч. — Чего они возятся.

— Проверяю, нет ли вторжения, — отозвалась Светлана. — Все чисто.

Контейнер развернулся к нам открытой частью.

— Что это? Кто это? Как это? — спросил Саныч.

— Это живое или нет? — спросил я.

В контейнере, как в упаковочной коробке покоилось нечто серебристого цвета, поверхность отражала как зеркало, по которому пробегали золотистые блики. Нечто походило на веретено, от которого в разные стороны отходили тонкие ниточки-отростки, тянущиеся в расположенную ниже каплю такого же цвета и консистенции.

— Может оно сдохло от разгерметизации? — спросил Саныч.

— Это не совсем живое, но и не мертвое, — сказала Светлана. — У меня нет информации, что это такое. Но биосканер теперь показывает наличие органики в данном образовании. Структура данного предмета находится в постоянном перетекании из состояния в состояние. Я бы даже сказала, что перетекание идет от живого в неживое и обратно. Если это и симбионт, то он на несколько порядков превосходит наши возможности. Наши симбионты могут осуществлять в некоторых пределах преобразование своей структуры в одну или другую сторону. Но такое смещение может быть осуществлено максимум процентов на десять-пятнадцать.

— А чего там тогда вылетело при открытии? — вставил свои пять копеек Саныч. — Был ведь какой-то воздух или вода. Значит, оно им дышало.

— В контейнере была только остаточная атмосфера и, видимо, какой-то герметизирующий состав, — пояснила Светлана. — Упаковывали это чудо, скорее всего, на какой-то планете с атмосферой. Эта штука в атмосфере не нуждается, по крайней мере, находясь в таком состоянии.

— А ты говорила про дохлую технологию, — отозвался Саныч.

— Технология контейнера на много порядков ниже содержимого, — сказала Светлана. — Тем не менее, контейнер явно предназначен для сохранения и управления или перенастройки именно этого содержимого.

— Ты не пробовала подключиться к контрольной панели контейнера и поманипулировать этим, — спросил я.

— Система не сложная, — ответила Светлана. — Тем не менее, там определенно есть какой-то МИ. Что произойдет при его пробуждении, я не могу сказать.

— Ну, если и пробовать, то, как раз там, — сказал я. — Теперь я вижу, что ты не оставишь эту штуку тут без дела. Мы ее должны изучить.

— Да это так, — сказала Светлана. — Но делать это лучше в специальной лаборатории.

— Светлана, ты видишь, что осталось от исследовательской базы, — сказал я. — Не факт, что будет кому делать эти эксперименты на военной базе. Мы же разведывательно-научный комплекс все-таки. Давай попробуй подключиться и хотя бы узнать, что там вообще за фарш в мозгах этого ящика.

— Ладно, — согласилась Светлана. — Даю запросы на цепи обслуживания.

Секунд двадцать все оставалось тихо и совершенно неинтересно, Светлана выдавала информацию о назначении каких-то цепей, пробовала их активировать, пока не рискнула активировать сам МИ ящика. После активации МИ началось кое-что интересное.

— МИ активирован, просыпается… — проинформировала Светлана. — Тут какая-то система защиты от пробуждения. МИ пробудился, но доступ блокирован системой безопасности контейнера. Система безопасности не отвечает, не принимает каких-либо кодов, ведет себя просто как барьер.

— Что за фигня, — сказал Саныч. — Они что сами от себя защитились? Дают сами себе по рукам после включения ящика.

И тут наше веретено стало вбирать в себя расположенную внизу каплю, становясь идеально ровным цилиндром.

— Система защиты начала проникновение в МИ киборгов, — спокойно констатировала Светлана. — Уровень слабый, блокирую легко, не прибегая к дополнительным мощностям. Попытки закончились, пользуясь случаем, пробую преодолеть систему защиты. Пробита. МИ уже полностью проснулся. Для контакта придется увеличить свое присутствие в системе МИ киборгов.

— А риска нет? — спросил Саныч. — Что-то мне тут не очень нравится в этом салате из трески.

— При увеличении потока информации система защиты начинает паниковать, — сказала Светлана. — Ломаю дальше, нужен нормальный канал, в проломленную дырочку я вижу только наличие МИ. Судя по всему, он не враждебен, по крайней мере, не вижу с его стороны попыток взломать нашу систему защиты.