церкви. При Зеленском гонения на УПЦ приобрели тотальный, системный характер.
Напомним историю вопроса.
Леонид Кравчук был создателем и закулисным манипулятором появившейся в 1992 году квазицерковной структуры — Киевского патриархата (УПЦ КП). Его с самого начала возглавил самозваный «патриарх» Филарет. Американцы опекали Филарета, часто встречались с ним, в том числе на высоком уровне.
При Порошенко вселенский патриарх Варфоломей подписал Томос об автокефалии объединенной Православной церкви Украины (ПЦУ), тем самым легализировав Киевский патриархат в церковной среде.
ПЦУ — полноценная идеологическая машина проекта «Анти-Россия». Вне антироссийских настроений эта квазирелигиозная структура не нужна, что признавал и сам Филарет: «Государство всегда заинтересовано в независимой церкви не менее, чем сама церковь». ПЦУ возглавил патриарх Епифаний, которого, видимо, подобрали американцы: он фотогеничен, умеет держаться в эфирах, а самое главное — полностью управляем и клинический русофоб.
Вот что он говорит в проповедях: «Кремлевский тиран и его слуги в военной форме, в костюмах или религиозной одежде пытаются оправдать совершаемое ими зло ссылкой на необходимость защиты традиционных христианских ценностей. Они повторяют риторику нацизма, который подобным образом искал оправдание своим преступлениям. Эти усилия для нас звучат так же, как цитирование дьяволом слов Священного Писания».
Одновременно на Украине ликвидировали структуры Московского патриархата. Логичным итогом стал законопроект о запрете религиозных организаций, аффилированных с Россией.
При Зеленском, в том числе из его окружения, прозвучали даже угрозы физической расправы над иерархами церкви. Один из спикеров власти, Михаил Подоляк, говорил, что не видит проблемы в их «физической зачистке», потому что они остаются «элементом российского влияния на украинскую государственность».
Подоляк в своем экстремизме не был одинок.
В настоящее время очевидно, что Зеленский и его окружение выполняют волю Запада по уничтожению Украинской православной церкви.
Количество захваченных храмов УПЦ увеличивается с каждым месяцем. Власть Украины принимает системные попытки забрать Киево-Печерскую и Почаевскую лавры. При этом ПЦУ не в состоянии заполнить религиозный вакуум, но перед ней такой задачи и не ставят: ПЦУ должна просто пропагандировать анти-Россию.
Зеленский продолжил курс Порошенко и во всех других сферах антироссийской политики.
9 мая стало Днем Европы, День Победы перенесли на 8 мая.
Выжигая все, связанное с совместной историей Украины и России, Зеленский подписал закон о «деколонизации» топонимов. На Украине запретили давать географическим объектам названия, которые могут восприниматься как символизирующие или возвеличивающие Россию. Запретили топонимы, связанные с общими для России и Украины памятными местами, датами, событиями.
«Названия русских городов, деревень, улиц, рек, озер, гор на топонимической карте Украины — это пятая колонна в нашей общественной жизни, это острый нож, что затаился над нашим бытием и ежедневно влияет на наше сознание, пытаясь притупить восприятие цивилизационного, притормозить развитие украинского мировоззрения и украинской идентичности», — говорилось в пояснительной записке к закону.
При Зеленском появился телеграм-канал «Деколонизация Украины», где в ежедневном режиме рапортовали о сносе памятников воинам Великой Отечественной войны по всей Украине. Обычно это делали так: подгоняли трактор или кран и разбивали памятник.
Так и хочется спросить у Зеленского: даже если вы ненавидите Россию, в чем перед вами провинились солдаты, отдавшие жизнь за Украину в боях с немецкофашистскими оккупантами?
Все антироссийское делалось под соусом поиска украинской идентичности.
И здесь Зеленский тоже шагнул гораздо дальше Порошенко. А национализм, как и любое радикальное политическое движение, не может остановиться.
Быть украинцем все крепче увязывалось с идеей: это значит не быть русским.
В 2021 году Зеленский подписал закон «О коренных народах», в число которых включил помимо украинцев три национальности — крымских татар, караимов и крымчаков. Среди коренных народов Украины русских не оказалось.
Поощрялось оскорбление всего российского и русского.
Нанятый Зеленским секретарь Совета национальной безопасности и обороны Алексей Данилов в одном из выступлений попросил украинцев не называть россиян словом «свинособака», потому что это оскорбительно для собак и свиней. Он же советовал везде, где речь идет о преступлениях русских, указывать национальность: «Пишем и сразу документируем для истории: «русский», «россиянин», «Россия» — убил, напал, ограбил, изнасиловал, разрушил, соврал». Секретарь СНБО считал, что это «поможет навсегда запечатлеть в исторической памяти украинцев, какой именно народ несет полноту коллективной ответственности за агрессию против Украины».
При Зеленском проблемы в отношениях Украины и России вышли на межэтнический уровень. После февраля 2022 года это проявилось самым ярким образом.
После февраля главнокомандующий Вооруженными силами Украины Валерий Залужный говорил, что россиян можно только убивать, и в армии эта идея стала «почти как религия».
Директор Фонда Притулы Анна Гвоздяр объявила: всему миру надо сделать так, чтобы существование русских стало невыносимым, чтобы они молили о смерти: «Такого я им желаю».
Участник «евромайдана», «журналист-волонтер» Роман Ратушный объявил: «Чем больше россиян мы убьем сейчас, тем меньше россиян придется убивать нашим детям».
Вопреки обещаниям Зеленского, на майские шашлыки в 2022 году на Украине не поехал никто. К майским праздникам на Украине уже два месяца шли боевые действия.
Для Запада территория Украины стала полигоном для испытания оружия. «Идеальным полигоном», — похвастался 5 июля 2023 года в интервью «Financial Times» министр обороны Украины Алексей Резников. И добавил, что союзники Киева получили уникальную возможность «на деле увидеть, работает ли их вооружение, насколько эффективно и нуждается ли оно в модернизации, ибо для мировой военной промышленности лучшего полигона не придумаешь».
Алексей Резников вообще часто говорил про Украину не как про страну, а как про полигон, иногда меняя прилагательные. В интервью «Forbes» полигон стал «огромным».
Вице-премьер Украины и министр цифровой трансформации Михаил Федоров тоже называл свою страну «лучшим полигоном» и объяснял западным партнерам: «У нас есть возможность проверить все гипотезы в условиях боя и внести революционные изменения в технологии и характер современной войны».
Признание руководством страны, что Украина — просто полигон, обескураживает.
Интересно, а они задумывались, в чем опасность того, что Украину превратили в полигон? Опасность для самой Украины?
Раньше часто говорили, что Украина должна стать мостом между Востоком и Западом. Мало кто задумывался — и прежде всего в самой Украине, — что быть мостом не очень выгодно: по нему
