Рассвирепев, Франческа схватила с ближайшей консоли вазу и ударила ею лорда Кокера. Ваза разбилась, противник Франчески пошатнулся. На миг она обрела свободу и бросилась в дальний угол комнаты, молясь, чтобы дверь, увиденная там, оказалась открытой. Дверь и вправду была не заперта. Выбежав из комнаты, Франческа захлопнула дверь за собой как раз в ту секунду, когда рычащий от ярости лорд Кокер метнулся за ней. На бегу он изрыгал проклятия и угрожал навсегда погубить репутацию Франчески.
Франческа не стала слушать угроз. Выбежав во вторую комнату, а затем в третью, она оказалась возле лестницы и заставила себя быстро, но спокойно подняться по ней. Хотя присутствие посторонних обеспечивало ей относительную защиту, Франческа сомневалась, что сумеет сдержать дрожь в ногах. Ей требовалось отыскать какой-нибудь тихий уголок и прийти в себя. Двери в глубине оранжереи вели в сад, и Франческа направилась туда, мечтая о глотке свежего воздуха и одиночестве. На ходу она ухитрилась украдкой оглянуться.
Лорд Кокер появился вдалеке, у лестницы. Он о чем-то спросил лакея, который лишь покачал головой и указал в другую сторону. Франческа поняла, что должна бежать, прежде чем преследователь повернется и заметит ее.
Пренебрегая всеми правилами приличия, Франческа ускорила шаг и поспешно спустилась в сад. Справа виднелись кусты. Она остановилась, вновь стремительно оглянулась, убеждаясь, что ее никто не видит, метнулась в сторону — и налетела на высокого джентльмена, который, по-видимому, наслаждался свежим воздухом и сигарой. От сильного толчка он пошатнулся, но успел отшвырнуть сигару и крепко взять Франческу за плечи, иначе оба потеряли бы равновесие.
Франческа услышала низкий, добродушный знакомый баритон:
— Вот это да! Какой приятный сюрприз! А я-то думал, вы больше не желаете меня видеть, мисс Бодон.
Это было уж слишком. Франческа в ужасе уставилась на Маркуса. Какое унижение! Он стал свидетелем ее панического бегства, но, если бы на его месте оказался кто-то другой, она сумела бы сдержать чувства, несмотря на недавнюю омерзительную сцену с лордом Кокером. Однако встреча с Маркусом при таких обстоятельствах окончательно выбила девушку из колеи. Франческа разразилась слезами.
Когда первый приступ изумления миновал, Маркус крепче прижал ее к себе и держал в объятиях, пока всхлипы Франчески не утихли, а она не обрела дар речи.
— Не надо… Прошу вас, отпустите меня… Мне жаль, что вы увидели меня в столь неприглядном свете…
Маркус немедленно разжал руки.
— Что случилось? — коротко спросил он.
На миг Франческой овладело искушение рассказать ему всю правду. Ощущение безопасности и уверенности, которое она испытала в его объятиях, было слишком соблазнительным. Однако новая мысль остановила ее. Если рассказать Маркусу, что произошло в бархатной комнате, еще неизвестно, чью сторону он примет. Лорд Кокер — влиятельная особа. Вероятно, он будет взбешен, если такое ничтожество, как Маркус, осудит его поведение. Франческа не хотела причинять Маркусу неприятности.
Хуже того, сам Маркус мог почувствовать неловкость и покинуть ее под каким-нибудь предлогом, а такое вынести невозможно. Поэтому Франческа неловко выговорила:
— Там… было слишком жарко. Мне стало дурно…
— Франческа, я не слепой: дело не только в духоте. Произошло нечто чрезвычайное, что выбило вас из колеи. Прежде я никогда не видел вас в слезах.
Близость этого человека и недавние события развязали Франческе язык. Ответ вырвался у нее почти невольно.
— Разве? — сухо осведомилась она. — Уверяю вас, в прошлом я пролила немало слез. Впрочем, об этом вы и вправду не подозреваете.
Они смотрели друг на друга, чувствуя, как возвращается прежнее ощущение душевного родства. Когда Маркус взял Франческу за руки и привлек к себе, она не стала противиться. Обмякнув, она уткнулась головой в его плечо и мгновенно испытала такое чувство, словно здесь было ее законное место.
О, Маркус, в отчаянии думала она, почему я не чувствую подобной близости ни с одним другим мужчиной? Может быть, именно потому я отказала остальным, хотя видела, что они добры, порядочны и более чем достойны моего внимания? Они никогда не причинили бы мне такую боль, как ты, однако я не испытываю никаких чувств ни к одному из них. Что же ты наделал, Маркус? Зачем мы встретились?
— Дайте-ка взглянуть на вас, Франческа.
Она подняла голову. Маркус не утратил прежней привлекательности, а тусклый свет из окон Карлтон-Хауса придавал его лицу суровое, почти угрожающее выражение. Синие глаза оставались в тени, выразительные губы были строго сжаты. По спине Франчески пробежал холодок, она вздрогнула. Маркус крепче сжал руки.
— А теперь расскажите мне, что повергло вас в такую панику.
— Не могу! Я должна уйти отсюда. Прошу вас, отпустите меня, Маркус. — Он не послушался, и Франческа во внезапном порыве высвободилась из его объятий и запальчиво воскликнула: — Ну уж нет! Я еще не спятила! Не для того я спаслась от одного соблазнителя, чтобы тут же броситься в объятия второго!
— Черт возьми, я не соблазнитель! — выпалил Маркус. — Никогда еще не видел такой упрямой женщины…
Франческа не стала выслушивать его излияния, направившись к дому, но тут же застыла на месте, увидев посреди лужайки рослую фигуру лорда Кокера. Спрятаться от него было немыслимо: синее платье Франчески поблескивало в темноте.
— Кого это мы имеем счастье лицезреть? Несомненно, прелестную мисс Бодон. — Несмотря на елейные слова, в голосе Кокера сквозила злоба. — Вы совершили роковую ошибку, дорогая: бегство добычи лишь пробуждает охотника в каждом мужчине. А может, вам это уже известно, колдунья? И вы ждали меня здесь? Должно быть, вы уже выбрали восхитительный и уединенный уголок…
Лорд Кокер направился к Франческе, а она застыла, парализованная ужасом, понимая, что оказалась в ловушке.
— Так мы продолжим нашу увлекательную беседу, мисс Бодон? Или изведаем других удовольствий? Скажем, в качестве расплаты за причиненное мне увечье. — Его белые зубы сверкнули в темноте. — Клянусь, на этот раз я вас так просто не отпущу.
Маркус шагнул вперед, оставаясь в тени. Его движение привлекло внимание лорда Кокера, и он негромко выругался:
— Дьявол! Значит, бежать из моих объятий вас заставила не только скромность, но и романтическое свидание в саду! Ну и ну! Оказывается, добродетельная мисс Бодон многое унаследовала от своего папочки!
— Кокер! — резким тоном произнес Маркус.
Франческа прижала ладони к щекам. Ссора, которой она опасалась, все-таки началась и должна была стать бедствием для Маркуса. Физически он был более чем достойным соперником его светлости, но наверняка не имел и толики политической власти и влияния Кокера.
