следил за каждым его движением, и когда он проскочил мимо, моя рука сама метнула несколько антимагических лезвий на упреждение. Мелкие и незаметные, они даже не сверкнули в ночи, устремившись у к своей жертве. Я же приготовился к решающей атаке…
— Сейчас… — злобно прошептал я, метнув в него шайбу, которой когда-то хотели пленить меня самого.
Я замахнулся шайбой изо всей силы, и в тот миг, когда Лю Бан дёрнулся, резко свернув в другую сторону, выпустил её из руки. Воздух вокруг взорвался от давления, разметав всё в радиусе десяти метров. Образовалась мёртвая зона, пустая, лишённая всего живого, даже воздуха.
Шайба сорвалась вперёд, летя по упреждению с такой скоростью, что даже Лю Бан, привыкший уходить от любой атаки, не сумел среагировать вовремя. Он дёрнулся, сделал резкий рывок в сторону, но не успел — шайба впилась ему в плечо, пробив кожу, мышцы и легко раздробив кость. Удар был настолько сильным, что тело его содрогнулось, а клинок, зажатый в руке, выпал, устремившись к земле.
Я не знал точно, как именно действовал этот артефакт, но надеялся, что встроенные в него маленькие щупальца сработают, почуяв живую плоть, и намертво зафиксируют его внутри.
К моей радости, в следующую секунду Лю Бан будто заглох. Его тело потеряло ритм, и он, не сумев удержаться в воздухе, полетел вниз, подчиняясь силе тяжести. Скорость, которую он развил, сделала падение неконтролируемым.
Я рванул следом, понимая, что если сейчас не добью этого гада, то он может выкрутиться, сбежать, а может и вовсе повернуть бой в свою пользу. У него наверняка оставались врождённые дары или скрытые резервы, которые ещё не проявлялись в бою.
Романов понял, что я задумал, и бросился вслед за мной. Он за несколько мгновений настиг меня. Оказавшись рядом, он усмехнулся и легко обогнав, устремился к земле, надеясь перехватить китайского императора первым.
— Чёрт! — выругался я, стиснув зубы.
Да ему-то он зачем нужен⁈ Чтобы лишний раз показать, кто здесь хозяин? Своё эго потешить? Злость подстёгивала. Я вложил в разгон всё, что у меня оставалось, потому что на кону стояла не просто схватка, а моя собственная жизнь.
Лю Бан, падая, выбрал место для приземления — огромный парк с густой растительностью, что раскинулся в элитном квартале. И от этого по телу пробежал холодок. Именно там находился наш с Настей особняк. В груди поселилась тяжёлая тревога. Неужели он знал, куда лететь? Его же слова, про уничтожение всех, кто мне был дорог, до сих пор звучали в голове.
Его силуэт скрылся за листвой, и я потерял его из виду. Но Романов не растерялся. Он хлопнул в ладони — и весь парк в одно мгновение сдуло. Деревья, кустарники, даже трава — всё было вырвано, размётано, словно ураган пронёсся сквозь зелёный массив. В считаные секунды от парка не осталось ничего, лишь голая земля, усыпанная осколками камней и корнями, и статуи, которые находились в самом его центре.
Однако Лю Бан очень быстро нашёлся. Он притаился за массивной каменной статуей охотника, который сражался с чудовищами, наседающими на него, но это укрытие не спасло его.
Выскочив из-за неё, он рванул вперёд, больше похожий на дикого кабана, чем на императора — низко наклонившись, он яростно перебирал ногами, стараясь развить скорость. Он мчался к ближайшему поместью, явно намереваясь скрыться на его территории. Но дорогу ему перегородил Романов.
— Лю Бан! — выкрикнул он так, что воздух дрогнул. — Всё кончено! Не знаю, что с тобой сделал мальчишка, но ты лишился большей части своих сил! Сдавайся!
Император выставил белоснежный клинок, держа его твёрдо и уверенно, словно готов был отсечь врагу голову в ту же секунду. А ещё в его глазах я заметил удивление. Оно и понятно, ведь прямо сейчас он приказал ему сдаться, а тот и глазом не повёл.
Он хотел было броситься в противоположную сторону, но там приземлился я, чтобы отрезать ему путь к отступлению. Когда я понял, что шанса на бегство у него больше не осталось, на моих губах появилась злорадная усмешка.
— Гнида! — прорычал Лю Бан, повернув голову и сверля меня взглядом, полным ненависти. Его глаза больше горели синим пламенем, да и сам он потух.
В целом, я был совсем не против того, чтобы именно император отнял у Лю Бана жизнь. Какая мне разница, кто именно нанесёт решающий удар? Энергию я всё равно смогу поглотить позже, когда представится удобный момент. Главное, чтобы у меня осталась эта возможность. А лавры победителя — пусть достанутся Романову. Пускай он купается в славе и гордится собой.
— Сам ты гнида! — выкрикнул я не удержавшись. — Нечего свой поганый рот разевать на чужие пироги!
— Хорошо сказано, — Романов усмехнулся прищурившись. — Сдавайся, если ещё хочешь жить! — он сделал шаг вперёд, выставив клинок, и надавил на Лю Бана так, что тому пришлось отступить назад.
— Жить⁈ — рявкнул тот, словно бешеный зверь. — Вы до сих пор не поняли? Весь этот мир принадлежит только мне! — он стиснул кулаки так сильно, что костяшки побелели, и из его груди вырвался оглушительный, звериный рёв. — Раа-а-а-ааа-а!
Его глаза вспыхнули жёлтым пламенем, а затем оно вырвалось и из его рта. Ублюдок пошёл вразнос. Он собирался выплеснуть из себя всю чистую энергию за один раз. Яркие огоньки пламени начали прорываться сквозь поры кожи, из каждой клеточки организма.
— Быстро отсюда! — выкрикнул Романов, развернувшись и стартуя первым. — Мы не сможем его остановить!
Он оказался прав. Лю Бан не собирался сдаваться. Вместо этого он решил пойти ва-банк и использовать всю свою силу до предела. Пламя, которое благодаря антимагической шайбе угасло, вдруг вспыхнуло вновь, с утроенной силой.
Я замер на миг, ошеломлённый тем, что видел. Как же так? Ведь шайба должна была окончательно запечатать его энергию внутри. Но ответ я увидел сам, в окровавленной руке мерзавца блестела та самая шайба. Он буквально вырвал её из своего тела вместе с куском плоти. Серьёзный поступок, ничего не скажешь… Только вот даже этот отчаянный шаг уже ничего не менял. Он опоздал.
Ритуальный кинжал, который лежал за каменной статуей охотника, сорвался с места благодаря «волшебной нити», которая и запустила его в полёт. В этот же момент, Лю Бан, распираемый от энергии, выгнулся в обратную сторону. Я увидел, как в его груди начинает собираться яркий луч — выброс энергии, подобный тому, что
