валили лес, заготавливаемый на дрова. Кухня съедала запас дров, как пожар солому. А уж баня…
Раз! Две половинки полена летят из-под колуна в разные стороны.
Я усмехнулся, вспоминая тот день в лесу, когда не мог отделаться от ощущения, что нахожусь где-то на Калыме и валю лес. Тогда еще первый снег выпал. Сыпало весь день, а наследующий всё растаяло. М-да…
Очередные поленья полетели в быстро растущую кучу. Беру следующий чурбак.
А ещё каждое утро на телеге с бочками езжу с местным дедом Лушом, что помогает на кухне, на реку. Та течёт в четырёхстах метрах от кухни. Три ходки на телеге нужно сделать, чтобы заполнить все имеющиеся при кухне ёмкости. Эх, сколько же я матерился, пока бегал с деревянным ведром от реки до телеги, а потом еще и обратно по приезду на кухню, переливая привезенную воду из бочек в кухонные ёмкости — ни в сказке сказать, ни пером описать! Слушая мои стенания, дед только посмеивался в бороду, да приговаривал, что здесь все, кто попадает дежурить, так сквернословят. Да я уж и сам тогда, в первое утро, догадался, что место тут «намоленное». Не понял я только одного — почему вода так далеко от кухни?! Понятно, что река близко к Рубежу не подходила, маги-водники её увели под землю, когда готовили укреплeния. Но хоть небольшой родничок возле кухни можно же было вывести на поверхность? Почему никто для этого голову не включил? Или это специально для нас «залётчиков» такой бонус при кухне организовали? У казарм-то и в городке специальные выходы воды имеются. Эх, жизнь! Вот уж не думал, что для того чтобы ежедневно накормить и напоить триста-четыреста человек нужно такое большое хозяйство иметь. Теперь-то мне понятно, почему сюда каждый день «ссылают» на дежурство по десять-пятнадцать служивых…
— Алекс, — голос незаметно подошедшего Рика отрывает меня из воспоминаний, — бросай всё. Через час заступаешь на вышку. Приказ сотника.
Глава 14
«Шакал я паршивый, всё ворую, ворую…
к/ф «Джентльмены удачи»
Спустя пару дней, в наступлении тварей выдалось неожиданное затишье. Жаль толькo, что воспользоваться этим спокойным временем для налаживания быта и решения личных вопросов мы не успели. Не успели все, кроме Бариса. Собственно, с него всё и началось, и в рутину нашей службы ворвались незапланированные приключения…
Влюбленный маг с печальной физиономией Пьеро, которому отказала Мальвина, заглянул под вечер в закуток десятников. Как раз в это время, в этой крохотной комнатушке, отгороженной от основной казармы бутафорской перегородкой, за грубо сколоченным столом у окна сидели мы: я, Рик и Спок. Причём сидели не просто так, а в неровном свете масляного светильника, разливали из чайника по кружкам и дегустировали горячий отвар моего производства под названием: «Всё полезно, что в рот полезло!». Это ваш покорный слуга с утра смотался в близлежащий лесок и собрал всего понемногу: чагу, травы, две пригоршни завядших ягод брусники, ну и еще кое-чего по мелочи…
Достав с полки еще одну кружку (естественно украденную на кухне чуть ли не в первый же день прибытия), я со словами «Отпей и ты из моего кубка!», плеснул в неё отвара и передал её присевшему за стол магу. Тот рассеянно кивнул, поставил кружку перед собой, уставился в неё и … выпал из реальности, сохраняя на лице выражение вселенской скорби.
Фига себе влюбленного накрыло!
Спок с Риком переглянулись и вопросительно уставились на меня в поисках ответа на неадекватнoе поведение товарища.
— И нечего на меня так смотреть, магией разума я не владею? Сам впервые вижу, как маг в астрал выпадает! Хотя, по — моему, тут и без разумника понятно, что без бабы не обошлось.
Народ, заинтересовавшись, принялся трясти и приводить в чувства рыцаря печального образа:
— Рассказывай! — почти одновременно предложили магу десятники, игнорируя его наивные попытки отгородиться от окружающего мира.
Всего через минуту Барис осознал — эти не отстанут, сдался и начал колоться.
Вот это правильно. Главное — втянуть человека в разговор, а потом не мешать ему выговориться, тогда он сам тебе всё расскажет, причем с такими подрoбностями, что сам не рад будешь.
Вот и из Бариса нам поначалу пришлось вытягивать каждое слово чуть ли не клещами. Но постепенно — слово за словом (кружкой по столу) — ситуация прояснилась. Причем маг так разошелся в своей исповеди, что сразу этот фонтан было уже не заткнуть! Барис жаждал излить всё, что наболело …
Короче, как я и предсказывал, без прекрасной половины человечества здесь не обошлось. А причина кручины нашего доброго молодца оказалась банально проста — у евойной зазнобы через три дня случиться день рождения, а подарка-то и нет!
Выдав всё это, Барис тяжело вздохнул, промямлил что-то похожее на: «Ой-ё, шире вселенной горе моё!» и уткнулся носом в кружку с отваром.
Признаюсь, в этом момент я заржал как ненормальный. Я ж действительно думал, что у него что-то серьёзное! облегченно выдохнув, ко мне присоединились оба десятника, и мы начали ухохатываться втроём.
Причем мы осознавали, что своим смехом обижаем парня, но остановиться просто не могли.
Тем временем Барис, оскорбленный в своих чувствах, не нашел ничего лучшего, чем насупиться, как мышь на крупу и выдать:
— Эх вы! Я вам, как товарищам, доверил свою тайну, а вы… а вы… — парень аж задохнулся от возмущения и гневно сверкнув глазами выдал, — а вам лишь бы поржать, сволочи!
Зря он это сказал. Градус веселья подскочил еще выше. Пламя светильника едва не погасло, с трудом пережив очередной взрыв смеха нашей компании. глядя на ржущих и сползающих под стол десятников с красными от натуги лицами, я понял, что сползаю под стол вместе с ними.
Фу-ух, даже слезы из глаз выступили…
Наконец, отсмеявшись и выбравшись из-под стола, мы стали решать, чем можно помочь боевому товарищу. Прикинув имеющуюся в наличии запасы наличности, а получает простой солдат в месяц сущие гроши (десятники тоже от меня в плане зарплаты далеко не ушли), мы слегка погрустнели. М-да… Печалька.
У Бариса денег тоже не оказалось. И это, несмотря на то, что маги в имперской армии зарабатывают неплохо — от пяти до двадцати золотых в месяц в зависимости от звания мага: бакалавр, мастер, магистр и т. д. Учитывался еще и имеющийся у мага боевой опыт — там ещё какой-то коэффициент применяется… В общем, не разберешь этих финансистов всех стран и народов — все равно сосчитают по-своему, и ты ничего не поймешь,
