Читаем без скачивания Альмарик - Роберт Говард

В эти секунды до нас добежал первый из уже переправившихся через мост воинов Гура. Вскоре уже полсотни наших соплеменников бок о бок с нами вступили в бой с горожанами. Но тут-то дело застопорилось. Акки налетели из всех боковых переулков и стали теснить нас обратно к воротам. Один воин Гура стоил трех-четырех синекожих, но перевес в численности делал свое дело. Мы вели бой на узком пространстве, не имея возможности продвинуться вперед. Сзади на мосту и около него сгрудились жаждущие принять участие в бою и бессильные помочь нам воины -Котхи и Кхоры. Акки же, в свою очередь, влезли на стены и потрясали оружием, завывая, словно тая волков. Ни луков, ни другого метательного оружия в их руках не было видно. Яга наверняка присматривали, чтобы такие опасные вещи не водились у жителей нижнего города.

Рассветало. Враги смогли наконец разглядеть друг друга. Я не сомневался, что и на скале крылатые люди уже сообразили, в чем дело. Мне казалось, что я уже слышу хлопанье сильных крыльев в воздухе над головой. Но глянуть вверх я не мог -слишком близко сошлись мы с противником. Мы стояли так плотно, что не было возможности нанести хороший удар мечом. Многие Акки даже побросали оружие и лезли на нас, кусаясь и царапаясь длинными острыми ногтями. Мне в нос ударил незнакомый, неприятный запах пота. Каждый из Гура проклинал все на свете, мечтая о том, чтобы получить возможность в полную силу орудовать мечом и кинжалом.

Я с минуты на минуту ожидал ливня стрел сверху и совсем забыл о том оружии, которое оставалось в резерве у нашей армии, и которое Гура боялись использовать в темноте, чтобы не зацепить своих. Сейчас, при свете дня, настало время пустить в ход мушкеты. Первый же залп, прозвучавший так неожиданно, что даже я вздрогнул от страха, очистил от Акки гребень стены. Выстрел за выстрелом раздавались за нашими спинами на мосту, и над нашими головами засвистели пули, разящие синекожих защитников.

Результат превзошел мои ожидания. Явно не знакомые с огнестрельным оружием Акки не выдержали грохота и невидимой, прилетающей издалека смерти, и бросились бежать. Вслед за ними Гура хлынули на узкие улочки Акки.

Конечно, сопротивление не прекратилось. Упорные синекожие продолжали вести бой. Повсюду слышался звон стали, выстрелы, стоны, крики, проклятия... Но главная опасность для нас исходила сверху.

Яга вылетали из своей крепости, словно потревоженные осы из гнезда. Несколько сот крылатых воинов бросились вниз, сверкая кинжалами, а остальные кружились у вершины скалы, поливая Акку дождем стрел. Летающую армию встретили залпы мушкетов. На крыши и улицы города рухнули десятки убитых Яга, а остальные поспешили ретироваться со всей скоростью, которую были способны развить их крылья.

Но, защищаясь, они оказались гораздо более опасны, чем в атаке. Из каждой бойницы, из каждой башни на вершине скалы летели стрелы, несущие смерть врагу, равно как и рабу. Бой переместился под крыши и навесы. Хотя Акки и превосходили числом нападавшие четыре тысячи Гура в несколько раз, ярость, смелость, умение обращаться с оружием и боевой опыт дикарей с равнин уравняли шансы.

Оставшиеся на другом берегу воины Кхосутха вели беспрерывную стрельбу по крепости на скале. Впрочем, их стрельба была малоэффективной на таком расстоянии. Стрелы Яга, летевшие по дуге с высоты, оказывались более дальнобойным и опасным оружием, чем мушкетные пули. Наши стрелки даже не могли пересечь мост, чтобы присоединиться к нам в городе -- так часто летели в ту сторону стрелы крылатых людей.

В это время я прорывался к храму Ясмины, сметая всех, вставших на моем пути. Грубый и неудобный меч Акки я сменил на знакомый, отличный клинок, взятый из мертвой руки убитого в бою Гура. Около храма мне и шедшим бок о бок со мной Гхору, Тхабу-Быстроногому, Тхану-Свистящему Мечу и еще сотне наших воинов преградила путь толпа особенно рьяно сопротивлявшихся синекожих.

Разделавшись с ними, мы подбежали к порталу храма. Здесь мне наперерез бросился жрец со щитом и с копье наперевес. Отбив копье, я сделал обманное движение мечом, словно собираясь ударить им в бок жрецу. Тот опустил щит, что стало его последней ошибкой. Резко изменив направление движения меча, я снес жрецу голову -- словно тяжелый, твердый мяч, она, подскакивая, покатилась по ступенькам храма. Подхватив упавший щит, я вбежал внутрь святилища.

Пробежав под сводами храма, я отбросил в сторону золотой экран. Мои соплеменники в изумлении следили за мной и оглядывали странный храм. Наконец я нашарил потайной замок и потянул на себя дверь. Она подалась, но очень тяжело. Это насторожило меня -- ведь в пошлый раз я открыл ее совершенно свободно. К сожалению, мои опасения оказались не напрасными.

До моего слуха донесся громкий шум из-за двери. Вдруг она резко распахнулась, и в храм хлынул поток жидкого пламени, заливая и выжигая все вокруг. Меня спасло лишь то, что открывшаяся дверь прикрыла меня от огненной волны, хлынувшей из потайной шахты.

На миг весь храм, казалось утонул в огне. Затем стена пламени осела, и я увидел тех из моих товарищей, кто благодаря своей проворности или по воле случая остался в живых. Их было немного -- Гхор, с обгоревшими волосами на теле и опаленной бородой, Тхаб-Быстроногий, Тхан-Свистящий Меч да кое-кто еще. А на полу осталось не менее полусотни обгоревших до неузнаваемости трупов. Эти воины оказались прямо на пути всепожирающего языка пламени, вырвавшегося на свободу из узкой шахты.

Правда, теперь узкий коридор казался пустым. Конечно, глупо с моей стороны было не предположить, что Ясмина не оставит потайную дверь без охраны. Умная королева Яга наверняка догадалась, каким способом я сумел бежать из ее дворца. Осмотрев косяки двери, я обратил внимание на остатки какого-то вещества, похожего на воск. Видимо, с той стороны дверь была запечатана герметически, а между нею и этой пробкой залита жидкость, воспламенившаяся при попадании на воздух.

Наверняка и верхний люк будет закрыт, -- подумал я и крикнул Тхабу, чтобы он взял факел, а Гхору приказал собрать всех, кто окажется вблизи храма и следовать за мной, прихватив что-нибудь подходяжее для тарана. Быстро поднявшись по почти вертикальному туннулю, я обнаружил, что люк действительно заперт сверху. Приложив ухо к крышке, я прислушался и понял, что комната наверху полным-полна Яга. Тут внизу замаячил огонек, и вскоре ко мне присоединился Тхаб с факелом в руках, а за ним -- Гхор и два десятка Гура с тяжелой балкой -- видимо, стропилом, снятым с одной из крыш Акки. Гхор рассказал, что бой в городе еще продолжается, но большинство мужчин Акки перебито, а оставшиеся скрываются бегством вместе с женами и детьми, переправляясь на дальний, южный берег реки Йогх. В храме же и в шахте за нами собралось уже около пятисот воинов.