Оставалось несколько сотен планет, не затронутых хаосом по той простой причине, что на них давно заправляли заговорщики. У местного герцога или герцогини имелся секретный план действий на случай тревоги, который с получением сигнала от ГКК вступал в силу. На большинстве этих планет полиция была лояльна к заговорщикам. Местные отделения СИБ подвергались нападению прежде, чем офицеры успевали отреагировать на ситуацию. Их арестовывали или, гораздо чаще, просто убивали, не давая возможности защититься. Та же судьба ожидала местное среднее дворянство, если оно не переходило на сторону герцогов-предателей. Космопорты на этих планетах были закрыты, чтобы пресечь общение с другими мирами, но людям не говорили о том, что происходит, вызывая недоумение, но не страх.
В глубинах космоса Имперский Флот, сам того не осознавая, терпел поражение в невиданно тяжелой битве. Не обращая внимания на мириады коммерческих и частных кораблей, шнырявших по космическим трассам, ГКК активизировал программу саботажа в бортовых компьютерах военных кораблей; он не пользовался этой возможностью в предыдущих битвах из страха выдать себя, но теперь, когда его тайна раскрылась, не было причин церемониться.
Маневрируя в пространстве, экипажи военных кораблей внезапно замечали, что их орудийные компьютеры переключались на обстрел соседних кораблей в эскадрильях. Почти половина судов, уцелевших в двойне гастаади», были уничтожены или серьезно повреждены прежде, чем наиболее проницательные командиры поняли, что происходит, и отключили компьютеры. На других кораблях компьютеры перекрыли систему кондиционирования и циркуляции воздуха. Эти суда были достаточно велики, имели большой запас воздуха, и команды имели возможность надеть скафандры прежде, чем кто-то задохнулся, но космические костюмы сковывали движения и не позволяли действовать быстро. В довершение всего астронавигационные компьютеры стали выдавать ненадежную информацию; все траектории приходилось рассчитывать вручную. Командиры кораблей пытались связаться с командованием, чтобы выяснить, что происходит и какие будут указания, но телекоммуникации были нарушены.
ГКК и подвластные ему компьютеры подталкивали Империю к пропасти, как огромную и хрупкую машину. Буквально за несколько часов эта машина с шумом приземлилась, разлетевшись на куски во всех направлениях, изрыгая клубы пара из двигателя. Впоследствии так и не удалось подсчитать количество жертв на начальном этапе катастрофы; по самым осторожным прикидкам оно достигало десятков миллионов. Но тем, кто остался цел и невредим, было не намного легче; среди миллиардов людей, живущих на тысяче трехстах планетах Империи, едва ли нашелся бы хоть один, чья жизнь не была потрясена до основания разыгравшейся трагедией.
Худшие опасения Иветты и Шефа стали реальностью. ГКК произвел грандиозные разрушения быстрее, чем кто-либо мог предположить. Некогда мощная Империя Земли, величайшее политическое создание человечества, лежала в руинах. Все отлаженные механизмы галактической цивилизации были покорежены без всякой видимой надежды на восстановление. Империя Земли — по крайней мере в том виде, в котором она существовала два с половиной столетия — была мертва.
Однако в Галактике оставались люди, которые отказывались без борьбы смириться со смертью Империи.
Когда разыгралась трагедия, Галактический Цирк находился на планете Джаравал, чей герцог, по причудливому стечению обстоятельств, принадлежал к организации ГКК. Шеф не имел возможности предупредить д’Аламберов о готовящемся перевороте, и обращение герцога Ханумана об отделении Джаравала от Империи застало деплейнианцев врасплох, как и все остальное население.
Герцог Этьен, управляющий Цирком и глава клана д’Аламбер, пытался связаться по субкому с Шефом, но связи не было. Однако у него и у Цирка имелось постоянно действующее предписание расследовать ситуацию, которая покажется им необычной, и предпринимать любые действия, которые они сочтут необходимыми, — а данная ситуация, безусловно, подпадала под это достаточно общо сформулированное задание. Герцог Этьен начал разрабатывать план выхода из положения.
Было очень соблазнительно отменить представление в тот вечер и бросить все силы против незаконной власти местного герцога, но гордость и семейные традиции д’Аламберов требовали, чтобы шоу продолжалось, несмотря ни на что. Хотя публики в тот вечер собралось крайне мало, едва ли десятая часть тех толп, что обычно привлекало это популярнейшее в Галактике зрелище, тем не менее каждый зритель получил за свои деньги полный набор уникальных трюков. Занятая своими невеселыми мыслями публика не заметила, что номерам чуть-чуть не хватало отточенности. Герцог Этьен отдал главные номера ученикам и участникам массовки, но даже второразрядные д’Аламберы на арене были великолепны. Лучших же артистов он приберег для более трудной работы: необходимо было вернуть Джаравал в лоно Империи.
Герцог Этьен не знал, что ядро заговора разоблачено, но был уверен в одном: открытое восстание против Трона недопустимо. Подобные акции должны быть наказаны быстро и безжалостно, чтобы у других не появлялось желания последовать дурному примеру. Время церемоний прошло; быстрота и натиск — вот лозунг момента. Если кто-то из врагов после операции останется в живых для допроса, тем лучше, но главная цель — вырвать планету из лап узурпаторов.
Команда из двадцати пяти д’Аламберов ворвалась в поместье герцога, вооруженная ручным оружием, гранатами, мощными бластерами и мрачной решимостью уничтожить все, что встанет у них на пути. Герцог Хануман, которого его хозяин, таинственный В, заверил, что организованной оппозиции новой власти не будет, не ожидал столь серьезных неприятностей, во всяком случае, не в первую же ночь после переворота, когда люди слишком растеряны, чтобы действовать так активно. Личная охрана была сметена атакующими д’Аламберами, и битва окончилась меньше чем через час. Герцог Хануман, храбрый только в окружении большого войска, сдался на милость победителя.
Другие д’Аламберы одновременно напали на полицейские комиссариаты в пяти главных городах планеты. Хотя здания и были хорошо укреплены, их обитатели тоже не были готовы к столь оперативно организованному сопротивлению. Бои здесь произошли более ожесточенные, но их исход был предрешен. Когда герцог Хануман и пять основных отделений полиции оказались в руках имперских сил, остальные заговорщики сложили оружие. Новый режим на Джаравале продержался всего одну ночь.
Этьен д’Аламбер допросил герцога Ханумана под действием нитробарба, но узнал мало ценного. Местного герцога уговорили присоединиться к заговору лет пять назад, все инструкции он получал по межзвездному телетайпу от загадочного В. Директивы В помогали держать планету в руках, так что, когда пришел приказ о перевороте, герцог Хануман был полностью готов к этому. Все предполагаемые очаги сопротивления были нейтрализованы тем или иным способом, а других проблем не должно было возникнуть. Герцог Хануман не знал о том, кто такой В, не знал и о плане дальнейших действий. Ему полагалось просто не сдавать позиций и ожидать новых инструкций.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
