Неожиданное наступление застало сэра Джоса врасплох. Он даже покраснел.
– Судьба госпожи дю Омэ меня не касается.
– Разве? Судя по тому, как вы на нее пялились минуту назад, смею утверждать, что это не так.
– Наконец-то мы добрались до сути, верно? – Сэр Джос понизил голос. – Я нарушил границы и слишком близко подошел к девушке, которую вы приберегали для себя? Если так, не волнуйтесь. У меня нет амбициозных планов насчет нее.
– Нет амбициозных планов? – с презрением переспросил Адельм, намереваясь вывести противника из себя. Он должен найти у рыцаря слабое место. Узнать его истинные мысли. – Но минуту назад я прочел на вашем лице отнюдь не безобидный интерес. Будь я опекуном госпожи дю Омэ, поинтересовался бы вашими намерениями относительно нее. Предупреждаю, держите свои чувства под контролем.
Рыцарь пришел в замешательство. Адельм торжествовал. Наконец-то он нащупал брешь в броне противника. По иронии судьбы тому приглянулась Элиан.
Не дав противнику возможности ответить, Адельм торопливо кивнул и зашагал прочь из зала Конитропа. Но тепло успеха согревало его лишь до момента, когда Уилл, подведя лошадь, протянул ему поводья. Вскочив в седло, Адельм вновь ощутил за спиной дыхание смерти.
А чего он хочет? Ведь руки у него в крови. И чтобы спасти свою шкуру, он решил использовать сестру.
Это было предательством с его стороны. Элиан так любила его, так уважала. Вдруг он подумал о том, что рано или поздно все равно заплатит собственной жизнью за убийство аристократов. Это лишь вопрос времени. Как ни странно, эта мысль успокоила его, принесла облегчение. Он повернул лошадь, в этот момент из амбара вышла Элиан с инструментами для подрезания деревьев и весело помахала ему рукой. Адельм с трудом сдержал вздох. Если бы своей кончиной он мог спасти сестру от ужасного будущего...
Глава 15
Держать чувства под контролем? Слова сэра Адельма, брошенные ему вчера, подняли Джоса с постели, и теперь он осторожно пробирался по залу, погруженному в предрассветную мглу. Он шел босиком, держа обувь в руке, практически раздетый, если не считать рубахи, достигавшей бедер. Остальную одежду он нес, перекинув через плечо. Мучившая его той ночью бессонница и без того потревожила покой многих людей, так что оденется он позже, когда достигнет места, куда направлялся.
У ширмы путь Джосу преградил спящий управляющий Ричард, закутанный в одеяло. Перешагнув через него, Джос свернул за деревянную панель и остановился у двери, собираясь поднять щеколду. Раздался слабый скрип, и дверь отворилась. Джос бросил взгляд на Ричарда, вернее, ту часть его тела, что выступала из-за ширмы. Человек, в чьи обязанности входило охранять господский дом, захрапел и перевернулся на другой бок. Охрана Конитропа оставляла желать лучшего.
Прикрыв за собой дверь, Джос надел обувь и стал спускаться с крыльца. В его ушах все еще звучало предупреждение сэра Адельма. Держать чувства под контролем.
Интересно, что рыцарь имел в виду? Это Элиан в него влюбилась, а не он в нее. Да, но если бы это было так, то слова сэра Адельма не лишили бы его этой ночью сна. Ведь именно бессонница мучила сэра Джоса, вернее, то, что послужило ее причиной.
Очутившись во дворе, он направился в садик Элиан, самый отдаленный уголок имения, где он мог уединиться в этот ночной час. Если бы подоспело время заутрени, церковной службы, начинавшейся на рассвете и знаменовавшей открытие городских ворот, он бы поскакал в Набуэлл, но сейчас Джос даже не мог оседлать лошадь. Уилл и его братья спали в конюшне, хотя им полагалось сторожить своих пасущихся на выгуле четвероногих подопечных. Если Джос потревожит их покой, они, несомненно, поднимут на нога-мать. Проснется Агги – проснется и Элиан, а сейчас ему совсем не хотелось с ней встречаться.
Поразмыслив, Джос тем не менее повернул голову в сторону кухни, где отдыхала Элиан. Он попросил Беатрис позволить Элиан оставаться в доме под их защитой, но мачеха наотрез отказалась впускать дочь своего врага в спальню. Таким образом, Элиан вынуждена была спать с прислугой за пределами дома.
Обычно солдаты и слуги-мужчины из свиты гостей ночевали в дворовых постройках, в то время как дом, запертый на крепкие засовы, оставался в распоряжении женщин. Однако в амбарах и сараях Конитропа не хватило бы места для охраны, сопровождавшей благородную вдову Хейдона. Поэтому жене Ричарда с дочерьми пришлось ночевать на кухне, прихватив с собой и Элиан.
Несмотря на поздний час, кухонная дверь была распахнута. Джос насторожился. Разве могли беззащитные женщины оставить ее открытой? Проходя мимо, он разглядел за дверью тусклые отсветы пламени. Вероятно, этот слабый огонек за хлипкими кухонными стенами создавал женщинам видимость уюта и надежности.
Миновав кухню, Джос обошел стороной грядки с овощами и двинулся через овечий выгон к калитке, ведущей в сад Элиан. Подняв щеколду! он толкнул калитку, ожидая ощутить сопротивление, но та с легкостью распахнулась. Вероятно, накануне вечером Элиан вернулась, чтобы убрать остатки рухнувшей беседки. Воспоминания о поломанных розах вызвали в его памяти ее ладони, прикоснувшиеся к нему в мольбе пощадить ее дорогие растения. Ее прикосновение спровоцировало в нем ощущения, лишенные какой бы то ни было потаенной двусмысленности.
В нем вновь встрепенулось желание. И вспыхнул гнев, вызванный словами Адельма: «Держи чувства под контролем».
Оставив калитку открытой, Джос пересек травяной ковер, отделявший его от скамейки. Бросив одежду на сиденье, он рухнул рядом и скинул обувь, готовясь одеться. Да кто такой этот сэр Адельм, чтобы совать нос в его дела?
Кто-то, кто достаточно близко знал Элиан, чтобы говорить о ней как дядя или брат. Джос прищурился. Не важно, кем считал себя сэр Адельм по отношению к Элиан, он был не прав. Никто ничего не мог прочитать по его лицу. Джос не был влюблен в дочь шерифа. Во всяком случае, до того момента, как этот проклятый рыцарь заронил в его душу зерно сомнения.
Под влиянием слов сэра Адельма Джос всю ночь заново переживал каждую встречу с Элиан. Снова и снова он шел с ней через монастырский двор, радуясь странной близости, когда шагал рядом с ней нога в ногу. Затем он вспомнил Элиан стоящей перед руинами ее беседки с соломенным тюфяком в руках.
Джос закрыл глаза и выдохнул воздух в надежде побороть предвкушение предполагаемого наслаждения. Боже, как хорошо было бы вдвоем на этом матрасе!
В который раз за эту ночь воображение перенесло его в уединенное место на пруду, всколыхнув в памяти незабываемые ощущения. Разрастаясь и ширясь, воспоминания в конце концов заполонили собой все, заставив его возжелать Элиан каждой клеточкой своего существа. Помилуй Господи его душу, но он жаждал снова очутиться с ней в воде и заняться любовью.
