что с ним случилось… часть помнит, а остальное ускользает. Зачем? Что он собирается с ней делать? Кто он на самом деле? Садист? Маньяк? Убийца?
Она вдруг заметила дверь за ширмой, которой не видела раньше. Это была ванная комната с потрескавшейся плиткой и выцветшей голубой занавеской, скрывающей ванну. Она открутила кран – потекла ржавая, вонючая вода. Дождавшись относительно чистой струи, Юлия стала пить прямо из-под крана. Жадно, захлебываясь, чувствуя, как холодная вода затекает за ворот блузки…
Глава 29. Инга. Страх
Паденье – неизменный спутник страха,
И самый страх есть чувство пустоты.
Кто камни нам бросает с высоты,
И камень отрицает иго праха?
О. Мандельштам. Паденье – неизменный спутник…
Инга Вдовина звонила Юлии каждые полчаса, уже ни на что не надеясь, только на чудо. Юлия не отвечала, ее мобильный телефон был отключен. С позавчера, того самого дня, когда они должны были встретиться в «Пасте-басте», а она, Инга, не пришла. Вечером она позвонила Юлии оправдаться и рассказать, почему не смогла прийти, но никто не ответил. На другой день та же история; и никто из знакомых ничего не знает.
Дома ее нет. Инга открыла своим ключом – квартира пуста, Юлия не ночевала дома. Никита тоже ничего не знает. Говорил с Юлией вчера утром, пригласил на ужин, заказал столик в «Сове», а она не пришла. Он тоже звонил, но безуспешно. А тут еще маньяк убивает женщин! Инга обзвонила больницы и морги, но, к счастью, никаких следов Юлии не обнаружила. Побежала в полицию и получила от ворот поворот. Предложили подождать, может, сама вернется, а «у нас тут есть чем заниматься и без сбежавших дамочек». Инга пригрозила дать про них разгромный материал в прессе и снова позвонила Никите. Тот был занят, не мог говорить. «Перезвоню», – прокричал и отключился. Ну не гад?
Инга бросилась к культовому адвокату Паше Рыдаеву, у которого когда-то брала интервью, и тот посоветовал ей своего друга, частного детектива, некоего Александра Шибаева. «Если кто и разберется, то только он, – сказал Паша. – Головатый парень, криминальный талант!» Последнее утверждение звучало несколько сомнительно, но Инга поняла. Ночь она не спала, только под утро забылась неверным сном, и снился ей какой-то кошмар: убегающая женщина, преследователь с большим ножом и зверской мордой. Женщина пряталась, а он всякий раз находил ее и размахивал ножом. Действие происходило ночью, скрежеща, раскачивался тусклый фонарь – свет-тень, свет-тень, – женщина пряталась за какие-то углы, а он выскакивал с другой стороны.
Проснулась Инга в холодном поту и долго не могла отдышаться. Стоя босиком на холодном полу на кухне и обливаясь по́том, долго пила минералку прямо из горлышка. В девять тридцать утра она уже переступила порог офиса частного детектива Александра Шибаева.
За письменным столом сидел мелковатый и незначительный тип в очках, меньше всего похожий на детектива, каким она себе его представляла. Непохоже, что этот способен на физические подвиги, видимо, работает больше серыми клетками, решила Инга. Просто удивительно, как ей раньше не приходило в голову взять интервью у частного сыщика!
– Господин Шибаев? Пропала моя подруга Юлия Черникова! – начала она с места в карьер. – Нужна помощь. Вас рекомендовал мой друг адвокат Рыдаев.
– Очень рад, – сказал тип в очках. – Присаживайтесь. Господин Шибаев задерживается. Я его коллега, адвокат Дрючин. Может, расскажете, в чем дело?
Инга села на стул против письменного стола и спросила:
– А когда он придет? Он что, на задании? Можно ему позвонить?
– Позвонить ему нельзя, обстановка не располагает. Возможно, я смогу помочь…
– Но он придет? – настаивала Инга. – Дело не терпит отлагательств.
Алик вздохнул:
– Если честно, не знаю. У него кризис среднего возраста и депрессия. Случается время от времени…
Депрессия у частного сыщика? Неужели у них тоже?
– Значит, он не на задании? – уточнила Инга. – Что же делать?
– Я попробую ему дозвониться, – сказал Алик и потянулся за мобильным телефоном.
– Знаете, все в городе только и говорят про убитых женщин… я в ужасе! Такого никогда не было! Мы собирались встретиться, а я не смогла… Дома ее нет, телефон отключен! Ее жених ничего не знает, полиция отказалась искать, а с ней все время что-нибудь… вы не поверите! И тетя Лена в отъезде! Это ее мама… – Инга всхлипнула.
Алик вскочил, достал из холодильника пакет яблочного сока; налил в стакан и протянул ей.
– Как вас зовут? – спросил он.
– Инга Вдовина, журналист. Юлька… Юлия – психолог. Спасибо. А если он не придет?
Алик вздохнул и развел руками.
– Что же мне делать? – спросила Инга, вопросительно разглядывая его. – Я боюсь! Понимаете, никогда ничего не боялась, даже не ожидала… У вас нет чего-нибудь…
– У нас есть все! – Алик достал из тумбы стола бутылку коньяка, стаканы и коробку конфет; плеснул на донышко, протянул: – Ваше здоровье!
Они чокнулись и выпили. Инга выбрала шоколадку, откусила; Алик снова плеснул, и они еще выпили…
– Что он за человек… ваш Шибаев? – спросила она, рассматривая конфеты. – Какие хорошенькие! С черносливом!
– Мы учились в одном классе, – сказал Алик. – Я, между прочим, окончил с красным дипломом.
– А он?
– Ши-Бон классно играл в футбол!
– Ши-Бон?
– Школьная кликуха! – Алик снова плеснул в стаканы. – Характер, воля к победе, сила… классный опер был!
– Почему был?
– Нелепая случайность! Ему не везет в жизни… Карма. С женщинами тоже. Он тяжеловес, как… танк, понимаете? Таким всегда трудно… слишком серьезный, не умеет… э-э-э… расслабляться. Если берется за что-нибудь… верите, лоб расшибет, а докопается! Идет по следу как такса… в нору! – Алика несло, как всегда в присутствии хорошенькой женщины.
– Такса?
– Такса! Самая умная собака.
– А почему ему не везет с женщинами?
– Черт его знает! – вздохнул Алик. – Он мужик, понимаете? Никаких компромиссов и гибкости, белое-черное… черное-белое! Все или ничего. Охотник на оленей… на мамонтов! Он у нас этот… перво-про-хо-дец и ма-кси-ма-лист! Бывало, приносят его…
– Приносят?
– Избитого, в крови…
– Какой ужас! – воскликнула Инга. – И часто его приносят?
– Не очень, но бывает. Совсем недавно тоже подрался… – Алик махнул рукой. – Можете представить себе эту картину? Никакая женщина не выдержит! Сбегают… или он сам. Завышенная планка, понимаете? Я всегда его поддерживаю, еще со школы… Еще по чуть-чуть? – Он показал глазами на бутылку.
Инга кивнула.
– Если Ши-Бон возьмется, то найдет! – убежденно сказал Алик. – Вашу подругу… как ее?
– Юля! Юлия Черникова… психолог! С ней вечно что-то… глаз да глаз нужен! Тетя Лена всегда говорит… ее мама. И еще
