колокольчика.
– Господи, и кто только станет жить в этой дыре по доброй воле? Я видел тюрьмы получше.
– Так в них и возвращайтесь, – пробормотал Агустин.
Он не успел договорить, как Миранда с силой ударил его по лицу тыльной стороной руки. Хлоя аж подпрыгнула и выскочила было из своего укрытия, чтобы поспешить на помощь отцу, но тут из дома вышел солдат и вытянулся перед Мирандой. Хлоя снова пригнулась. Она уже видела этого человека. Точнее, этого негодяя. Он хладнокровно расстрелял хозяина скобяной лавки.
– Внутри никого, отец. (Миранда метнул на молодого солдата яростный взгляд.) То есть… я хотел сказать, генерал… Внутри никого, генерал.
Во время этого любопытного столкновения между отцом и сыном Агустин заметил, как за камнем мелькнули светлые волосы Хлои. Он решительно покачал головой, молясь, чтобы Хлоя отказалась от мысли подойти ближе.
– Почему ты не на войне вместе со своими братьями? – снова прогремел голос Миранды.
– Это не моя война.
– Вот же подлый предатель! – презрительно бросил Хуан и почти одновременно пнул Агустина в живот и расшиб ему нос кулаком.
Генерал удержал сына.
– Не твоя война? Ублюдок! Может, это не твоя страна?
– Моя единственная страна – это горы, – с трудом проговорил Агустин.
– Дайте я снесу ему башку, отец… то есть генерал.
Миранда с неудовольствием перевел взгляд на сына и заметил, что тот что-то вертит в руке.
– Рядовой, что у тебя там?
– Это… просто фотография, которую я нашел.
Миранда протянул руку. Хуан отдал карточку. Генерал внимательно изучил ее и не спеша присел на корточки перед пленником:
– Кстати, свинопас. Где твоя дочь?
– Не знаю.
– Хлоя, так ведь? В поселке мне сказали, что ты держишь ее под замком. И что она красотка.
– Ради всего святого, она всего лишь девчушка.
– А я всего лишь мужчина, – рассмеялся генерал. – Где она?
– Не знаю.
– Убейте его, отец. То есть генерал.
– Заткнись уже, идиот!
Миранда приблизился к Агустину почти вплотную:
– Ох уж эти дети, правда? Потерпеть не могут. Тебе тоже непросто со своей? Да, знаю, с женщинами все по-другому. Все гораздо сложнее, но в итоге нужно всего лишь подыскать им хорошего мужчину, и тогда уже можно не беспокоиться, правда? Если хочешь, я могу попросить своего сына, чтобы он ее научил кое-чему. Он не семи пядей, но уж оприходовать-то ее сумеет, правда? Наверняка ей нравится, когда с ней обращаются, как со зверьком, а? Наверняка она рада будет раздвинуть ноги перед моими солдатами…
Пока он говорил, Хуан облизывался, положив руку на ширинку. Агустин с ненавистью посмотрел на Миранду:
– Нужно быть либо идиотом, либо психом, чтобы назначить тебя командиром. Ты настоящее дерьмо.
Остальные солдаты, десять человек, вернулись, обыскав амбар и окрестности. Они ничего не нашли.
– Я же говорил, – отметил Агустин, – я никого не прячу.
Миранда вздохнул с неудовольствием, доставая из кобуры пистолет:
– И почему из-за ублюдков вроде тебя мне приходится делать то, что я не люблю?
Бах! Звук выстрела донесся до ушей Хлои, которая застыла в своем укрытии, увидев, как отец рухнул на пол.
Бах! Бах! Бах! Три выстрела в упор, кровь забрызгала сапоги генерала.
Хлоя почувствовала, как сдавило грудь, руки судорожно тряслись. Вот так вдруг меняется жизнь одного человека? Вот так вдруг обрывается жизнь другого? До слуха Хлои донеслось нечто, что вывело ее из оцепенения. Нечто, что вернуло огонь в ее похолодевшее сердце. Через весь луг до нее донеслись отвратительные отзвуки гадкого смеха Хуана. Она уже слышала его и на этот раз не собиралась спасаться бегством.
Хлоя высунулась из-за камня и увидела, как Хуан плюнул в безжизненное тело отца и еще раз пнул напоследок. Взгляд у нее стал острым, исполнившись гнева. А взгляд Хлои обладал способностью направить пулю туда, куда он устремлен. Она смахнула слезы и прицелилась.
Под навесом Миранда убрал еще дымящийся пистолет в кобуру и приказал сыну молчать. Он тоже не выносил его смеха.
– Отец, а правда, что ты сказал о его дочери? Можно мне будет с ней поразвлечься? Правда? Приказать, чтобы ее нашли? Я могу спросить в посел…
Миранда услышал пронзительный свист, и в следующий миг в лицо ему брызнула кровь сына. В горах прокатился грохот, и через мгновение тело Хуана повалилось к ногам его отца. Миранда растерянно смотрел, как сын зажимает пальцами сонную артерию в бесполезной попытке удержать жизнь. В глазах генерала были тоска и замешательство, но с губ не сорвалось ни звука.
– Там, там! – крикнул один из солдат, пригнувшись. – За камнем!
Хлою обнаружили раньше, чем она рассчитывала. Она спряталась, пули ударялись о камень, откалывая от него кусочки. Хлоя собралась с духом, сделала пару глубоких вдохов.
– Это кролики, просто кролики… – бормотала она.
Когда выстрелы смолкли, она на мгновение высунулась. Хлоя управлялась с винтовкой гораздо лучше, чем солдаты. Двумя выстрелами она сразила тех двоих, что стояли ближе, и еще двумя заставила остальных спрятаться в надежде спастись.
Хлоя уже решила выбежать, когда встретилась взглядом с генералом Мирандой – он один остался стоять, не таясь, и смотрел на нее таким же яростным взглядом, как она на него.
Миранда достал пистолет и несколько раз выстрелил в Хлою, скачками несшуюся к следующему камню. Все напрасно, Хлоя была слишком далеко для такого короткого ствола. А вот у Хлои… Она могла быстро со всем этим покончить. Она отложила бегство и прицелилась в Миранду, а солдаты взяли на прицел ее.
Началась безумная перестрелка. Пули свистели совсем рядом. Одна угодила в камень, за которым укрылась Хлоя, и осколок отскочил ей в лоб. Было больно, Хлоя знала, что рано или поздно в нее попадут, но не хотела думать об этом, пока могла достать пулей грудь негодяя.
Хлоя выжидала удобный момент. У нее не было права на ошибку. Хлоя прицелилась с необычайным спокойствием; из носа текла струйка крови. Генерал Миранда бежал на нее, паля из пистолета. Хлоя выдохнула, сосредоточилась и выстрелила. Генерал упал в высокие луговые травы, солдаты растерянно переглянулись.
Воспользовавшись замешательством, Хлоя подхватила своих кроликов и помчалась вниз по склону, пули свистели вокруг. У нее был еще шанс спастись. Никто из солдат не знал горы так, как она. Они убили ее отца. Отец… “Ты должна выжить сегодня, чтобы сражаться завтра, – твердила про себя Хлоя, по щекам текли слезы. – Ты должна выжить сегодня, чтобы убить их всех”.
Миранда поднялся. Лицо перекошено от гнева, из раны на левом плече хлещет кровь. Он был один, весь его отряд отправился в погоню за девушкой. “Женщина со снайперской винтовкой? – думал он. –
