– Прям как в 'Альтернативе'… – играючи развалив оба корабля, хмыкнула Линда. – Даже как-то не интересно… О-о-о!!! А вот и остальные пожаловали… – заметив метки идущей на нас эскадры, захихикала она… – Ви-и-ик! Я хочу в 'Тума-а-ан'!!!
…Судя по скорости перестроения из атакующего ордера в защитный, все время между нашими появлениями в системе Циклопы занимались тренировками. И неплохо преуспели в отработке именно этого маневра. Впрочем, для 'Елочки' из восемнадцати машин с Иришкой на щитах и Линдой на оружии нырки в 'Туман' по результативности ненамного отличались от пролета сквозь атакующий ордер. Во-первых, строй Циклопов сохранял порядок только до сброса нами первой кассеты МОВ-ов, после чего в программе визуализации мгновенно появлялись огромные лакуны. Во-вторых, 'Мурены' и 'Москиты', сброшенные Линдой чуть раньше, чем надо или с небольшой задержкой, рвали Циклопов до, после или во время взрывов сброшенных ею минных полей. В-третьих, периодический увод 'Кречетов' в мерцание очень неплохо экономил эмиттеры. Поэтому балласт – пилоты пятнадцати кораблей-статистов, наблюдающие за работой моего звена, – обычно тихо повизгивал от восторга. Разрывая эфир восторженными воплями радости лишь после особо удачных (с их точки зрения) маневров.
Нельзя сказать, что Циклопы не пытались сопротивляться – одновременные залпы сотен торпед; попытки вывесить минные поля по вероятным векторам наших атак, просчитанным их искинами; самоубийственные броски самых настоящих 'смертников' – в ход шло все, что можно для того, чтобы проредить наше небольшое, но ужасно хвойное дерево. Однако среди всего многообразия используемых ими тактических приемов и средств не было того единственного, которого я действительно побаивался – попытки атаковать нас корветами. Трудно сказать, почему, но, даже видя чудовищные потери эскадры, ни один из их асов ни разу не попытался выйти из атмосферы…
– Тридцать семь процентов… – голос Иришки, раздавшийся в общем канале, заставил меня на мгновение отвлечься от пилотирования и кинуть взгляд на экран состояния эмиттеров защитного поля. Несмотря на постоянные попытки вражеских кораблей уйти от взрывов МОВ-ов, наше мерцание и траектории, по которым я вел свои 'Кречеты', операторы ГПИ Циклопов иногда умудрялись нас задевать.
– Понял. Уходим… – выдохнул я. И, напоследок подставив Линде двойку неудачно сманеврировавших истребителей, вывел 'Елочку' из 'Тумана'.
– Прыгаем к Кройсу… – переключившись на общий канал, скомандовал я. – Во время разгона активируйте ремонтных роботов…
– Ну, наконец-то… – пробормотал Герман Лутц, командир взвода ДШВ. – Что, нам можно настраиваться на работу?
– Угу… – ответил я. – Но, прежде чем начать, рекомендую поспать хотя бы часа два-три…
– Обязательно, босс… – буркнул он. – Впрочем, большинство из нас, наверное, уже выспались…
– Точно… Не знаю, как остальные, а я почти весь бой провел без сознания… – прохрипел Эрнест Фогг, один из лучших бойцов Отсева. – Не понимаю, как вы выдерживаете эти чертовы перегрузки…
– А что, есть варианты? – захихикала Ленка Бардина. – Думаешь, зачем Викки таскает нас с собой? Ведь он, Орлова и Горобец в три 'Кречета' нефиг делать вынесут пару сотен Циклопов…
– Ну и зачем? – вместо Эрнеста поинтересовалась Иришка.
– Из врожденного чувства вредности… И чтобы мы не разжирели от безделья…
– Мда… Жирный Демон – это нечто… – представив себе разъевшегося Гельмута, я не удержался от смеха…
…Увидев метки наших 'Кречетов', четыре с половиной десятка вражеских кораблей, отрабатывавших какие-то перестроения неподалеку от Кройса, мигом забыли про тренировки и на форсаже рванули под защиту орбитальных крепостей. Зато одиннадцать тихоходных калош, занимавшихся сбором обломков космических кораблей в рукотворном поясе астероидов, раскинувшемся между третьей и четвертой планетой, уйти явно не успевали.
– Судя по количеству мусора, тут недавно славно порезвился кто-то из наших… – хмыкнула Линда. – Ни стыда, ни совести…
– Ну, не одной же тебе их валить… – вступилась за ребят Иришка. – Эгоистка…
– Хорош трепаться. Работаем… – буркнул я. – Работаем тройками. Ловите векторы атак. Задача – вынести движки и разгерметизировать кабины… Работаем…
– А нам? – возмутился Лутц. – Нам когда работать-то?
– Ну, ты и спросил… – захихикала Иришка. – Нафиг нам экипажи гражданских лоханок? Вот выманим те, которые заныкались за Ключами – и поработаете…
– А-а-а… – облегченно выдохнул Герман. – Так бы сразу и сказали…
…Стоило отстрелить движки третьему по счету транспорту и всадить 'Пиранью' в стык пилотской кабины и грузового отсека, как оба крейсера Циклопов дали тягу на движки. А вслед за ними с места сорвались эсминцы и истребители.
'Молодцы… Гражданских не бросают…' – подумал я. И дал возможность Линде всадить торпеду в двигатели четвертого грузовика.
– Подорвались! Все!!! – радостно завопил Лутц. – Идут в 'атаке'!
– Здорово… – поддакнула Горобец. – Викки, подсвети машины 'доноров', плиззз!
– Оки… – отозвался я. И тут же выделил синим метки четырех вражеских истребителей…
– У-у-у… – возмущенно взвыл Герман. – И это называется абордаж?
– Для начала – потянет… – рявкнул я. – Нам нужны пилоты. А тратить время на беготню по коридорам крейсера СЕГОДНЯ необходимости нет. Короче, берете этих. Вопросы?
В эфире тут же установилась мертвая тишина – почувствовав, что я разозлился, ребята из основного состава перестали шутить, бурчать и даже сопеть. И по первому моему требованию подвели свои 'Кречеты' к моему звену. А бойцы ДШВ обиделись. Насмерть…
…В принципе, в чем-то Лутц был прав: назвать абордажем захват пилота истребителя мог только человек, ОЧЕНЬ далекий от флота. Зачистка эсминцев, крейсеров и линкоров была процессом крайне рискованным и очень трудоемким. Обилие жилых и вспомогательных помещений, всякого рода трюмов, коридоров и коммуникаций, в хитросплетениях которых при желании можно было спрятать полк тяжелой пехоты, являлось задачей, требующей идеального владения 'Стражем', знания стратегии и тактики ведения боевых действий на борту тяжелых кораблей и идеальной слаженности абордажной команды. То есть того, чем круглые сутки занимались ребята Лутца. А для того, чтобы выпотрошить одноместную лоханку с единственным жилым помещением на борту требовалось немногое. Два точных пуска 'Пираньи'. Первый – в движки, второй – в участок брони, под которой располагался контроллер блокировки скафандра в пилотском кресле. И все! Завершить процесс мог кто угодно. Без какого-либо риска для жизни или здоровья. Последовательность дальнейших действий была примитивна до безобразия: плазменным резаком отделить кресло с намертво заблокированным в нем Циклопом от несущей рамы, заставить систему жизнеобеспечения скафандра переключиться на автономный режим, и, пользуясь ранцевыми двигателями, доставить добычу на 'Кречет'. Минимум риска, минимум героизма и… никакого ощущения, что ты – действительно Демон…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
