— Лорд Карн, после смерти тетушки, когда вы вернулись в Шелвуд и… предложили мне…
— И что же? — Он даже не сделал попытки подбодрить ее.
— …в то время вы были богаты?
— Я же говорил вам: я унаследовал состояние четыре года назад. Но почему вы спросили об этом?
На щеках Франчески проступил румянец. Не дождавшись ответа, Маркус усмехнулся:
— Я не стану спрашивать, передумали ли вы: что было, то прошло. Но неужели вы отнеслись бы к моему предложению более благосклонно, если бы знали, что я богат? В таком случае вы обошлись бы со мной иначе?
— Разумеется!
На лице Маркуса появилась циничная гримаса, но Франческа не заметила ее. Она не только не замечала воздействия своих слов на Маркуса — она едва сознавала, что говорит, поглощенная раздумьями. Ее раздражение, гнев, категорический отказ были вызваны убеждением в меркантильности Маркуса. А теперь она обнаружила, что впала в очередную ошибку — в отличие от прежних, роковую. Каковы бы ни были мотивы его давнишнего предложения, в намерения Маркуса не входило завладеть ее состоянием.
А она не только нанесла ему непростительное оскорбление, но и была чудовищно несправедлива к нему. Ей до сих пор с трудом верилось, что мужчина, идущий рядом, которого она считала повесой и охотником за состояниями, похитителем и соблазнителем, на самом деле оказался влиятельным членом общества, человеком богатым и уважаемым. Должно быть, он сделал ей предложение, повинуясь долгу чести. Миссис Кэнфилд называла лорда Карна завидной мишенью для всех лондонских свах. «Да у тебя больше шансов выйти замуж за человека с луны!» — уверял ее отец.
Но в таком случае почему он явился в Шелвуд? Неужели она ошиблась насчет его чувств? Может, он действительно любил ее много лет назад? И любовь проснулась в нем, когда они встретились на дороге в Уитем? Взгляд Франчески смягчился, на ее губах появилась робкая улыбка. Но Маркус не ответил на нее. Его лицо быстро каменело.
Франческа не позволила себе мечтать о несбыточном. Разве он мог вновь влюбиться в нее? В убогой одежде, заляпанной грязью из придорожной канавы, она едва ли могла служить идеалом красоты. Предлагая ей стать его женой, он вовсе не выказывал восхищения, не производил впечатления влюбленного. И действительно у нее сложилось мнение, что своим отказом она уязвила его достоинство, а не чувства.
Но если он не стремился завладеть состоянием, зачем вообще примчался в Шелвуд? Франческа должна была узнать правду. Она уже собралась напрямик спросить об этом, но скептическое, если не циничное, выражение на лице Маркуса удержало ее от откровенности.
— Почему… что это вы… почему вы так смотрите на меня, лорд Карн? — запинаясь, спросила она.
— Потому, что я рассчитывал на лучшее.
— На лучшее? Что вы имеете в виду?
— Отказав мне в Шелвуде, вы без обиняков высказали нелицеприятное мнение обо мне. Я был удивлен вашей мстительностью, но решил, что я вам недостаточно нравлюсь. А теперь я испытал разочарование, услышав, как вы отнеслись к известию о моем богатстве… Но не будем об этом. В конце концов, я знал, что вы когда-нибудь изменитесь. Позвольте мне проводить вас к миссис Кэнфилд.
Франческа густо покраснела, но сдержала желание ответить резкостью и ледяным тоном произнесла:
— Вы считаете, что я приняла бы ваше предложение, если бы знала, что вы богаты? Приняла бы, каким бы ни было мое мнение о вашем характере?
— Разве не вы только что заявили об этом?
— Отнюдь! Вы спросили, обошлась бы я с вами иначе, если бы знала, что вы богаты. Но вы не спрашивали, изменила бы я свое решение или нет.
— Разве вы не раскаиваетесь в нем?
Выдержка наконец изменила Франческе.
— Неужели вы и впрямь уверены в том, что ни одна женщина в мире не в силах отказать несравненному лорду Карну? Так вот, позвольте сказать вам, милорд, что вы на редкость самонадеянны!
— В прошлом вы наговорили мне столько нелестных вещей, Франческа, что ваши оскорбления давно перестали трогать меня.
Эти слова напомнили Франческе о том, что ей следует принести извинения. Глубоко вздохнув, она произнесла официальным тоном:
— Да, я отвратительно вела себя во время последних встреч, и, кроме того, я слишком поспешила со своими выводами. Теперь я сожалею о том, что наговорила столько лишнего, особенно в библиотеке Шелвуда, и надеюсь, вы простите меня.
Маркус раздраженно кивнул.
— Забудем об этом.
— Да, забудем, но я должна понять еще кое-что. Теперь мне известно, что в Шелвуд вы явились совсем не по тем причинам, которые я подозревала. Но… я по-прежнему озадачена. Почему вы просили моей руки после смерти тетушки? — Франческа затаила дыхание, ожидая ответа. Последовала пауза, и она продолжала: — Вы вовсе не производили впечатления влюбленного.
Маркус медлил. Этот разговор он завел, будучи настроен почти цинично. Его гордость была уязвлена оскорбительным отказом Франчески, и он стремился заставить ее признать, что она ошиблась, отвергнув столь великодушное предложение. Но до сих пор Франческа ни в чем не призналась, и Маркус уже сожалел, что напомнил о прошлом. Врожденная честность побудила его сказать правду:
— Ваше положение казалось мне безнадежным. Да, я не был влюблен в вас, но и не любил никого другого. Вспомнив наше прошлое, я решил, что мы могли бы…
— Стало быть, вы пожалели меня, — перебила Франческа. В глубине души она подозревала, что Маркус не питал к ней любви, тем не менее его признание больно укололо ее. Скрывая истинные чувства, она произнесла: — Прошу вас, не продолжайте, сэр. Какими бы ни были недоразумения с любой стороны, они, к счастью, помешали нам сделать ложный шаг — заключить брак, который стал бы бедствием для нас обоих.
Она глубоко вздохнула. Происходящее было мучительным. Ей не следовало заводить этот разговор. Маркус жалел ее! Жалел! Знаменитый лорд Карн задумал очередной жест милосердия — осчастливить без памяти влюбленную в него глупую девчонку! О нет! Как она могла предположить, что им движут иные мотивы! Франческа понимала, что, если она желает сохранить уважение к себе и душевный покой, в будущем ей следует избегать этого человека.
— Франческа, вы так и не сказали, каким бы в этом случае было ваше решение.
— Вы едва ли вправе требовать от меня ответа. — Они уже приблизились к дверям, выходящим в сад. — Я не могу… и не стану… — Она запиналась, точно девчонка! Глубоко вздохнув, Франческа взяла себя в руки и холодно начала: — Лорд Карн, прошу вас забыть все, что было сказано сегодня. Надеюсь, вы простите мои прежние выходки. Я жестоко ошиблась в вас. В будущем… — Она осеклась, не в силах продолжать.
