Эрин. Я знаю об этой ссоре. Отец Гриффина оставил его мать умирать, а сам каждый вечер сидел на диване, пил и смотрел дурацкие передачи по телевизору. То, что сделал отец Гриффина, было ужасно. Сейчас Эрин проходит через то же самое, что и мать Гриффина, и тем не менее она хочет, чтобы Гриффин простил отца?
– Нужно начать работать над этим прямо сейчас, – шепчет она. Она переворачивает листок – на обратной стороне написано имя и номер телефона. – Позвони ему и все объясни. Спроси, захочет ли он встретиться. Я знаю, что он захочет. Он делал попытки связаться с Гриффином, но несколько лет назад перестал пытаться.
– О чем это вы там шепчетесь? – спрашивает Гриффин. – Ты же не поведешь мою жену в стриптиз-клуб, правда?
Мы с Эрин смеемся. Ну, может, и не в стриптиз-клуб, но мы с Бэйлор включили в список нечто не менее колоритное.
– Есть еще один пункт, – говорит Эрин. И кивает на изначальный список, который она мне дала.
Я опускаю глаза на последнюю строчку.
– Ты хочешь совершить чудо? – Я изумленно смотрю на нее.
– А что такого? – невинно пожимает плечами она. – С парашютом мне тоже нельзя прыгать, но я все равно включила это в список.
Она разглаживает мой список, который помялся, когда мы обнимались.
– Так, давай теперь посмотрим на твои предложения. – Эрин читает первый пункт, и глаза у нее тут же наполняются слезами. – Ты серьезно? Я бы никогда не попросила Бэйлор и Гэвина об этом.
Я качаю головой.
– Они сами предложили. Они хотят, чтобы ты смогла увидеть появление ребенка на свет. Они хотят, чтобы ты присутствовала при рождении их малыша. Подержала в руках младенца, который родился всего несколько минут назад. Я знаю, что это не заменит Горошинку, но…
– О боже! – Слезы стекают по ее теперь уже улыбающимся губам. – Да! Скажи им, что я согласна! И спасибо! Скажи им спасибо. Поверить не могу! Это такая честь для меня.
Она поворачивается к Гриффину, и я тоже обращаю свой взгляд на него.
– Грифф, ты слышал? Я увижу, как рождается ребенок. Представляешь?
– Это просто невероятно. – Губы Гриффина сжимаюся в тонкую линию. Его взгляд направлен на мой живот, где его ребенок растет целым и невредимым, пребывая в счастливом неведении о том, что его мир меняется еще до того, как он родился. Гриффин тоже переживает за судьбу мальчика, о которой мы позаботимся позднее?
До меня доходит, что я впервые назвала ребенка мальчиком. Да, думаю, это мальчик. Внезапно я чувствую острое желание это выяснить. Эрин должна узнать пол ребенка. Я мысленно делаю еще одну пометку: поговорить попозже с Гриффином.
Прочитав следующий пункт списка, Эрин краснеет.
– Посмотреть порнофильм? Серьезно? – шепчет она.
Гриффин громко смеется у нас за спиной. Очевидно, шепот Эрин оказался не таким тихим, как она думала. Интересно, то, что мы говорили про его отца, он тоже слышал?
– Да, совершенно серьезно. Но только если ты ни разу не смотрела.
Насколько я могу судить по реакции Эрин, с этим пунктом я попала в точку. Каждый должен в своей жизни посмотреть хотя бы один порнофильм.
Эрин не обращает внимания на мой вопрошающий взгляд и зачитывает следующий пункт:
– Провести ночь… где?! – Она смотрит на меня широко раскрытыми глазами. – Разве это не самый дорогой отель в Нью-Йорке?
Я бросаю взгляд на Гриффина. Он тут же начинает что-то печатать на клавиатуре. Ага, он в деле. Вот и хорошо. Кажется, он говорил серьезно. Я возвращаю взгляд на Эрин и пожимаю плечами.
– Выпить дорогого шампанского? – читает она. – О, это мы уже делали. У нас на свадьбе было отличное шампанское.
Я смотрю на Гриффина, а он закатывает глаза.
– Эрин, то шампанское стоило сорок долларов за бутылку. Мы можем найти что-нибудь гораздо лучше.
– Я не хочу, чтобы ты тратил на меня деньги, Грифф.
Потом смотрит на меня.
– И ты тоже, Скайлар.
– Ну, у тебя нет выбора, – говорю я ей. – Так что просто расслабься и получай удовольствие. Ты попросила нас принять твой выбор. Теперь ты должна принять наш. Мы сделаем все, что нужно, чтобы осуществить задуманное. – Я смотрю ей прямо в глаза. – Договорились?
Эрин размышляет, стоит ли со мной спорить по этому поводу. Потом она фыркает, но я думаю, что это показное раздражение, просто из принципа.
– Ладно, – соглашается она и продолжает зачитывать вслух мой список: – Научиться танцу живота… пострелять из пистолета… поучаствовать во флешмобе… пройтись по красной дорожке… угостить всех посетителей в баре. О-о-о, вот это мне нравится! Наверное, будет классно!
Когда мы доходим до конца обоих списков, в голове у меня полно идей, и мне не терпится пойти домой и начать воплощать их в жизнь. Для некоторых пунктов понадобится помощь множества людей. К счастью, у Гриффина есть деньги, а у нас обоих есть влиятельные друзья, так что, думаю, мы сможем осуществить некоторые из этих идей.
– Гриффин, я хочу попросить тебя об одолжении, – говорит Эрин.
– Что угодно, только скажи. – Он отрывает взгляд от ноутбука. Он готов принести своей жене все, что она захочет, а если она попросит, то еще и ленточкой перевяжет.
– Это очень глупо, но я всегда хотела поспать на водяной кровати. С самого детства, когда они были в моде. Было бы очень здорово, если бы ты смог нам такую купить. Сегодня. До того, как я вернусь домой. Я скоро пойду на УЗИ, и Скайлар может побыть со мной, пока тебя здесь не будет.
Гриффин закрывает ноутбук и засовывает его в сумку. Потом проходит через палату и целует Эрин в губы.
– Конечно, милая.
– Ты не против? – спрашивает он меня.
– Конечно, нет. Иди, – отвечаю я.
Одними губами он произносит:
– Встретимся позднее?
Ах да, мы же собирались поговорить, пока Эрин будет проходить обследования. Кажется, теперь не получится. Я так же беззвучно отвечаю ему:
– У меня?
И он кивает. И тут я бледнею при мысли о том, как все это выглядит со стороны. Я оборачиваюсь и вижу, что Эрин сдержанно улыбается. По мне прокатывается волна облегчения: Эрин не заметила наш обмен репликами и не решила, что у нас интрижка, а не встреча для обсуждения списков.
Я думаю о том, что мне сказала вчера Бэйлор. Ты хороший человек, Скайлар. Ты не виновата. Ты не сделала ничего плохого. Я снова и снова проигрываю ее слова у себя в голове. Я уже почти им верю. Почти.
Эрин хлопает по кровати рядом с собой.
– Присядь. Давай-ка теперь поговорим, пока Гриффин ушел.
Я удивленно приподнимаю брови, но
