Меня выбросило на поверхность с тянущей усталостью во всём теле. Нарейса облегчённо вздохнула и расцепила объятия.
— Как ты это сделал? Так вдруг стало хорошо. — она потянулась всем телом, довольно улыбаясь. — Могу лечь спать, но не хочу. Найди мне занятие.
Да, шутливо надутые губки на лице хищника — это что‑то с чем‑то.
— Не переживай, будет тебе занятие на всю ночь, — я показал на компьютер. — У вас были такие устройства?
— Терет? Для просмотра…живых картинок?
— Не только. Все эти…тереты объединены в общую сеть по всему миру. С их помощью можно смотреть, читать, слушать музыку, общаться друг с другом и ещё выполнять кучу всяких дел.
— Как интересно. Я хочу это попробовать.
Она со жгучим любопытством смотрела как я священнодействую с компьютером. Написал на бумажке самые распространённые слова для поисковика ютьюба и показал, как работать с клавиатурой. Подключил наушники, настроил громкость и пожелал счастливой ночи.
Жена посмотрела на меня, и стараясь придать шутливости в голос, с укоризной произнесла:
— Сергей Сергеевич, вы заставляете жену волноваться и ревновать.
— Извини, Веруш, но ей было плохо. Вам людям — не понять.
— А ты, выходит, тоже не людь? — она взъерошила мне волосы, провела пальцами по руке, от плеча до кончиков когтей, и заплакала.
— Брось, Вер, внутренне я весь твой.
— А внешне её, да? — стукнула кулаком по моей груди и зашмыгала носом. — Вон какие вы каменные. Два сапога — парочка, демон и демонярочка.
— Ну, неправильно выразился, не убивать же меня за…постой — постой, ты её щупала что‑ли?
— Так, потрогала чуть — чуть, когда лифчик подбирали, — жена смущённо отвела глаза.
— Вот ты мать даёшь, — я рассмеялся, хлопнув рукой по коленке. — Слушай, а я ведь тебе подарок привёз из тридесятых стран, сейчас принесу.
— Ах ты…Мирошников, вечно самое приятное напоследок припасаешь.
Я убавил свет у настенной лампы и только тогда разрешил жене открыть коробочку. Она ахнула, когда увидела камни в серёжках и колечке. Они стали практически чёрными и в глубине кружился искристый снег, вызывая желание смотреть не отрываясь.
— Мне их отдали по причине трудностей с подбором платья.
— Не может быть! — изумлённая Вера покрутила драгоценности в руках, — Это такое чудо…такое…у меня просто слов нет. И вот это за мешок канцтоваров?
— Там совсем другой мир и другое время. Я, кстати, обещал немного всяких туалетных премудростей — кремы, мази и прочее.
— Это не проблема, я с коллегой поговорю, она нашей косметикой приторговывает, дешевле чем в магазине. А всё‑таки какая красота, — она ещё раз посмотрела на подарок и вздохнула. — За такое и жизни лишат не задумываясь. Спрячу‑ка я это куда подальше. И это…иди, проверь свою демоницу, может ей опять плохо.
— Вера.
— Да иди уже, а то спать хочется. Это вам, пенсионерам, валяйся не хочу.
Я прокрался через зал, забрал у спящего сына планшет и положил на стул. Нарейса сидела с широко открытыми глазами, когти глубоко впились в подлокотники офисного кресла, а на экране развивалась эпическая битва двух терминаторов.
Глава 16. Всякая всячина
— Нарейса? Нарейса? Ты зачем всю ночь сидела?
— Что? — красные глаза непонимающе блуждали взглядом.
— Я спрашиваю — зачем нужно было всю ночь пялиться в экран?
— Это всё так интересно, а иногда просто жуть брала, — она потёрла усталое лицо и зевнула.
— Ну да, осталось только посмотреть на себя в зеркало. Вылезай из кресла и быстренько спать.
Бормоча что‑то невразумительное, она доплелась до кровати и рухнула поперёк. Пришлось поднимать бездыханное тело, одной рукой расправлять одеяло и затем укладывать по — человечески. Пока Нарейса спит, решил прогуляться до ближайшего фотоателье, надо же посмотреть качество отснятых кадров. Ребята в сервисе только развели руками — все пользуются цифровыми камерами с флешками, однако припомнили, что на другом конце города есть лаборатория по работе с плёнками. Я уже пожалел, что не взял машину — пришлось пилить на двух марщрутках, но адрес оказался верным. Приёмщик предложил переждать минут сорок и всё будет готово. Погода не располагала к прогулкам даже и в половину отведённого времени, но тут на глаза попался маленький магазинчик с интригующим названием 'Всякая всячина'. И правда, чего в нём только не было — начиная от карандашей и до бэушных сотовых телефонов. У дверей маячил тип, помятой наружности, с пластиковым пакетом в руках.
— Мужик, купи часы по дешёвке, на маршрутку не хватает.
— Васька, иди отсюда, тебе каждый день не хватает, — приветливая улыбка продавщицы сменилась сердитым взглядом.
— Мужик, за две сотни отдам. Хорошие часы, механические, — канючил тот, не обращая внимания на женщину.
— Показывай, — я протянул руку, зацепившись мыслью за песочные часы.
— Ага, сейчас, — жёлтыми, прокуренными пальцами он торопливо вытащил коробку.
Я снял крышку и чуть было не сказал 'Ого!' при виде совершенно нового, слегка потускневшего от времени, советского круглого будильника 'Янтарь' с механической заводкой. Просто отличнейшая вещь для товарища Деранго. Со скучающим видом покрутил механизм, потряс возле уха:
— Работают?
— Конечно, недавно проверял.
— Сто.
— Держи, — он сунул мне упаковку, выхватил из пальцев купюру и испарился, оставив едкий запах палёнки вперемежку с луком.
— Вот зараза, так и крутится здесь, алкашня проклятая. Теперь проветривать придётся, — женщина сердито прошла к двери. — Вы что‑то купить хотите?
— Пока нет. Надо посмотреть, что у вас имеется.
— У нас есть всё — она прорекламировала свой бизнес и вернулась за прилавок. — Я раньше работала товароведом, знакомств много осталось и иногда предлагают вещи советского производства. На складах много чего ещё осталось. Вот недавно, целую коробку комсомольских значков привезли.
Я слушал неспешную болтовню пожилой женщины и рассматривал стеллажи. Всякой всячины тут действительно было полно. Глаз зацепился за коробочку с изображением перьев:
— А это у вас что?
— Перья ученические. Лежат давно, я уже думала выбросить, да жалко, может кому и надо.
— Правильно думали, я куплю.
— Ой, а может вы всю партию возьмёте, совсем недорого? — она сходила в подсобку и вынесла запылённую коробку из под обуви. — Держите, здесь три непроливайки, упаковка ручек и перья — всего 650.
Дороговато для бросового материала и сомнение на моём лице, как потенциального покупателя, вынудило торговую душу убавить цену до пятисот рублей с бесплатным пакетом. Я поблагодарил продавщицу и вышел на промозглую улицу — пора узнать результат в фотоателье.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
