class="p">Кеке ждет ее в гостиной.
— Не смотри на меня так, — говорит Кейт.
— Никак я на тебя не смотрю.
— Сегодня он ушел с той женщиной, сама знаешь. По своей воле. Несмотря на то, что я говорила им, что нельзя этого делать.
— Знаю. Я слышала, что ты им говорила.
— Я вбивала им это в голову! Это самое важное правило!
— Знаю, — соглашается Кеке.
Реальная или воображаемая угроза похищения близнецов проскакивает — по большей части будучи неозвученной — в общении друзей на каждом шагу, так что Марко научил детей взламывать беспилотные такси. Они сами могут поймать попутку, где угодно, без кредитки или кодов взрослого. Сет показал им несколько приемов самообороны, Кеке научила их кричать. Кейт говорила им, раз за разом, никогда не уходить с теми, кого они не знают.
— Еб*нный пи*дец, — ругается она, прижимая трясущуюся руку ко лбу.
— Это была не твоя вина.
— Мэлли держал ее за руку и шел рядом. Она могла убить его!
— Она бы его убила. Или отвела бы к тому, кто убил.
— Она бы сделала это сама. Я видела это по ее глазам.
— Мы защитим их, — говорит Кеке, притягивая Кейт в объятье. — Не переживай.
Кейт вдыхает ее запах, муската и кожи, ее успокаивает этот знакомый запах.
— Ты не можешь защитить их, — произносит Солан за их спиной.
Эксперт присоединяется к разговору.
— Конечно же, мы можем. Мы лучшая охранная компания в стране. Вы это знаете, — говорит он Солан, — мы охраняем всех випов в стране. Президента, министров, даже Люминарию.
— Вы что-то знаете о Люмине? — спрашивает Кеке. — Зачем Мейстеру Люмину нужна защита?
Мужчина пожимает плечами.
— Он важная шишка. У него есть свои взгляды. А этот мир опасен.
— Господи Боже, — произносит Кеке. — Да что вы.
— Почему вы это говорите? — спрашивает Кейт матриарха. — Почему вы говорите, что мы не можем защитить Мэлли?
— Потому что по мнению «Воскресителей», единственное, что стоит между ними и концом света — ваш мальчик.
— Вы же не серьезно, — говорит эксперт.
— Сколько их? — спрашивает она мужчину. — Сколько «Воскресителей»?
— Пятьдесят? — предполагает он. — Сотня. О которых нам известно.
— Армия из сотни религиозных фундаменталистов с промытыми мозгами хочет, чтобы твой ребенок погиб. Насколько им известно, у них есть двадцать четыре часа, чтобы остановить апокалипсис. Как ты собираешься его защитить?
— У н-нас есть охрана, — запинаясь, произносит Кейт. — У входной двери.
— У тебя два охранника у входной двери. Серьезно? Ты и правда сможешь уснуть сегодня ночью, потому что двое мужчин стоят на страже, а сюда направляются две сотни убийц.
— Я не говорила, что собираюсь спать, — произносит обеспокоенная мать.
Она уверена, что больше никогда не сможет уснуть.
Глава 36
Вой вдалеке
Марко сидит в своем темном офисе. Все его оборудование отключено. Если бы не его глазной имплантат, он бы полностью оказался отрезан от мира. Парень откручивает крышку с бутылки с физраствором и закапывает несколько капель себе в глаз. Не то чтобы это было очень нужно, просто ему нужно чем-то занять себя. Он постукивает по поверхности стола. Играет на воображаемом пианино. Может быть, ему стоит включить свет. Или отодвинуть шторы. Кто знает, что за ними: их не открывали много лет. Может, там огромное окно, из которого открывается вид на сад позади. Или кирпичная стена, исписанная каракулями сумасшедшего, а то и гениальный шедевр. Вдруг там рисунок, не стоящий ничего, или бесценная картина. Мужчина сидит неподвижно, потерянный в мыслях. И не открывает штор.
В задней части дома раздаются мягкие шаги. Наконец-то пришла Кеке. Он скучал по ней последние несколько недель. Они оба были очень заняты. Марко воспринимает ее как должное, поэтому решает сделать для нее что-нибудь приятное. Сводить на ужин или еще куда. Может, они даже смогут отправиться на прогулку — ей это понравится. Для него это тоже будет полезно. Немного естественного света, физической нагрузки. Он чувствует, что из-за всех этих выключенных машинах в каком-то смысле пробуждается. Моргает в темноте, сопротивляется побуждению включить свои линзы. Пальцы нависают над кнопкой включения его старого «СнэпТайл». Еще шаги. Почему она еще не вошла?
— Кеке? — Марко откидывается в своем кресле. — Я здесь!
Глупо говорить это — в самом-то деле, где еще ему быть? Может, ему стоит встать и переодеться, а потом пойти ее встретить. Это было бы неплохо — лучше, чем сидеть здесь и невнятно бурчать ей что-то испачканными пончиками губами, когда она войдет.
— Кекс?
Он встает, а затем застывает посередине комнаты. Слышит собственное дыхание. Ритм кажется более быстрым, чем обычно. Марко представляет себе хакпаука в своей голове, путающего мысли и нацелившегося погрузить зубы в его мозги. Парень пытается успокоиться. Вытирает пот над верхней губой. Они не могли его найти. Его цифровой след ведет к восьмидесяти трем различным местоположениям по всему миру, а только потом возвращается сюда. Даже если у них есть возможности найти его, это займет недели.
Недели же?
У входа в комнату какое-то движение. Он прищуривается в неясном свете. От следующего, услышанного им звука, его прошибает холодный пот. Безошибочно узнаваемый звук, знакомый любому опытному геймеру. Звук извлекаемого из ножен клинка.
Он ныряет под стол. Ему нечем защитить себя. Закрывает глаза и произносит тихую молитву Хеди Ламарр, а затем нажимает кнопку службы спасения, которая автоматически вызывает полицию и «амбудрон». Его линзы отправляют детали и местоположение в соответствующие департаменты. У него подскакивает кровяное давление, отчего его пэтч принимается издавать обеспокоенный писк. Внешне этот писк не слышен, но мешает ему услышать передвижения нарушителя. Он пытается поставить эту функцию на беззвучный режим, но по умолчанию настройки для предупреждений о жизненных показателях не могут быть отключены.
Предупреждающие сигналы становятся громче, когда его пульс ускоряется. Он срывает с себя пэтч, вместе с частью кожи, и подавляет крик боли. Наконец без пищащего устройства он замечает нарушителя, который крадется по комнате. Марко задерживает дыхание, когда черные ботинки проходят прямо рядом с его лицом. Каковы шансы, что тот не услышал, как Марко подал голос, как идиот, когда тот только вошел? Каковы шансы, что тот просто осматривается и не заметит Марко под столом? Его сердце безумно грохочет в груди. Так громко, что мужчине кажется, будто стук разносится по всему помещению. Как этот человек может этого не слышать? Но, когда ботинки достигают другого конца комнаты, они разворачиваются в его направлении. Он видит силуэт, фигуру и красивый меч, привычно свисающий сбоку, но не может различить лица. Фигура человека не особенно мускулиста. Невысокий, атлетичный. Кто бы ни
