оставаться попросту опасно. В конце концов, я — свободная личность! Со своим мнением и правом принимать решения!
Ну что за гадость, а?
Злая и сопящая, я уснула под утро.
Чтобы проснуться всего пару часов спустя от неожиданного шума на улице.
— Это незаконно! — не кричал, даже не повышал голос, но говорил так твёрдо и мрачно, что его было хорошо слышно даже с расстояния, какой-то очень знакомый мужской голос…
Элтон!
Это понимание заставило распахнуть глаза, уставиться в светлый потолок и застыть, прислушиваясь. Сердце застучало быстро и неровно, в голове звенела паническая мысль: мне показалось.
— Мы её семья! — отвечал точно папа, и судя по прорывающимся злым ноткам, его уже довели.
— Рина — совершеннолетняя девушка, и покуда вы находитесь на территории Ингареда, я должен расценивать ваши действия, как похищение.
Нет, это правда был Элтон! Правда он! Но как? Почему, откуда? И, главное, о чём они там так яростно спорили?!
— Вы обвиняете меня в похищении собственной дочери? — так холодно, что от его голоса мог замёрзнуть океан, уточнил папа.
Некромант не обвинял, он убеждённо повторил:
— Вы похитили Каррин и удерживаете на территории Изумрудного дома против её воли.
Это было… это был абсурд по сути, если вспомнить, что я находилась в статусе младшей Царицы. Не одна из моих старших или младших сестёр — я.
Скатившись с постели, запуталась в одеяле, громыхнулась об пол, разбив коленки, но тут же вскочила, не замечая боли, подлетела к окну и навалилась на деревянные ставни, распахивая их и практически наполовину вываливаясь на улицу.
Посреди нашего двора действительно стояли папа и… Элтон! И моему некроманту хватило всего одного резкого движения головой вверх, чтобы мгновенно отыскать меня и заметно успокоиться. Кажется, я отчётливо расслышала его полный облегчения выдох и увидела шаг, непроизвольно сделанный парнем.
Но тут папа обернулся, тоже посмотрел на меня и со смесью недоверия и негодования крикнул:
— Дорогая, ты плотоядный плющ удобряла?!
Я улыбнулась… Элтон улыбнулся в ответ. Моя улыбка стала ещё шире, и словно окружающее пространство засверкало и засияло, и птички запели громче и приятнее, и солнышко стало теплее, и…
— Нет, пап, — отозвалась весело. — И кормить плющ Элтоном нельзя, иначе у нас плюща не останется.
Улыбка некроманта мигом превратилась в самодовольную ухмылку. Папа обернулся, бросил на адепта оценивающий взгляд и, к счастью, не стал ничего делать.
— Я так и понял, — заметил задумчиво, — прошёл же он как-то мимо Доайа.
Некромант тут же перестал улыбаться и недовольно скривился, а мне стало как-то очень страшно за хранителя наших земель.
— Я сейчас! Никуда не уходите! — крикнула мужчинам и занырнула обратно в комнату.
* * *
Но с «сейчас» я погорячилась. Сначала пришлось бежать и умываться, приводя себя в порядок, затем одеваться в традиционное для нашего дома зелёное летящее платье, сильно оголяющее, если сравнивать со столичной модой Ингареда. Волосы заплетать не стала, расчесала гребнем и побежала, уже в коридоре осознав, что не обулась, и ощущая, как развеваются за спиной лоскуты платья.
На улице я оказалась через минуту, вылетела на коротко стриженную мягкую травку и подлетела к уже куда более мирно беседующим мужчинам.
Папа посмотрел на меня, с трудом удержал улыбку, поглядел на Элтона, помедлил и величественно кивнул. Мой некромант просиял и ответил полным почтения поклоном… Сговор! Я их за милю чую! Вот и эти двое о чём-то сговорились!
— А чего это тут происходит? — поинтересовалась запыхавшаяся после бега я.
Папа не стал отвечать. Он мне улыбнулся и… ушёл. Вот взял и ушёл, оставив нас с лордом Лемиром совершенно одних.
И как-то это всё мне совсем не понравилось. Вот вообще. Абсолютно.
— Элтон, — начала я нервно.
— Мне Лия рассказала, как ты исчезла посреди комнаты после сообщения от мамы. Мы с ней так сразу и поняли, что дома что-то случилось.
Мой некромант неуловимо оказался рядом, и я подалась к нему даже раньше, чем Элтон успел обнять.
Мне было грустно и тоскливо без него, но только сейчас, вдыхая аромат его тела и ощущая крепкие, укрывающие от всего мира руки, я поняла, насколько сильно на самом деле тосковала. Страдала фактически, хоть и сама себе в этом не признавалась.
А сейчас… хорошо. Просто хорошо было стоять рядом с ним и не думать ни о чём.
И мы стояли — минуту, две, пять. Рядом, в объятьях друг друга, просто ощущая взаимную поддержку и понимая, что не одни. У нас есть мы.
— Рина, — позвал мой некромант целую вечность спустя, не нарушая момент единения, а лишь дополняя его негромким звучанием своего чуть взволнованного голоса.
— Да, Элтон, — отозвалась, не открывая глаз и лёжа щекой на его груди.
Маг судорожно вздохнул и мягко отстранил меня. Отступив на шаг, подняла голову и вопросительно взглянула в его полные решимости глаза.
А в следующее мгновение не сдержала изумлённого вскрика, когда не сводящий с меня взгляда лорд Лемир опустился на одно колено, достал что-то из кармана и протянул мне крохотную чёрную бархатную коробочку, под открытой крышкой которой на подушечке лежало сверкающее изящное кольцо…
У меня перехватило дыхание, задрожало тело, сердце заколотилось, как сумасшедшее.
А Элтон заговорил, с твёрдостью, уверенностью в своих действиях и неприкрытой надеждой:
— Каррин Энжеро, ты самая безумная девушка из всех, кого я когда-либо знал. Ты непосредственна, непредсказуема, сильна, красива и добра. Ты лучшее, что случалось со мной. Ответь… ты сделаешь меня самым счастливым человеком и согласишься стать моей женой?
Потрясённая, изумлённая, растерянная, я стояла, прижимала руки к груди и во все глаза смотрела на некроманта, не веря, просто не веря, что он действительно сделал и сказал это…
И, естественно, дрожащая от нахлынувших чувств я ответила:
— С ума сошёл? Конечно нет!
Торжественное, радостное, полное надежды ожидание схлынуло с лица вмиг помрачневшего мага. Резко отвернувшись и глухо выругавшись, Элтон вскочил на ноги, мигом оказавшись сильно выше меня, навис сверху смертоносной злой скалой и:
— А я сказал — да!
И как схватит мою руку! И кольцо на безымянный палец как наденет! А то возьми и засверкай, словно отражая серебряные лунные лучи. Околдованная этим красивым сиянием, я на несколько секунд позабыла обо всём на свете, невольно затаив дыхание и с восторгом глядя на изящное украшение, так красиво смотрящееся на моих длинных тонких пальчиках.
Но секунды прошли, и не отрывающая взгляда от кольца я восхищённо прошептала:
— Лемир, я за тебя не выйду.
— Выйдешь, — хмуро бросил некромант.
И усмехнулся, победно так.
Позабыв о красоте украшения,
